Анна Джейн – Зеленый остров (страница 3)

— Ненавижу! — прорычал парень, и непонятно было, к кому он обращается.

Теперь в свете кухонного освещения глаза его казались черными, и в них разрывали его душу на части исступленные бешенство, гнев и бессилие. Последнее было столь сильным чувством, что выжигало где-то на изнанке этой души самые злые слова. В какой-то момент Саша остановился и замер, застыл, как изваяние, сидя на полу, согнув широко расставленные ноги и положив на острые колени безвольные руки, покрытые татуировками. Время остановилось. Пространство оцепенело. И даже дыхание замерло.

«Зелень! Совсем по-детски... Александр! Как-то пафосно. Саша! Самое то, хотя я и не люблю тебя так называть. Итак, Саша, у меня кое-что случилось. То, чего я не ожидала. Поэтому я так позорно сбегаю из дома, садясь за это письмо за четыре часа до того, как ты вернешься домой.

Знаю, ты будешь зол, но у меня были свои причины. Сразу хочу сказать, что ухожу навсегда. К сожалению, как бы я ни старалась, таким, как я, нет места в нормальном обществе. Поэтому не обижайся на меня за то, что я ушла. Я просто облегчила и себе, и тебе жизнь. Эй, Вишня, ты же знаешь, что я любила тебя? Если вдруг до твоего глупого мозга все еще не дошел этот факт, остановись и прокрути в голове эту фразу еще раз.

Не знаю, почему ты так приглянулся мне, такой забавный мальчишка с зелеными волосами и шикарным прессом. Помнишь тот веселый денек в парке, когда мы оба помогали Дэну? Это был хороший день. Я сразу заметила тебя. Только не сразу поняла, как безумно ты мне понравился. С тобой было весело, и я «вспоминала молодость». А потом стало чертовски тепло и хорошо.

Жаль, что все придется так закончить, но, вероятно, я не заслуживаю такого счастья. Эй, Зеленый, ты знал, что ты — счастье? Не слишком разевай пасть в ухмылке — ты слишком легко зазнаешься, и это бесит, но все-таки это удивительно. Такой мальчишка, как ты, смог сделать меня счастливой. Спасибо.

Как ты догадался, я ушла. Не злись на меня, это не моя прихоть. И не радуйся. Не заводи новую девушку слишком быстро, дай мне окончательно уйти. Ты спросишь, почему я это сделала. Почему в день своего рождения, когда ты хотел сделать мне кое-что очень приятное, чего я с нетерпением ждала (не злись, просто у кого-то слишком длинный язык)? Почему так внезапно, без предупреждения? Причин много, и они достаточно веские.

Прежде всего, надеюсь, ты понял, что я ничего не делаю что-либо просто так. Я уже совсем взрослая девочка, поэтому не имею права на безрассудства, когда ответственна не только за себя, но и за тебя. Но, знаешь... *зачеркнуто* Если бы ты знал, сколько секретов я храню, что делала и что делали со мной... Захотел бы ты остаться со мной? Согласился бы принять? Я могу измениться, но мое прошлое — не может, как бы я ни хотела этого.

Меня сложно принять. И свою последнюю маску я не смогу снять даже при тебе. Слишком страшные вещи хранит она от этого мира. Но, помнишь, мы говорили с тобой об искренности? Первый наш серьезный разговор. Я хочу быть искренней до самого конца — так я не буду ощущать себя трусихой. Но я не смогу рассказать тебе всего, глядя в глаза, да и времени у меня мало, поэтому я напишу тебе обо всем, без утайки. Там, на следующих страницах. Прочти, если захочешь. Или сожги.

Зеленый, ты был моим островом в этой сумасшедшей жизни, и я хочу сказать тебе спасибо за это. Мой зеленый остров... Иногда я скучаю по твоим зеленым волосам:) Будь хорошим мальчиком. Не влезай в драки. Не пей много. Больше общайся с Дэном и с братом, а не со своими подозрительными панками, которые так никогда и не вырастут.

И да. Ты такой беззащитный, когда спишь. Всегда желают снов добрых, спокойных и хороших. А я хочу пожелать тебе чутких. Потому что, пока ты спишь, могут случиться самые разные вещи. Они въедаются в кожу, как хлор, разъедают ее и…

Я хотела бесить тебя до конца своей жизни. Извини, что не смогу исполнить это желание. Люблю, твоя Анька»

Глава 2

Всем известно, что сказка — выдумка, художественный вымысел, то, чего никогда не было на самом деле. Для кого-то это литература для самых маленьких, кто-то воспринимает сказки как наследие предков, передаваемое из поколения в поколение. Однако не все знают, что в сказках и мифах ярко выражены бессознательные универсальные образы — так называемые архетипы. Это могут быть и маг, и ведьма — та же Баба Яга, и прекрасный принц, и принцессы: Белоснежка, Русалочка, Василиса Прекрасная... Не зря все-таки говорят «сказка — ложь, да в ней намек». Обо всем этом Аня, разумеется, узнала, став совсем взрослой, однако уже с десяти лет считала себя настоящей Золушкой. Пусть не похожей на ту, которая из популярной сказки, но все-таки.

До того самого года, когда ее маленькая, но счастливая жизнь перевернулась с ног на голову, она считала себя принцессой. Всеми любимой, оберегаемой, хрупкой... Аня жила с родителями — заботливыми людьми из достаточно обеспеченных семей, которые и после рождения единственной дочери сохранили теплые отношения и безумно друг друга любили. Мать ее, невысокая изящная молодая женщина с весенним именем Майя, начитанная, умная и при этом обаятельная, отличалась легким нравом и добротой. Не той, глупой и неуместной, которая приводит к печальным последствиям, а искренней, побуждающей помочь тому, кто попал в беду, а не просто посочувствовать издали. Кроме того, Майя слыла человеком не только с золотым характером, но и с золотыми руками.

Маленькой Анечке казалось в детстве, что мама умеет все: и вкусно готовить даже самые сложные блюда, и рисовать красиво — и бумажных кукол, и настоящие картины, и шить такие платья, каких ни у кого больше не было — куда там покупным! Майя была мастерицей на все руки, но самый ее главный талант, как сама она считала, заключался в другом — Майя умела улыбаться и разговаривать. Приятный медовый ее голос умел и поддержать беседу на уровне, и убаюкать, и рассмешить, и, когда надо, стать твердым и даже немного властным. Мать умела налаживать отношения с любыми, казалось бы, людьми — и от нее были в восторге не только многочисленные знакомые и приятельницы, но и родственники мужа, которых сама Аня даже тогда, в раннем детстве, не любила. Майя, кажется, разделяла точку зрения дочери — родня любимого супруга не казалась ей приятной, однако она была умной женщиной и старалась не влезать в их отношения, и без того натянутые. К тому же после нескольких неудачных попыток забеременеть у нее появилась доченька — чудесная Анечка, зеленоглазая и светловолосая, которая стала настоящим украшением их маленькой дружной семьи.

Иногда мама в шутку говорила, что отец любит Аню сильнее, чем она сама, — Егор действительно души в дочери не чаял, и, хотя на работе в университете, в котором преподавал на факультете экономики и управления, слыл человеком суровым и требовательным, Анечка с младых ногтей вила из него веревки. Как и Майя, ее муж был достаточно умным, имел несколько образований, свободно говорил на трех языках и вообще считался достойным высокого звания «интеллигент». Он хотя и был несколько младше жены, но ответственности ему было не занимать, и все заботы о семье он взвалил на свои плечи.

Естественно, с такими родителями, которые мечтали вырастить из дочери достойного представителя человечества, а главное, просто счастливую девочку, Ане безумно повезло. С ранних лет с ней усиленно занимались, в том числе по системе Монтессори, водили на разного рода кружки и занятия и вообще всячески поддерживали и даже баловали. Лучшие игрушки, одежда и обувь, самые качественные продукты питания, отличные педагоги — во всем этом девочка не знала отказа. Кроме того, родители воспитывали в дочке, как говорил отец, «человека», и развивали важные моральные качества: вежливость, доброту, сострадание, честность, а также умение нести ответственность за свои поступки.

К трагическим десяти годам Аня почти свободно владела английским и неплохо изъяснялась на немецком, хотя и не дружила с грамматикой, к тому же она была отличницей — казалось, знала школьную программу наперед, и все ей легко давалось: и русский, и математика, и история... Девочка быстро запоминала и даты, и формулы, и стихи, при этом учителя не могли нарадоваться на нее — таким ангелом с большими чистыми зелеными глазами казалась им самая маленькая и хрупкая в классе девочка с забавной фамилией Шкодина. Аню ставили в пример на собраниях, отправляли на олимпиады, и ее фотография висела в холле на стенде «Гордость школы». Дети ее при этом тоже любили, и, казалось, все девчонки в классе — ее подружки, а мальчишки поголовно влюблены. Анечка словно вобрала в себя лучшие качества обоих родителей: от папы взяла аналитический гибкий ум, умеющий нестандартно решать ситуации, от него же получила чуть вздернутые брови домиком и аккуратный прямой носик, а от мамы ей достались обаяние, которое помогало легко и быстро налаживать контакт с совершенно разными людьми, пухлые губы и хрупкость. А откуда взялись зеленые глаза — никто и не знал.

Но потом в одночасье все изменилось. Беда случилась тогда, когда ее не ждали. В день, когда небо со страшным грохотом разрывалось от дождя и исходило трещинами от слепящих молний, родители Ани попали в аварию — чужая ошибка на скользкой от дождя дороге стоила им жизней. Ани в этот момент с мамой и папой не было. Она находилась на занятиях по художественной гимнастике, куда родители ее только что отвезли, решив то время, пока дочь будет заниматься, потратить на поход в магазин. До него они так и не доехали. И больше своих родителей Аня не видела — ни живых, ни мертвых, так как на похороны ее не взяли, опасаясь за психику ребенка. Все, что ей оставалось, — фотографии, которых было немало.