Анна Джейн – #ЛюбовьНенависть (страница 70)

– Что ему от тебя все надо? – спросил он, сев рядом. Наверное, видел издалека, как Влад ко мне подходил.

– Ты о Владе?

– Когда животных стали называть человеческими именами? – хмыкнул он. – Да, я об этом козле. Что он хотел?

– Просто подошел поздороваться, – осторожно ответила я, видя, что Матвеев зол, а значит, не стоит подогревать его агрессию – пусть успокоится. Я дотронулась до его сжатого кулака, лежащего на колене. Ладонь Дани тотчас расслабилась.

И почему он так эмоционально воспринимает Влада? Ревность? Наверное… Боже, как это мило. В голове стали водить хороводы сердечки.

– В следующий раз просто пошли его в задницу, – проворчал Даня. Наши пальцы переплелись и остались лежать на его колене.

– Ты меня ревнуешь, да?

Я взяла его за предплечье, обтянутое тонкой тканью футболки, и положила голову на плечо Дане. Его приятный парфюм со слабым хвойным ароматом, кардамоном и бергамотом действовал на меня умиротворяющее.

– Нет, конечно, – отозвался Матвеев небрежно.

– Ревнуешь-ревнуешь. – Я, словно кошка, потерлась о его плечо. – Потому что ты маленький собственник.

– Не такой уж и маленький, – хмыкнул он. – Я обещал не давить на тебя. Но Савицкий – черт, он меня раздражает так, что хочется набить его смазливую морду.

– Ты и фамилию его узнал, – удивилась я.

– Узнал, – криво улыбнулся Даня и чуть сильнее сжал мои пальцы в своей руке, не замечая этого.

– И откуда?

– Есть один… общий знакомый.

Но кто, говорить Даня не стал. А я не стала спрашивать.

– Ну что, Дашка, идем?

Он первым встал с лавочки и протянул мне руку. Теперь на его лице сияла улыбка – кажется, Даня успокоился. И я пошла с ним.

Глава 25

Фотография

ЭТО БЫЛО СВИДАНИЕ со вкусом фисташкового мороженого, запахом вечерней сентябрьской прохлады с мятными нотками и звуками большого города, вдоль улиц которого мы шли, держась за руки. У нас не было четкого плана, куда идти и что делать, – мы, поглощенные друг другом, разговаривали обо всем, а ноги сами несли нас вперед. День плавно подходил к финалу, закат мягкой янтарно-персиковой дымкой накрыл небо и искрил в окнах, следуя за нами. Когда опустились сумерки, зажглись первые фонари и вспыхнули неоном заманчивые вывески магазинов – мы и не заметили, и как оказались на Большой Фонтанной площади – тоже не поняли. Просто в какой-то момент увидели, как начинает работать музыкальный фонтан, и остановились. Чудесная композиция из света, музыки и воды завладела не только нашим вниманием – полюбоваться на яркое ежедневное шоу «танца фонтанов» пришло традиционно много народа, и среди людей было много парочек. Теперь я тоже была частью парочки, и это забавляло и казалось невероятно милым. Раньше я только мечтала об этом, а теперь… Мечты стали реальностью? Я же не сплю?

Я даже ущипнула себя за руку, и боль принесла облегчение – нет, это не сон.

– Ты чего? – спросил Даня.

Он стоял позади, положив руки мне на талию, и я снова чувствовала себя защищенной. Защищенной и любимой, хотя слов любви он мне не говорил. Пока не говорил.

– Чувствую себя счастливой. – Я повернулась к нему и поцеловала в уголок губ.

Из-за громкой музыки я не совсем расслышала, что Даня сказал в ответ. Но, кажется, это было:

– Я тоже.

После фонтанов мы сидели в кафе – обычном, без пафоса того заведения, куда водил меня Влад. Ели мороженое, пили кофе и до умопомрачения целовались – так, что дыхание перехватывало. Хотелось быть все ближе и ближе друг к другу, и это было словно сумасшествие. Я всегда казалась самой себе существом разумным, но в этот раз просто перестала себя контролировать. Опомнилась только тогда, когда поняла, что мои руки – под его майкой.

В какой-то момент Даня сбежал от меня, заявив, что я не могу держать себя в руках.

– Точно Я не могу? – с усмешкой, впрочем доброй, посмотрела я на него, пытаясь выровнять дыхание. – Не ты?

– Естественно, – ответил он, поцеловал меня в висок и ушел в туалет.

Я допила свой холодный кофе и полезла в телефон – написала несколько сообщений в общий чат, а затем зашла в инстаграм. Не знаю почему, но я открыла Данин профиль и увидела, что одно из последних выложенных им фото – это наше совместное селфи. На нем Даня целовал меня в щеку. Наших лиц не было видно – лишь плечи, шеи и губы, а еще – мои волосы и его пальцы, которыми Даня придерживал меня за подбородок. Выглядело это в меру романтично, но не слащаво. А подпись стояла загадочная: «Она и я». И никаких тегов.

То, что он выложил это селфи, обрадовало меня – все-таки наши отношения стали для него серьезными. Однако радость поутихла, стоило мне заглянуть в комментарии. Каролина. Она оставила там свой след. Написала пару строк, поставила глупый смеющийся смайл, но как же меня это взбесило!

«Ты нашел подружку? Я рада за тебя, Дан! Так, мне срочно нужно ее одобрить :)»

Что, мать твою? Одобрить? Да пошла ты, Серебрякова, к черту, которому ты наверняка приходишься дальней родственницей. Это я должна тебя одобрить. И я сразу говорю «нет». Подружку? Подружка – это на один вечер. У нас все серьезно. Дан? Даня, Серебрякова, его зовут Даня! Матвеев ответил ей просто – написал: «Спасибо». Но эта дура не унималась. «Жду тебя в Москве, как мы и договаривались! :)» И снова сладкий смайл.

В Москве? Даня поедет туда на конференцию – он сам сказал. Неужели они встретятся? Боже, они действительно до сих пор общаются. Эта новость заставила не просто занервничать. Она вызвала во мне целую бурю эмоций: раздражение, ревность, гнев. Нет, серьезно, Серебрякова, ты уехала от нас после восьмого класса, ты живешь в другом мире – блестящем и гламурном, ты не такая, как мы. И ты не можешь успокоиться? Забыть Даню? Она ведь любила его – совершенно точно, раз спрашивала тогда моего разрешения на их общение. И тем летом, когда я уехала, они встречались – так мне передали Ленка и девчонки. Встречались, несмотря на то что ее мать была против. Она даже приехала к Дане после выпускного, и он подарил ей цветы, те проклятые ромашки – помню их до сих пор.

Почему они общаются до сих пор? Каролина не потеряла к нему интерес? А может… Даня? Может быть, Даня не потерял? Как же я была зла – ненависть и обида шипели в моей крови, ползли алыми змейками по моим запястьям и щиколоткам, туже обхватывая кожу. Я с трудом заставила себя успокоиться. И даже решила зайти в профиль Серебряковой, но сделать этого не смогла – он оказался закрытым.

– Не скупаешь? – вернулся Даня, не подозревая, что у меня на душе. – Остыла, горячая женщина?

– Что у вас было с Серебряковой? – спросила я твердым голосом, едва он опустился в кресло.

Даня с удивлением на меня глянул и взял в руки чашку с кофе.

– Что за вопрос, Дашка?

– Вы спали?

Услышав мой вопрос, Матвеев закашлялся. Видимо, от неожиданности.

– Что еще за вопросы? Черт… – Он снова стал кашлять.

– Хочешь, постучу? – с участливым видом спросила я.

– Нет, спасибо. У тебя такой вид, Кудряха, будто ты мне ножом об спину постучать решила, – спешно отказался Даня и допил кофе большим глотком. – Так почему тебя так заинтересовала Каролина?

– Хочу знать, что между вами было, – поджала я губы. – Она твоя первая девушка, верно?

– Неверно, – отрезал Даня. – Если тебя так интересует – у нас ничего не было. Каролина – мой друг. Хороший друг.

– Да неужели? – сощурилась я. – Рассказывай мне все. Вы до сих пор общаетесь? Как часто? Видитесь? Один раз точно виделись.

– Что за поведение, Даша? Ревнуешь? – Его стальные глаза вдруг блеснули.

– С чего бы это, – ненатурально возмутилась я. – Конечно, нет. Просто Серебрякова бесит.

– Так, что случилось?

– Я увидела ее комментарий. Под нашим фото. Тебе действительно важно ее одобрение?

– О, боги, женщина! – воскликнул пораженно Даня. – Ты устроила истерику из-за комментария в инстаграме? Одного-единственного комментария? Серьезно?

– Их было два, – отрезала я.

– Не важно.

– И лайк. Ну, – я положила руку ему на плечо, – рассказывай.

Матвеев стал смеяться в кулак.

– Мне нравится, – заявил он.

– Что нравится?

– Как ты ревнуешь. Это так мило. И щеки у тебя красные, наверное, от злости. – Он коснулся моей горящей огнем щеки. – Должен признать, ревность тебе к лицу. Только, моя глупая Дашка, между мной и Каролиной ничего нет. И не было. Если информация прошла мимо тебя, я повторю: мы просто друзья. Друзья, как с Димкой. А спать с другом – знаешь, я не то чтобы высокоморален, но это как-то не по мне.

Его пальцы спустились по моей шее вниз, к ключицам – и теперь я чувствовала на коже не жар, а приятный холод – от его неспешных прикосновений.

– Каролина – хороший человек. Когда она к нам пришла? Классе в восьмом, да? Тогда она мне очень помогла – я потерял деньги, которые собирали на подарок девчонкам на Восьмое марта. Сам не знаю, как это случилось, а она заняла. Случайно узнала, просто молча подошла на следующий день и сунула в руки конверт. Но ты не думай, Дашка, я отдал ей все.

– Я не помню такого, – сердито сказала я. Единственное, что я помнила, – каждый год мы действительно дарили друг другу подарки, по большей части разную мелочь вроде забавной канцелярии и игрушек.

– Я почти никому и не говорил, – ответил Даня. – А потом как-то после школы мы с пацанами нашли котенка и не знали, куда его деть, – предки никому не разрешали тащить котов домой. Каролина увидела…