Анна Джейн – #ЛюбовьНенависть (страница 72)
– Точно.
– Но ты поедешь к ней в Москву, верно?
– Я поеду на конференцию. Но это еще не точно.
– Я не хочу, чтобы вы общались, – тихо сказала я.
– Она мой друг.
– Она мне не нравится.
– Ты узнаешь ее получше и поймешь, что она хороший человек. Даш, я, конечно, люблю, когда меня ревнуют, но мы с ней видимся далеко не каждый год. Понимаешь? Нет оснований. И… доверяй мне, хорошо? – Он требовательно заглянул мне в глаза. – Что бы ни случилось – доверяй.
Я внимательно на него посмотрела и вдруг подумала, что предъявить ему насчет Каролины мне нечего. Даня верит фактам, а у меня есть лишь подозрения насчет Серебряковой и плохое предчувствие. Если я начну спорить с ним, говорить, что Каролина никакой ему не друг, а, скорее всего, влюблена в него, он не поверит.
Надо поступить более взвешенно. Я просто отодвину этого «друга» со временем.
– А парень у нее есть? – спросила я между делом.
Матвеев внимательно на меня посмотрел, словно решая, сказать что-то или нет.
– Был, – наконец произнес он. – Сейчас она, кажется, одна.
То, что у Каролины был кто-то, меня порадовало. Значит, не так уж и сильно она зациклена на Дане. Я хотела задать Дане еще несколько вопросов, которые меня мучили, однако он опередил меня. Посадил меня к себе на колени и спросил:
– Скажи мне кое-что, Даша.
– Что? – положила я руки ему на шею.
– Где и с кем ты была в ночь выпускного? Когда ушла из ресторана.
Я ожидала чего угодно, но только не этого.
– Я ведь искал тебя. Твои родители позвонили и спросили, не со мной ли ты. И сказали, что ты пропала. Я тут же поехал тебя искать, плюнув на все. Но ты сама пришла утром. Ты была с Серым? – снова спросил Матвеев.
Я рассмеялась – звонко и весело.
– Меня это мучает.
– Дурак ты. Я была на берегу реки. Там, куда приехал ты, твои друзья и Громкоговоритель. И мне было безумно обидно: только что ты целовался со мной, а потом – с ней. Я ненавидела тебя с такой силой, что, если бы была ведьмой, ты бы превратился в дохлую ворону. И если бы мне кто-то сказал, что однажды я буду сама целовать тебя по доброй воле, я бы послала этого человека на три буквы. – Я нежно дотронулась до его лба, убирая с него каштановые пряди. – Ты меня предал. Я так верила в силу выпускного, в его чудо, так хотела быть с тобой, а ты ушел…
– Ты сама сказала своей подруге, что тебе не понравилось, – нахмурился Даня. – Я своими ушами слышал. Решил, что противен тебе, и не стал тебя ждать. Потому что думал, что ты не придешь. Знаешь, как мне было стремно? «Она снова меня отшила» – так я думал. Бесился жутко. Подрался с Петровым – из-за то, что он видео то выложил.
Я рассмеялась и поцеловала его в гладко выбритую щеку.
– Псих, – нежно сказала я.
– А откуда взялся Серый? – с недоумением спросил Даня и задумался, словно что-то вспоминая.
– Он встречал рассвет неподалеку со своими друзьями. Вот и все. Совпадение.
– Не совпадение. На то место решила приехать Юля. Они уже тогда общались. Наверное, он увидел тебя и позвал ее, – задумчиво сказал Даня. – А она уговорила нас приехать на этот берег. Ты не знаешь, но мы вскоре расстались, с ней было очень тяжело…
– Еще бы, она так орала, что, наверное, оглушала, – пробормотала я.
– И стала встречаться с Серым, – продолжал Даня. – Очень уж она ему нравилась. Только через год Юлька залетела. И Серый сделал ручкой – вся любовь сразу прошла. Мразь он.
– Серьезно? – Я оторвала голову от его груди. – Она от него забеременела?!
– Да. Сейчас ребенку года два. Только Серый его не признал и алименты платить не собирался – типа сам студент, откуда возьмет? Но Юля и не наседала особо. Нашла какого-то парня, тот ребенка усыновил. И Серый избавился от гнета тяжкого груза.
– Боже, и этот человек нравился мне в одиннадцатом классе, – вздохнула я. – Казался умным и начитанным. Интересным.
– Мы часто ошибаемся в людях.
«Например, ты – в Каролине». Но вслух я этого, конечно, не сказала. А потом зазвонил мой телефон, прервав наш откровенный разговор. Это был папа, и он очень хотел знать, где я нахожусь в столь позднее время.
– С Даней в кафе, – ответила я.
– Пора бы уже быть без Дани и дома, – отозвался папа. – В общем, ждем. Время-то совсем позднее.
Нам пришлось нехотя собираться и возвращаться домой.
– А с тобой удобно встречаться, – уже на лестничной площадке сказал Даня, обнимая меня на прощание. – Провожать не надо.
Он поцеловал меня в последний раз, и мы разошлись по квартирам. Я так и не спросила про их встречу у него дома после выпускного. Но решила сделать это потом. Тогда я думала, что времени у нас много.
Глава 27
Вместе
Это были самые счастливые недели – недели с Даней. Почти все свободное время мы проводили вместе: гуляли, ходили куда-то или же просто сидели у меня или у него в квартире, и я ни минуты не жалела, что выбрала Даню, а не Влада.
Нам никогда не было скучно: если мы не целовались, растворяясь друг в друге, то разговаривали, и не о том, что было раньше, а о том, что происходило с нами сейчас. Мы говорили о наших хобби, интересах, друзьях, мечтах и целях, узнавали друг друга – так, как я и хотела. Учились доверию, нежности, страсти… Нет, между нами ничего не было – Даня не хотел спешить, потому что действительно не хотел давить на меня. Он боялся, что это меня отпугнет, в чем сам и признался однажды, когда мы валялись на его кровати в обнимку. Но несколько раз мы едва не перешли эту самую грань – невольно, переставая себя контролировать. Однако каждый раз нас что-то останавливало.
Даня не был таким романтиком, как Влад, – ему бы и в голову не пришло позвать меня на свидание на воздушном шаре или подарить кулон с крохотной розой, как в «Красавице и чудовище». Зато он мог прийти ко мне рано утром в выходные и заявить, что сейчас мы поедем куда-нибудь на природу, или катать меня по ночному городу, искрящемуся огнями, словно небо – звездами. Он
Наши родители, конечно, замечали, что между нами что-то происходит, но тактично молчали. Разве что мой папа прикалывался над Даней, рассказывая обо мне смешные истории, а также намекая, что у меня большое приданое – дескать, папа собирает его очень давно в надежде избавиться от меня, а в моей комнате сделать себе кабинет. В результате я начинала злиться, а папу с Даней это смешило, и я в шутку обижалась на них обоих. В отместку я вступала в тандем с Даниной мамой и, когда мы были в квартире Матвеевых, начинала с тетей Таней игру: «А помнишь, как в детстве Даня…» Главным правилом этой игры было вспомнить что-то забавное о Клоуне. Например, то, как он прятал листок с контрольной, за которую ему поставили «два», или то, как он прятал моих кукол, или то, как рыдал, когда я и девчонки не взяли его в игру в средней группе. Даня тоже начинал напрягаться, то и дело закатывал глаза, а потом ловил меня в темном коридоре, пока его мама не видела, прижимал к стене и целовал.
Расставаться с Даней даже на несколько часов становилось все сложнее и сложнее. Несколько раз бывало так, что он сидел со мной на потоковой лекции, и мы держались за руки, опустив их на его колено, а девчонки вокруг поглядывали на нас, кто с умилением, кто с завистью. Я в свою очередь тоже однажды попала к Дане на потоковую лекцию, которую вел Олег Владыко. Произошло это случайно – в деканате поменяли местами пары.
В отличие от нашего довольно демократичного факультета иностранных языков, где отсутствующих отмечала староста, да и то через раз, на факультете вычислительной математики и информационных технологий с этим дело обстояло иначе: кто-то вообще забивал на посещения, а кто-то, напротив, лично пробегался по списку всех групп. Например, Владыко.
Когда он добрался до фамилии Матвеев и Даня лениво поднял руку, Олег мельком глянул на него с кафедры и узрел меня рядом. Кажется, он очень удивился.
– У нас новая студентка? – сухо спросил он, не давая повода никому заподозрить, что мы знакомы. Девчонок на факультете, кстати, было не слишком много.
– Она со мной, – ответил ему Даня. Кажется, он напрягся.
– Я вижу, – сверлил меня взглядом Олег. – Хорошо, надеюсь, вы не будете нам мешать. Дальше…
– А мою девушку выгнали с лекции! – возмутился какой-то парень с передних рядов.
– Я вас сейчас самого выгоню, Алексей, – ответил Владыко и продолжил отмечать присутствующих.
Если в моей душе и были тайные планы на то, чтобы попытаться помешать Дане, то сбыться им было не суждено – Олег вел лекцию в таком темпе, что студенты едва успевали записывать за ним. Графики, формулы, схемы, чертежи, непонятные мне слова – всего этого было так много, что я почувствовала себя не в своей тарелке. Кроме того, Олег мог внезапно обратиться к одному из студентов и задать каверзный вопрос. Внятных ответов, как правило, он не получал, тонко улыбался, качал головой, всем своим видом показывая, как страдает из-за глупости студентов, и отвечал на свой вопрос сам.
Данька все время был в напряжении, явно ожидая, что Олег спросит его. Однако этого не случилось, чему он потом радовался – обычно Владыко любил задавать вопросы именно ему.