Анна Быстрова – Ирис и чертополох (страница 3)

Княжна облегченно вздохнула и наклонилась к Нике:

– Как ты? Можешь идти?

– Могу. – Ника поднял глаза на княжну. Теперь он узнал ее, и впервые за эти долгие дни заточения его губы тронула улыбка.

Прохладный воздух освежил его и придал сил. Он крепче ухватился за руку княжны и спросил:

– А куда мы идем?

– К Давору, помнишь нашего лекаря?

– Помню. А зачем мы к нему идем?

– Ты пока поживешь у него.

Проходя через темный двор, Илария спрятала мальчика под своим плащом. Ей было не по себе: что, если кто-то заметит Нику и доложит великому князю? Благо башня Давора стояла недалеко, и, миновав казармы, Илария немного успокоилась. Арон шел рядом, и это вселяло в нее уверенность. Уж рядом с начальником стражи она не пропадет.

– На вашем месте я бы спрятал мальчика где-нибудь за стенами замка, – посоветовал Арон.

– Возможно, вы правы, но я никого не знаю в городе.

– Я подумаю, как вам помочь. А пока попросим пристанища у Давора.

Арон подошел к башне и постучал в старую замшелую дверь. Ника плотнее прижался к Иларии.

– Ты чего? – спросила она. – Боишься идти к Давору?

Ника кивнул и вдруг заплакал, уткнувшись в юбку княжны.

– Тише, тише. Молчи, иначе тебя услышат!

Дверь со скрипом отворилась, но на пороге стоял вовсе не Давор. В высокой стройной фигуре, укутанной плащом, Арон сразу узнал князя Давида.

Глава 2. Дурные вести

– Однако ты меня удивляешь, милая племянница, – с усмешкой протянул Давид, видя, как вытянулись лица Арона и Иларии. – Взять себе в сообщники начальника стражи… Ловко, ловко. Да проходи, не стой ты с этим мальчишкой на дворе. Вас могут заметить. Заходи, Давор встретит тебя.

Князь пропустил Иларию с Никой и, прикрыв за ними дверь, проницательно взглянул на Арона, все еще стоящего у входа с факелом в руках:

– Как вы намерены объяснять это великому князю?

– Я не стану ему сообщать об этом.

– Вас кто-нибудь видел?

– Только пан Станислав, тюремщик.

– А он тоже попал под чары моей дорогой племянницы?

В серых глазах князя мелькнула насмешка. Арон заметил это и промолчал.

– Если вы намерены поддерживать Иларию, я не возражаю, – продолжил князь. – Только впредь подумайте, прежде чем уступать ее просьбам. Мальчишку я заберу.

– Осмелюсь спросить: что вы намерены предпринять, ваша светлость?

– Отдам его одной вдове в городе. С ней он будет в безопасности, а княжна не станет бегать сюда по ночам. – Князь испытующе посмотрел на Арона. – Имейте в виду, если я узнаю, что вас с ней связывают хоть сколько-нибудь личные отношения, я сделаю так, что вы исчезнете и никто никогда не узнает, в какой канаве вас искать.

Арон не выразил ни тени страха и ответил с присущей ему сдержанностью:

– Я не меньше вашего дорожу честью княжны. И, если понадобится, готов отдать за нее жизнь.

Князь удовлетворился ответом капитана:

– Я напомню вам эти слова, когда придет время… А оно придет, не сомневайтесь. – Он задумчиво улыбнулся, кивнул в знак прощания и вошел в башню.

В полумраке стен, освещенных слабым светом лучины, казалось, все было погружено в сон. Давид взбежал по узкой винтовой лестнице на второй этаж и распахнул старую скрипучую дверь. Здесь, в небольшой комнате, служившей старому лекарю местом для хранения и приготовления всевозможных снадобий, у растопленного очага грелся маленький Ника, укутанный старым плащом Давора. Сам лекарь вполголоса говорил с княжной, стоя чуть в стороне. При виде князя Илария поспешила подойти к нему.

– Дядя, зачем ты пришел? – вполголоса спросила она.

– Чтобы ты не натворила еще больших глупостей.

– Только не забирай у меня Нику! – взмолилась она. – Пожалуйста, дядя!

– Я должен это сделать, Илария. Здесь он все равно не будет в безопасности.

Мальчик, украдкой глядя на князя, попятился назад.

– Я не пойду с ним! – Он замотал головой, указывая пальцем на гостя. – Это он похитил мою маму!

Илария растерянно посмотрела на дядю:

– Что это значит?

– Это значит, что у мальчишки слишком длинный язык. Хорошо, что он не попал в руки инквизиции, иначе мне пришлось бы избавиться от него еще до начала допроса.

– И что ты с ней сделал?

– То же, что и ты с Никой. Я укрыл ее в глухой деревне, где ее никто не станет разыскивать. И если этот мальчишка не будет таким болваном, я позабочусь и о нем.

На губах Иларии расцвела улыбка.

– Значит, мы действуем заодно?

– Будем действовать, если ты не станешь скрывать от меня свои планы. – Князь потянул ее за руку: – А теперь идем, нам пора возвращаться. Я провожу тебя в замок.

– Подожди, а как же Ника? – Илария обернулась на мальчика и Давора.

– Я все решу, идем.

Давид увлек ее за собой, не дав проститься. О чем Илария и высказала ему, пока они спускались по лестнице.

– Ты обращаешься со мной как с ребенком! Мне уже семнадцать лет!

– Вот и подумай в свои семнадцать лет, что у нас у всех будут большие неприятности, если тебя хватятся в замке и, чего доброго, обнаружат здесь.

Илария глубоко вздохнула и не нашлась, что ответить. Князь открыл дверь и пропустил племянницу вперед.

– Мой факел… – Илария обеспокоенно оглянулась по сторонам. – Я совсем забыла, что отдала его Арону. Как мы теперь пойдем в темноте?

– Спокойно, не привлекая к себе внимания. Тебе мало огней на башне и у ворот? Дай руку.

Илария не стала возражать. В душе она радовалась, что все закончилось благополучно, но все же ей было тревожно за судьбу Ники: куда его увезет дядя? Что будет с мальчиком?

– Я ведь еще увижусь с ним?

– С кем?

– С Никой.

– Возможно. Лучше подумай о том, что завтра прибудут послы кузена твоего отца, князя Радвила из Баршицы и Глиницы, а также посланник великого магистра. Думаю, миром это не кончится…

– Что им нужно?

Илария обернулась на дозорную башню, надеясь увидеть начальника стражи, но все было погружено во мрак ночи. Лишь караульные дежурили на посту у входа в Верхний замок.

– Кузену Борислава нужен мир, а послу Ордена – война. Ты совсем не интересуешься политикой?

– Почему? Я знаю, что Радвил не следит за безопасностью торговых путей и наши купцы подвергаются нападениям. Но не станет же отец из-за этого идти войной на своего кузена, даже если он язычник.