Анна Бруша – Среди чудес и кошмаров (страница 84)

Хозяин питомника беззастенчиво рассматривал меня:

– Ты взял свою наложницу, Йотун. Как забавно, что ты решил нас познакомить.

– У нее есть весьма интересное предположение относительно чудовища, тушу которого ты забрал из Заолокского леса.

– Да? Тем более интересно. У меня даже закрадывается мысль… – Фэйт улыбнулся, в темноте его глаза на мгновение блеснули ярким фиолетовым огнем.

– Нет, она не подарок, а участник беседы, – ответил Йотун.

А у меня по спине пробежал холодок. Неужели хозяин питомника привык получать девушек в качестве подарков от других троллей? Слишком уж обыденно они об этом говорили.

Тем временем Йотун представил нас с Фэйтом друг другу в весьма официальных выражениях.

– Что ж… пойдемте, – сказал Фэйт.

Он шел впереди, и меня удивляла несуразность его фигуры. Как будто у него были слишком длинные руки и ноги. Тролль достал флейту и заиграл.

Подчиняясь мелодии, туман заклубился, затанцевал.

– Позер, – усмехнулся Йотун.

И мы шагнули во двор постоялого двора.

Крепкое деревянное строение не слишком отличалось от тех, какие можно увидеть в Миравингии на трактах.

Фэйт направился в обход. Мы вошли через черный ход, сразу же поднялись на второй этаж. Хозяин питомника явно часто бывал тут. Мы расположились в небольшой комнате, где уже ждал накрытый стол.

– Ты сегодня без своих жен?

– Да. Разговор предстоит деликатного свойства, – Фэйт с сомнением взглянул на меня. – Поэтому меня так удивило, что ты решил взять наложницу с собой.

– Можешь говорить свободно. Видишь ли, у Мальты весьма свежий взгляд на магию. – Я уловила легкую насмешку. – Она делает смелые предположения, поскольку ее не сковывают условности.

Вот уж спасибо. Красивый способ сказать: настолько неграмотна в магии, что может позволить себе нести что угодно.

Я бы обиделась, но… Йотун был прав.

– Мальта обладает… наблюдательностью и редкой проницательностью, поэтому я подумал, что было бы неразумно отмахиваться от того, что она говорит.

А вот это было действительно лестно.

– Она осматривала чудовище? – в глазах Фэйта зажегся неподдельный интерес.

– На некотором расстоянии, не прикасаясь.

– Что ж… тогда для начала выслушаю ваши мысли, – улыбнулся хозяин питомника.

– Мальта, – обратился ко мне Йотун, – ты можешь озвучить свою догадку?

Я встретилась с проницательным взглядом Фэйта. Тролль ждал.

– Что ж… – я почувствовала волнение, – мне кажется, что то чудовище… раньше было человеком.

На лице Фэйта не отразилось ничего.

Йотун наколол на вилку кусок сыра и отправил себе в рот.

– Я с этим утверждением не слишком согласен, – сказал он, прожевав. – Считаю, что человеческое лицо – это что-то вроде маски.

– О, – усмехнулся Фэйт. – Вижу, тут имеет место заклад. Мальта, могу я узнать, что натолкнуло тебя на столь смелую мысль?

Я взглянула на Йотуна. Мне не слишком-то хотелось объяснять суть моего дара. Тролль же хранил молчание, предоставляя мне возможность самой принять решение:

– Мне было знакомо лицо. Этот человек раньше служил в замке, где творилась разная запретная магия. И в результате неудавшегося ритуала он подвергся воздействию…

– Заклинания? – поинтересовался Фэйт и чуть подался вперед.

– Нет… он проглотил… вещество.

– Эликсир? Или декокт? То есть люди специально…

Его перебил Йотун:

– Насколько нам известно, люди не создают чудовищ. Судя по твоим вопросам, версия Мальты тебя заинтересовала?

Фэйт сцепил пальцы. Они как будто двигались помимо его воли, сплетаясь в магические пассы.

– Действительно… версия безумная, но не лишена смысла.

Из-под стола он достал потертую сумку, расшитую узорами.

«Должно быть, работа одной из его жен», – быстро подумала я.

Из сумки тролль достал пухлую тетрадь и раскрыл на середине. Со страницы на меня смотрела лицо коменданта, несколько искаженное, но все же узнаваемое.

– Это человек… я восстановил внешность по тому, что осталось. Может быть, не слишком точно.

– Нет, очень похоже. Это комендант, – подтвердила я.

Фэйт кивнул и перелистнул страницу.

– А это то, что было внутри.

Я завороженно смотрела на рисунки.

– Внутри… в смысле внутренности? – уточнила я, хотя все было очевидно.

Хозяин питомника постучал длинным ногтем по одной из частей.

– Это сердце чудовища. Соответствует размеру тела. Оно должно было хорошо гнать его кровь. А это… – он опять постучал ногтем, демонстрируя, куда надо смотреть, – второе сердце. Гораздо меньшее, хилое, хлипкое, да еще и поврежденное заклинанием.

Он взглянул с укором на Йотуна, как будто говорил: неужели нельзя было поаккуратнее?

Мы ждали, пока он продолжит:

– Я пытался понять, зачем оно такое. Да еще и удивительно похожее на человеческое. Тем более шутка в том, что я обнаружил и другие органы, которые могли бы быть… человеческими. Они были обвиты сетью вен и сосудов, снабжались кровью. Ну, до того… как чудовище погибло.

– То есть Мальта права? – спросил Йотун.

– Не знаю, – ответил Фэйт. – Звучит уж больно странно. Чудовища – это чудовища. Они такие, какие есть. От златоглазов появляются златоглазы. Никогда они не превращались во что-то еще. Даже когда мы проводим улучшение какого-то создания. Новый упивец с усиленной броней остается упивцем, а скрестить златоглаза с упивцем не получится. Понятно, о чем я говорю?

Мы с Йотуном кивнули.

– Вот поэтому мне и интересно, что этот ваш комендант мог такого выпить, чтобы измениться. Да еще и так… сильно.

Мы с Йотуном переглянулись, и тролль сказал:

– Люди называют это «бездна».

* * *

Разговор затянулся до поздней ночи, но надо было возвращаться обратно в столицу. Фэйт проводил нас другим туманным путем, более быстрым, чем тот, которым мы пришли на встречу с ним, но от сильной магии у меня кружилась голова.

При этом я почти не чувствовала усталости.

В карете Йотун устроился на сидении рядом и достал вещицу, служившую закладом.

– Это теперь твое, – сказал он.