Анна Беннетт – Герцог моей мечты (страница 54)
– Кое-что я представить могу. Ты обнимаешь меня так крепко, что я едва способна дышать.
– Дай мне на тебя посмотреть, – сказала Лили, отодвинувшись. Белокурые волосы Дилайлы спадали водопадом кудряшек, а румяные щеки сияли счастьем. – Ты выглядишь все так же прекрасно.
– Я принесу еще один прибор к чаю, – сообщил дворецкий.
– Да, благодарю вас, мистер Бернс, – отозвалась через плечо Лили. – Дилайла, – сказала она, бесцеремонно потянув подругу за руку, – познакомься с моей ближайшей подругой, мисс Софи Кендалл.
Софи незаметно схватила новую статью и перевернула лист на столе текстом вниз, после чего грациозно подала руку Дилайле.
– Приятно познакомиться, – тепло улыбнулась Софи. – Но, наверное, мне лучше оставить вас вдвоем.
– Нет! – в унисон возразили Лили и Дилайла.
– Я настаиваю на том, чтобы вы остались, ведь это я вам помешала, – сказала Дилайла. – И в любом случае я ненадолго. Нэш рассказал, что к тебе вернулась память, и что я найду тебя здесь. Я пришла по двум причинам. Во-первых, хочу извиниться за то, что тебя перепугала, и заверить в том, что со мной и в самом деле все в полном порядке.
– Благодарение небесам.
Лили пригласила обеих подруг обратно на диван и предложила Дилайле булочку. Дилайла отщипнула кусочек. Лили отчаянно хотелось спросить про Нэша, она бы с радостью послушала даже самые банальные новости о нем – какого цвета его сегодняшний жилет и брился ли он утром, – она как приблудный пес готова была довольствоваться любыми крошками. Но Софи и Дилайла были слишком прозорливы, и Лили боялась задать вопрос, который выдаст ее с головой.
– Твой брат сходил с ума. Наверное, для него было огромным облегчением тебя увидеть.
Глаза Дилайлы увлажнились.
– Да. Я ужасно виновата в том, что так расстроила вас обоих. Я поняла, что совершила ошибку, почти сразу после отъезда, но не была готова вернуться. Как-нибудь я расскажу тебе все неприятные подробности, а сейчас хочу обсудить вторую причину моего визита. Нэш решил устроить бал, чтобы вывести меня в свет как полагается.
Лили ошеломленно тряхнула головой и вытаращила глаза.
– Что-что? Ты сказала, что Нэш, то есть герцог, устраивает
Дилайла усмехнулась и кивнула.
– Самой не верится. И потому я решила раздать приглашения, пока он не успел передумать. – Она вытащила из ридикюля кремовую карточку и вручила ее Лили. – Пожалуйста, скажи, что придешь.
– Не уверена, – ответила Лили. – Она представила, как больно будет его видеть, такого ослепительно прекрасного в темном фраке, танцующего вальс за вальсом с самыми красивыми лондонскими девушками. Она сомневалась, что ее сердце это выдержит. – Не думаю, что это удачная мысль.
– Пожалуйста, Лили. Без тебя это будет совсем не то. – В голубых глазах Дилайлы застыла почти щенячья мольба. – Ты же знаешь, что все гости будут оценивать каждое мое движение. Я буду чувствовать себя гораздо увереннее рядом с тобой.
Лили колебалась, пытаясь найти какой-нибудь предлог для отказа. Но Дилайла была ее подругой, и Лили не могла бросить ее одну на съедение светскому обществу. Все равно что оставить ее в загоне с голодными волками.
– Ну хорошо, – сказала Лили, уже страшась предстоящего бала.
Как она встретится с Нэшем на глазах у стольких людей и сделает вид, что они едва друг друга знают? Как сумеет притвориться, будто никогда не целовала его и не проводила ночь в его объятиях?
– Я так рада, что все улажено, – просияла Дилайла. – Мисс Кендалл, надеюсь, вы тоже придете. Мы также будем рады вашим друзьям и родным. Уверена, что бал станет событием, все светское общество слетится посмотреть, как известный затворник герцог Стоунбридж устраивает такой масштабный прием. Если бы еще пару недель назад мне сказали, что такое возможно, я бы и сама не поверила.
– Наверняка бал будет великолепен, – с деланой веселостью произнесла Лили. – И я рада услышать, что герцог решил исполнить твое желание влиться в общество.
– В последнее время он изменился, – задумчиво отозвалась Дилайла. – И думаю, благодаря тебе. – Она игриво подмигнула Лили. – А сейчас прошу меня простить, мне пора. Нужно разнести еще несколько приглашений, но твое было первым.
Они встали и еще раз крепко обнялись.
– Все сложится прекрасно, – прошептала Дилайла ей на ухо. – Для нас обеих.
Мольберт для Фионы привезли на следующее утро, и он оказался роскошным, как и надеялась Лили. Она провела в студии пару часов, расставляя на полках безделушки, наполняя ящики всем необходимым и взбивая подушки. Когда все до последней детали выглядело идеально, она спрыгнула с табурета, отложила тряпку для пыли и помассировала поясницу.
Последний взгляд на залитую солнцем комнату подтвердил, что ее усилия были не напрасны, но ей уже хотелось наконец принять ванну и немного вздремнуть.
Она вернулась в свою комнату и, когда ванна была наполнена, вытащила из ящика комода пинетку, которую дала ей Сирена. Лили крутила крохотный башмачок в руке, размышляя о том, как же это странно – ей пришлось забыть, кто она, чтобы выяснить свое происхождение. А еще она раздумывала над словами Сирены:
Лили шагнула в ароматную, окутанную паром воду, и тепло успокоило усталые мышцы. Когда вода остыла, Лили вылезла из ванны и насухо вытерлась. А потом скинула пеньюар, забралась в постель и закрыла глаза.
Лили перевернулась в кровати в надежде еще ненадолго загородиться от окружающего мира.
Но кто-то все равно похлопывал ее по ноге, как бы она ни отбрыкивалась.
– Лили! – окликнул ее знакомый голос. – Проснись!
Она с неохотой сбросила подушку с головы и открыла глаза, различив на краю постели женский силуэт. На мгновение Лили решила, что ей снова тринадцать и она в школе-пансионе для девочек мисс Хэйвинкл. Фиона теребила ее и стаскивала одеяло, призывая вставать, пока она не пропустила завтрак.
– Я не хочу есть, – пробормотала Лили.
– Правда? – весело откликнулась сестра. – Хотя бы поздоровайся с вернувшейся домой старшей сестрой. Ты как будто совсем по мне не соскучилась.
Боже! Лили рывком села.
– Фиона?
Сестра лучезарно улыбнулась. Ее изумрудное дорожное платье превосходно подчеркивало рыжие волосы, а сияющий румянец свидетельствовал о счастливом браке и преданном муже.
При виде Фионы Лили разрыдалась. Плотина, которую она так тщательно соорудила, чтобы сдерживать поток эмоций, не выдержала внезапного нападения.
– Лили! – В тот же миг Фиона оказалась рядом, обнимая ее. – Что случилось?
Как рассказать сестре обо всем, что произошло за две недели после ее отъезда?
– Я так рада, что ты вернулась.
Фиона скептически подняла бровь.
– Я тоже рада тебя видеть. Но должна признаться, слегка удивлена. Почему ты не дома с родителями?
– Это долгая и непростая история, – сказала Лили, отодвигаясь.
Похоже, за последнюю неделю она плакала чаще, чем за всю жизнь.
– И она имеет отношение вот к этому? – Фиона взяла пинетку, которую Лили оставила на бюро.
– Да, – призналась Лили и похлопала рукой рядом с собой, приглашая Фиону сесть на кровать. – Сними туфли и устраивайся поудобнее. Потребуется немало времени, чтобы описать тот кавардак, в который я превратила свою жизнь.
Фиона внимательно слушала рассказ Лили о стычке в таверне, потере памяти, Дилайле и Сирене. И Нэше. Когда Лили раскрывала все невероятные, а иногда болезненные подробности, на лице Фионы мелькала озабоченность, но не осуждение. Для нее самым главным было то, что Лили жива и здорова.
Когда Лили добралась до конца своей долгой и печальной истории, Фиона прищурилась, как будто в ожидании продолжения.
– И это все?
– Ты о чем? – непонимающе спросила Лили. – Неужели тебе мало было перебранки в таверне, влюбленности и хозяйки борделя?
– О, ты через многое прошла, – сказала Фиона, обнимая Лили за плечи. – Это трудно не признать. Но мне кажется, твоя история еще не закончена.
– Ты говоришь загадками, Фиона.
– Пока я была в отъезде, ты повзрослела и открыла многие двери. К дружбе с Дилайлой и к родству с Сиреной. А еще открыла дверь к любви с Нэшем, и какой бы ужасной ни казалась тебе нынешняя ситуация, эта дверь еще не закрыта.
У Лили встал комок в горле.
– Я не знаю, как поступить. Он заявил, что неспособен любить меня так, как мне хотелось бы. Даже если у него и получится, как я могу отдать сердце человеку, который не уважает мой жизненный выбор?
– Ты только послушай себя. – Фиона пощекотала подбородок Лили пинеткой. – Ты самый решительный, смелый и упорный человек из тех, кого я знаю. Конечно, риск всегда есть. Нет гарантии, что все повернется, как ты хочешь. Но если кто и способен направить этот корабль в нужную сторону, то лишь ты одна. И если тебе не удастся… Что же, ты хотя бы попытаешься.
В груди Лили расцвела надежда.
– Не уверена, что сумею убедить Нэша открыть свое сердце, но на следующей неделе я увижусь с ним на балу, который он устраивает для сестры.
– На балу? – заулыбалась Фиона. – Какие только чудеса не случаются на балах. По крайней мере, тебе будет о чем написать в дневнике.
Лили простонала и закрыла лицо подушкой.
– Я до сих пор не могу опомниться от событий последних двух недель.