Анна Бахтиярова – Секрет Зимы (СИ) (страница 26)
— У меня были причины рискнуть! — сердито выпалила она и замолчала.
— Тебе удалось рассмотреть преследователя? — сменил тему Грэм, решив не терзать ученицу личными расспросами.
— Нет, он был в плаще и широкой шляпе, но я уверена, что это мужчина и… — Мари осеклась, сообразив, что никому не рассказывала о новом нападении. — Как вы узнали?!
— Он не забрал нож, которым разбил лампу, — Грэм мрачно вздохнул и провел широкой ладонью по блестящим каштановым волосам. — Но мы и так знали, что преступник после убийства Хлады прошел через Зеркало, соединяющее Зимний Дворец и замок Крона. Преступник торопился и наследил.
— Через «Путь»?! Значит он…
— Значит, — Грэм не дал Мари договорить. — Он из семьи, допущенной к Зеркалам. Но я бы посоветовал тебе, Ситэрра, держать выводы при себе. Ты все равно подозреваешь не того. Рофус стал бы отличным кандидатом в убийцы, если б не одно «но». Во время парада масок он и близко не подходил к Королеве. Как и к тебе на Дворцовой лестнице.
— Кто-то может подтвердить его непричастность? — презрительно фыркнула Мари. Откуда только храбрость взялась?
— Да. Этот «кто-то» перед тобой. Я находился с Рофусом в соседнем зале, когда раздались крики. Затем он допрашивал тебя, а после моего ухода на твои поиски около получаса оставался с Королем. Рофус не мог гнаться за тобой по лестнице. Не расстраивайся, — Грэм весело похлопал ученицу по плечу. — Карьера сыщика тебе не грозила.
— Я не… — мысли Мари перепутались.
— И не трусь, — утешил Грэм в свойственной ему манере. — Во Дворце не знают, что ты напала на Рофуса. Он обиду, конечно, затаил. Но будет молчать, не в его интересах афишировать позор. Кроме вас об инциденте знаем мы с Роксэль, но у нас нет причин болтать о нем.
— Это вы попросили зу Норлок поехать за мной? — Мари, наконец, сообразила, кого благодарить за заботу.
— Подумал, приглядеть за тобой не помешает, — хмыкнул Грэм, любуясь смущением ученицы. — Роксэль все равно была по соседству с Орэном.
— Я Пояс украла, — призналась Мари, готовая положить голову на плаху.
— Будем считать, ты его позаимствовала для защиты от убийцы Королевы, — лицо учителя приобрело крайне серьезное выражение. — Я верну его Эрсле, но впредь, Ситэрра, не рассчитывай на помощь. Не в моих правилах спасать юных дурочек, пусть и одаренных.
Мари кивнула, отлично поняв, что имел в виду Грэм. Он не выделял ее из толпы учеников. Просто сделал одолжение. Разок, другой. Коготки обиды царапнули душу. Несправедливо, что к наглому мальчишке учитель относится с большей теплотой. С другой стороны, с чего бы ему заботиться? Родной отец и тот этого не сделал.
— Что со мной будет? — Мари постаралась произнести вопрос безразлично, но голос дрогнул.
— Поживешь здесь, пока… пока все не утрясется, — Грэм подозрительно покосился на одну из колон. — Но не рассчитывай, что будешь бездельничать. С завтрашнего дня начнешь тренироваться с Дондрэ. Поупражняетесь друг на друге. Да-да, Кристоф, так и передай запевале — стихийница из Академии устроит ему еще не одну порку!
Из-за дальней колонны высунулась знакомая черноволосая голова и извинилась. По-своему.
— Вы же сами говорили, зу Иллара, что пытливый ум — это сила!
— Сила — это пинок под любопытный зад, яу Рум! — Грэм угрожающе упер внушительные кулаки в бока. — Вон отсюда! Ситэрра, — обратился он к Мари, когда мальчишка шустро унес ноги. — Я говорил серьезно. Не позволю забросить практику. Буду лично работать с тобой здесь. Вплоть до дня, когда ты вернешься во Дворец. И вот еще что, передай это Далиле Вилкок, — Грэм извлек из кармана девственно чистый конверт. — Имейте в виду, я вам не почтальон. А теперь бегом за Поясом Стихий. Чтоб успела обернуться, пока я проверяю узоры негодника Дондрэ.
— Ты ждала от кого-то письмо? — Ной с подозрением смотрел, как Далила, сидя на краешке кровати, безжалостно разрывает конверт.
— Нет, но это и странно, — она не церемонилась, извлекая исписанный мелким почерком лист бумаги. — Ой! Ой-ой-ой! Вы не поверите! Это от Тиссы! Нашей Тиссы!
— Не может быть! — изумленная Мари запрыгнула на постель и устроилась позади подруги, с нетерпением заглядывая ей через плечо. — Но причем тут зу Иллара?
— Откуда я знаю! — огрызнулась Далила. — Хватит дышать в ухо! Сосредоточиться мешаешь.
Письмо прибыло из Весеннего Дворца. Тисса с первых же строк объяснила, что передать послание попросила Грэма Принцесса Весны, в свиту которой ученицу Академии приняли на время каникул.
— Везет же некоторым! — чуть не взвыла Мари, годами боготворившая Весту. — Одни в судах развлекаются, другая прислуживает Принцессе Весны! За мной же убийца по всей стране гоняется! Где справедливость, а?
Однако по унылому тону письма быстро выяснилось, что и юная подружка не радуется жизни. Подготовка к свадьбе Короля Мартэна изменила ее дом до неузнаваемости.
«
Далила отложила лист и насупилась. Послание оставило привкус горечи. Подруга описала не все, чуточку приоткрыла истинные страхи. Они трое знали, что Саттеры — друзья Принцессы. Пошатнувшееся положение Весты грозило здорово ударить по всей семье, ведь Король Мартэн не жаловал приближенных сестры.
— Об Элле Монтрэ ходит много сплетен, говорят девушка не первой свежести и далеко не красавица, — припечатал Ной, но добился неожиданного эффекта.
— А вам только красавиц подавай! — вспылила Далила, уронила письмо и вылетела из комнаты.
Дверь с грохотом захлопнулась и с жалобным скрипом медленно отворилась снова.
— Что с ней? — Мари вопросительно приподняла брови. Далила и раньше не отличалась сдержанностью, но подобного поведения за подругой она не наблюдала.
— Из-за свадьбы, наверное, — Ной наморщил лоб и помрачнел не хуже неба перед грозой. — Не из-за Королевской. Из-за своей. Пойду, догоню ее.
— Я с тобой, — Мари с готовностью вскочила.
— Не надо, один я быстрее управлюсь, — Ной посмотрел страдальчески. — Пускай на меня накричит, а не на обоих сразу. А ругаться она будет, поверь на слово.
Дочь Зимы проводила друга растерянным взглядом и подняла с пола послание Тиссы. Перечитала его, остановившись на словах о торжестве. Вот бы попасть во Дворец Мартэна и Весты! Наверняка, Весенние праздники отмечаются веселее Зимних. Но разве безродной, а теперь и беглой зу позволят появиться на Королевской свадьбе.
Далила вернулась через час. Мари, лежа в постели, с тоской представляла совместные занятия с Яном Дондрэ. Мальчишка не отстанет, продолжит цепляться. Пускай на ее стороне силовое преимущество, за негодником оставались знание здешних порядков и покровительство Грэма Иллары.
— Ной тебя нашел?
— Ной? Нет, я его не видела, — Далила раздраженно сдернула с кровати покрывало. — Зато натолкнулась на Роксэль Норлок. У-у-у злюка! Замучила наставлениями. Сказала, приличные девицы не бродят по ночам непонятно где. Приличные! Ха! Кто бы говорил! Сама встречается с женатым мужчиной, а рассуждает о морали.
— С кем встречается? — сонно переспросила Мари, не особо интересуясь личной жизнью Роксэль Норлок.
— С твоим Королем, с кем же еще?
— До сих пор?!
Далила помолчала. Только постучала кулаком по лбу. Высказывать вслух мнение об умственных способностях Мари показалось не по-дружески.
Глава 13. Ловушка на двоих
Вскоре Мари узнала подробности личной жизни Роксэль Норлок. На срединной территории ее отношения с Инэем не являлись секретом. Роксэль здесь так и называли — тайная жена Короля Зимы. За глаза, разумеется. Отверженные стихийники многолетний роман не осуждали, но и одобрять не торопились.
Поговаривали, будучи Принцем, Инэй планировал сбежать из родного Замка и жениться на неугодной родителям девушке, а престол оставить младшему брату Снежану. Требовалось дождаться конца Зимы. Сочетаться браком на земле отступников разрешалось раз в сезон — в последний день каждого Времени Года. В свадебные дни во владения совета съезжалось по несколько десятков пар.
Но гибель Бурана и Снежана в Эзре вынудила молодого Принца поменять планы. Инэй возглавил Зимний Дворец, принеся в жертву собственное счастье. О свадьбе Повелителя Зимы с девушкой со смешанным происхождением не было и речи. Ходили слухи, что сначала Роксэль не желала видеть новоиспеченного Короля, но позже смягчилась, и роман разгорелся с новой страстью. Вопреки двум законным бракам Инэя, заключенным под давлением Северины, опасавшейся, что род Дората прервется.
— Не понимаю я Роксэль, — говорила Мари Далиле. — Она такая красивая. Поманит пальцем, и любой к ногам упадет.
— Они и падают, — усмехнулась подруга, придирчиво разглядывая отражение в карманном зеркальце. — Роксэль заводит романы, чтобы Король не думал, что она прибежит по первому зову, — Далила поправила челку, привычно дунула на нее и ядовито добавила. — Мстит за законных жен. И правильно!