Анна Андреева – Край Истинного света (страница 5)

Я, не жалея сил, всматривалась в каждую крупицу их молчаливой беседы, поражаясь розовому румянцу на щеках декана факультета разума.

После Общей магии Миаф остался с Тилен в кабинете. И как бы мне не хотелось узнать, что между ними происходит за дверями, остаться и подслушать я не могла – нужно было спешить на Боевую подготовку.

– Дэллочка! – Янгрид сгреб меня в медвежьи объятья. – Как же я соскучился!

– Задушишь, – просипела я, вырываясь из грубой хватки.

Боевые маги даже не посмотрели в нашу сторону, а кто посмотрел, не заостряя на этом внимания, прошли мимо. Ученики уже привыкли к поведению Лорда Увина со своей любимицей – смирились.

– А меня не обнимешь?

Пауль раскинул руки.

Янгрид скривился и махнул на него рукой.

– Предвзятое отношение? – прищурился Пауль.

– Откровенное нежелание тереться об твою плоскую грудь, – парировал Янгрид и, оскалившись улыбкой на мое немое возмущение, пошел к центру арены.

Я потрясенно уставилась на развеселившегося Пауля.

– Он сейчас признался, что обнимал меня, чтобы полапать?

– Больно ты мне сдалась, доска тощая! – крикнул Янгрид, расслышав даром гончей мои слова.

Друг хихикнул и потащил шипящую меня вслед за остальными учениками.

С самой первой минуты занятия Янгрид начал гонять нас по арене как озверевший гигантолигр. К бегу и отработке стоек с оружием, он добавлял неожиданные нападки песочных тварей, создаваемых из черного песка арены-артефакта. После всех отбитых атак, лорд Увин ставил нас в спарринги друг с другом, а «доживших» до конца занятия заставил пройти десять раз полосу препятствий, обнуляя счет при малейшей ошибке.

Ноги и руки раскинулись на песке. Я не могла найти в себе силы даже дышать. Слегка приподняв голову, я увидела десятки таких же обессиленных учеников, только Янгрид и Винсент стояли на ногах, смешливо оглядывая поле, поросшее лежачими молодыми защитниками.

– Бездна, помоги мне.

После обеда меня в тренировочном зале ждет лорд Йун, а я даже не знаю, как дойти до столовой.

Крупная фигура Винсента заслонила солнце, и я помянула, что в Тиррионе уже давно не лето. Воспоминания о горячанке были слишком свежи, и я с благодарностью посмотрела на принесшего мне плащ защитника.

– Спасибо.

Я тяжело подняла трос и, не найдя сил встать, осталась сидеть на черном песке.

Винсент накинул плащ мне на плечи и уместился рядом, притягивая за талию ближе к себе.

Я охотно поддалась.

– За что он нам мстит? – обреченно прошептала я.

– Это не месть, а желание помочь.

– Помочь?! Со встречей с Великой? – Упоминание Великой Прародительницы неприятно царапнуло кости. Я устала от ее шуток надо мной. Больше ей нет места в моей жизни.

Ответа я не услышала. Винсент легко улыбнулся и, подняв пальцами мой подбородок притянул к себе, захватывая меня поцелуем.

– Дэллочка! – ахнул Янгрид. – Серьезно? Он?!

Я повернулась к прячущему улыбку декану и показала язык.

Наигранно обидевшись, он продолжил обход бездвижных тел.

В этот раз, я сама нашла губы Ди-Горна, напитываясь через томное желание силами.

Говорить Винсенту о том, что Пауль соврал и не рассказал о прогулке с советником Размаром, я не стала, и, отобедав вместе с ним за дальним столом столовой, мы не хотя отправились отрабатывать каждый свое наказание.

До тренировочного зала я дошла на одной силе воли. Встретив внутри седого сурового защитника, мысленно сложила себе погребальный костер.

– Здравствуйте, лорд Йун.

– Доброго дня.

Мужчина говорил спокойно, но от его голоса зазвенели окна. От лорда веяло силой и жесткой собранностью – он пропитывал собой воздух, незримо давил на серый неровный камень стен. Услышать запах его магии мне не удалось.

– Вы гончая?

Йун сдержанно кивнул. Это вторая гончая, с которой мне довелось встретиться, не считая отражения в зеркале, и вывод напросился сам – ждать легкого времени препровождения не стоит.

Я скинула плащ, сумку и, бросив их у двери, подошла к опытному защитнику.

Каждый кожаный ремешок на его жилете, каждая перевязь и ножны, были затянуты идеальными прямыми линиями. Даже седые волосы, убранные в тугой коротких хвост, не смели топорщиться.

– Первое, что ты должна усвоить – это дисциплина.

Вот так сразу? Без должного знакомства?

– Она обеспечит сплоченность и готовность отряда к выполнению поставленных задач.

Под тяжелым взором его темно-синих глаз, голова сама кивала в подтверждение – я внимательно слушаю.

Последующие часы Йун нагружал меня тирадами о важности контроля поведения и следования правилам, а пока он вкладывал в мою голову знания, заставлял стоять с прямой спиной, руками, ногами – всем, что способно вытянуться в прямую линию, а что не способно, должно к этому стремиться.

– К следующему занятию ты должна выучить все виды боевых построений. Так же запомнить в чем преимущество каждого и какое построение более эффективно в той или иной ситуации.

Высунув мне в руки толстую потертую книгу, он оставил меня в ноющем сожалении и раскаянии перед Себастьяном.

Не стоило его злить.

Доволочив свое тело до третьего этажа, я хило постучалась в дверь.

Увидев мое измучанное лицо, Каспар захлопотал у своего целительского чемодана, обещая сотворить микстуру, способную помочь мне справится с усталостью.

– Винсента можешь не ждать, – без вопроса ответил Каспар, смешивая у тумбочки своей кровати разноцветные тягучие жидкости и шурша травами. – В лучшем случае он закончит с моргами на рассвете.

– Хорошо, – отрешенно ответила я, немного сочувствуя Винсенту.

Пробегая взглядом по бордовому ковру, шелковым обоям и темной обивки дивана, я ждала обещанное мне средство от усталости. Резко осознав момент, подходящий для озвучивания моей просьбы, я пересела на широкую кровать.

Каспар вскинул на меня черные глаза, коротким махом головы убирая свой длинный хвост из огненных волос с плеча.

– Помоги мне кое-кого найти.

Рассказав без утайки все, что узнала от Старшего о маме, я с надеждой посмотрела на него.

Медленно затягиваясь сигарой, Каспар, расслабленно откинувшись на диване, гонял в голове мысли. Ему стоило хорошо обдумать и решить, готов ли он справиться с последствиями помощи мне. Обрекать себя на гнев отца легкомысленным желанием помочь, молодой некромант, явно, не хотел.

– Как ты сказала? – уточнил Каспар, выпуская со словами дым. – Она пила мерцающую пыль для сохранения плода?

– Ребенка, – поправила я Кэннура.

– Как скажешь.

Он задумчиво уставился в шкаф у двери и потер большим пальцем острый подбородок. Черные глаза приобрели грузность.

– Тот целитель был прав, назначая маме яд как лекарство?

– Не знаю, – бросил он и затушил сигару. – Точнее, я догадываюсь о причинах выбора такого способа исцеления, но наверняка сказать не могу – это может только назначавший лечение целитель.

Не дав мне открыть рта для новых расспросов, он подлетел ко мне, вкладывая в руки пробирку с микстурой и бессильно, но настойчиво, повел к двери.

– Каспар, если тебе что-то известно, – начала я.