Анна Андреева – Край Истинного света (страница 30)

Он повернулся ко мне голову, звякнув массивными серьгами.

– Я слушаю, – ровным тоном отозвался он.

Архивариус, ученики и гости, не понимающе уставились на меня.

– Я не в состоянии порезать сама себя. И не могу доверить это сделать никому из присутствующих, кроме королевской семьи. Просить вас сделать это – было бы верхом наглости, поэтому прошу Его Высочество помочь мне. – Я присела в реверансе. – Ваше Величество, не откажите мне в моей просьбе и примите ее, как дар моей непоколебимой верности и преданности.

– Дэл? – шикнула Селин. – Что ты несешь? Прекрати.

Наир стоял сбоку помоста, но на его лице читался точно какой же вопрос.

Я незримо отмахнулась от беспокойства друзей и с тихим ликованием наблюдала, как Герион бледнеет, а его светло-зеленые лисьи глазки стекленеют.

Уиллис едва заметно скривился, но сдержался и не показал своего гнева. Отказать прилюдно в такой просьбе он не мог. В противном случае получится, что он погнушался просьбы о помощи верной подданной.

– Герион, помоги молодой защитнице закрепить клятву.

Уиллис махнул кистью, увешанной кольцами.

Король знал, что это месть, и он заставит меня пожалеть об этом, но я не могла промолчать и покорно склонить голову. Уиллис должен знать, что я не из тех, кто позволит себя пинать. Пусть несколько раз подумает, прежде чем навредить мне и моим близким. Моя месть не заставит себя долго ждать.

Герион на негнущихся ногах спустился с помоста и подошел ко мне. Его глаза полные ужаса смотрели сквозь меня, вглядываясь то в высокие золотые двери тронного зала, то в стену, сплошь пронизанную окнами.

Я упивалась его страхом, кормя злобу внутри себя. Пусть на мне ошейник, но я могу натянуть цепь в их руках и сломать им пальцы.

Принц не глядя принял нож из рук архивариуса и наощупь поднес к моей ладони. Лезвие часто застучало о мою кожу и не могло прижаться к плоти.

Ученики начали заворачивать головы, не понимая промедления.

Король медленно поднялся с трона и не спеша спустился к нам.

– Герион, – мягко сказал Уиллис и легко вытащил нож из его потных ладоней. – Твое сердце не способно причинить боль столь прекрасной девушке.

– Ваше Величество, вы правы.

Герион расслабил плечи и торопливо отошел на несколько шагов назад.

– Я окажу тебе честь юная гончая и лично пролью твою кровь на клятву.

Зал восхищенно ахнул, только я и густой грозовой дух слышали в его словах угрозу.

Король одним взмахом глубоко рассек ладонь от большого пальца до мизинца. Терпкий металлический запах теплой крови окутал нос, но я не поморщилась, не моргнула, а продолжила смотреть на скалящееся лицо Уиллиса.

Бурые пятна пропитали пергамент насквозь. И лишь когда архивариус сам убрал свиток от частых капель, Уиллис отпустил мою руку и вернулся на золотой трон.

Принц, все также вглядываясь в обстановку зала, занял место подле короля.

Архивариус произносил заключительную речь, но я его не слушала. Я пристально смотрела в серые глаза Уиллиса, зная, что никогда не назову его своим королем. Агмундам не место на троне.

Глава 12

– Ему запретили приближаться ко мне? – тихо спросила я. – Он бы не мог так поступить со мной – ему угрожали.

Наир скрылся вместе с архивариусом, и толпа, ринувшаяся поздравлять первокурсников с дачей клятвы, не дала мне догнать его, а на мои окрики он даже не повернулся: Наир бы не поступил так со мной по доброй воле.

– По правилам дворца прислуга не может говорить с гостями. – Винсент оперся на раму широкого окна, вглядываясь в высокое толстое дерево, царапающее голыми ветками стекло. – Тем более на балу.

Душе стало полегче, но это была лишь песчинка на берегу реки моих тревог.

– Хочешь уйти? – коротко спросил Винсент.

Я кивнула и пошла в сторону выхода.

Шлейф древесный магии лизнул нос, и перед нами вспыхнул белый свет, являя Гериона.

– Куда-то уходите?

– Да. – Винсент оскалился в ответной улыбке. – Увидимся через год.

– Сомневаюсь. – Герион подошел ближе. – После сегодняшнего вечера многое изменится. Очень многое.

Я схватила ладонь Винсента, и недавно подлеченная Себастьяном рана начала саднить.

Словам принца нельзя было не поверить: изменилось многое – я не смогу сбежать с Винсентом, пока у Агмундов Наир. Я всем своим существом хочу оторвать Уиллису голову, и плевать, кто сядет на трон после него, лишь бы не Агмунд.

У меня появилась цель.

Винсент заметил мое напряжение и шагнул, частично загораживая меня плечом от принца.

– Слишком самоуверенная угроза для того, кто боится капли крови.

Герион сжал зубы.

– Не забывайся, Винсент. Ты говоришь с будущим королем. – Он покосился на гвардейцев в бордовых мундирах, стоящих по углам зала.

– Вот станешь им, тогда поговорим.

– Винсент, – прошипел принц. – Мое милосердие не безгранично.

– Это не милосердие, а слабость, – жестоко заметил защитник. Его забавляла злая беседа с принцем, и он этого, не то что, не скрывал – открыто демонстрировал. – Из-за этой слабости, ты всегда будешь тенью своего отца, Герион. Власть Агмундов держится на страхе. Едва она попадет в твои руки, то посыплется сквозь дрожащие пальцы как песок. – Винсент купался в злости принца и сиял от довольства. – Когда ты сядешь на трон, все те, кого давил и угнетал твой отец, разорвут тебя. И я буду одним из первых.

– Сын изменника вздумал учить меня править? – Герион вздыбил грудь. – Могу заверить тебя, ты не увидишь, как корона ляжет на мою голову. К тому моменту от тебя останется лишь горстка пепла, которую я буду бережно хранить в кармане.

Ярость обожгла нутро, застилая глаза пеленой. Я вышла из-за Винсента и предостерегающе зыркнула исподлобья.

Герион лениво осмотрел мое искаженное угрозой лицо.

– Ты нашел себе пару по масти, Винсент. – Принц дернул одной стороной носа. – Я ошибся на твой счет, Дэлла. Решил, что мы можем стать хорошими друзьями в будущем.

– В Бездну таких друзей, – выплюнула я.

Винсент одобрительно хмыкнул и, скрестив руки на груди, ожидал ответа Гериона.

– Страх перед видом крови не помешает мне сломать шею помощнику архивариуса. Имей это ввиду, гончая, когда следующий раз посмеешь проявить неуважение к королевской семье.

Я дернулась в порыве ярости, но Винсент схватил меня за плечо и подтащил к своему боку.

– Не сейчас, – шепнул он.

Герион Агмунд нахмурился, обдумывая, как поступить с моей попыткой нападения на него.

– В этом году бал особенно прекрасен, Ваше Высочество. – Размар обогнул слугу с подносом и взял с золотого круга бокал со светло-желтым напитком. – Юные леди в нетерпение ждут, когда же принц пригасит их на танец. Не лишайте же столь очаровательных дам своего внимания.

Герион нехотя повернул голову к кучке девиц, активно изображающих веселую беседу. Обдав нас напоследок предостерегающим взглядом, он резко развернулся и пошел исполнять просьбу советника.

– Не стоит благодарности.

Размар широко улыбнулся, невзначай отпивая из бокала.

Винсент коротко кивнул ему и обеспокоенно осмотрел меня.

– Со мной все в порядке, – соврала я и смахнула с плеча его ладонь.

Он не поверил, но понял мое нежелание говорить о случившемся и, огладив меня теплыми глазами, перевел взгляд на советника.

– Не стоит злить того, кто одним своим словом может отрубить тебе голову, Дэлла, – сурово сказал Размар. – Винсент, тебя это тоже касается. Пока они тебя терпят, но настанет день, когда чаша их терпения переполнится и затопит благоразумие.

– И что же? Терпеть нам? – бесцветно спросила я.