Анна Андреева – Край Истинного света (страница 31)

– Выход есть, но вы ищите его не там.

Сказав эти слова, советник поклонился и ушел, оставляя нас в смятении.

Уже второй раз он говорит многозначительными фразами – он готовит нас к главной беседе, раскрывающей его замыслы.

– Он имеет ввиду твоего отца? – тихо спросила я.

– Пока рано делать предположения. Его связь с Гилуром еще никак не проявила себя.

Я поймала на себе ледяной серый взгляд Уиллиса и сжала кулаки до хруста пальцев. Он посмел забрать у меня Наира.

– Я убью его.

– Мне импонирует твое стремление, но всему свое время, моя жестокая Дэл. – Винсент чуть склонил ко мне лицо, забирая все мое внимание себе. – Не мне рассуждать о благоразумии и терпении, но ради достижения цели иногда необходимо переступить через гордость и желание мести.

– Проглотить? – прошипела я.

– Нет. – Винсент опасно улыбнулся. – Отложить.

– Юная гончая.

Мы резко развернулись на звонкий голос.

Низкий мужчина с тонкой черной бородой-змейкой, учтиво поклонился в приветствии.

– Мой племянник хорошо отзывался о вас, Дэлла.

Винсент фыркнул и отвернулся, не желая учувствовать в пустой напускной беседе.

– Вы дядя Миафа? – без интереса уточнила я.

Казначей кинул и легко улыбнулся.

Я вытянула шею и постаралась найти Миафа, способного избавить меня от своего родственника, – грубо уходить, пренебрегая дядей друга, мне претило.

– Ди-Горн. – Пожилая сухая женщина выплыла из-за спины казначея и встала рядом с ним, почти сливаясь белизной своего строгого платья с бесцветным костюмом мужчины. – Не ожидала тебя здесь увидеть.

– Появилось свободное время: решил заглянуть, – равнодушно проговорил Винсент, демонстрируя полную незаинтересованность в их присутствии. – Ваши крысы съедали непростительно много моего времени, шпионесса Одэя.

– Мальчишка! – рявкнула женщина и ее короткие седые волосы выбились из-за ушей. – Ты такой же наглый, самоуверенный и тупоумный как твой отец. Меня не слушают, но я вижу тебя насквозь, Ди-Горн. Ты только и ждешь, когда сможешь улизнуть к своему отцу и занять место подле его высокомерного зада. – Она поджала сдувшиеся губы и покачала головой. – Меня не послушали и совершили большую ошибку.

Казначей слегка дотронулся до плеча шпионессы.

– Одэя, не стоит омрачать Дэлле ее первый бал.

Женщина перевела на меня ноющие в бессилии глаза.

– Тебе еще не поздно одуматься, Дэлла. Предательство не прикрыть благородством или добрыми помыслами, от этого смысл не поменяется. Ты родилась в королевстве под покровительством Агмундов и должна чтить и благодарить своего короля.

– Я не понимаю ваших подозрений, Одэя, – ровно ответила я. – Чем же я заслужила ваше недоверие? Я дала клятву, как от меня и требовалось.

Пока шпионесса кусала свои впалые щеки, я украдкой взглянула на Винсента.

Он выглядел вполне спокойным, разве что чуточку раздраженным, но это его обычное состояние. Слова Одэи про Гилура и предательство Винсента никак не тронули. Неужели он действительно рассчитывает встать рядом с отцом в восстании?

– Дэлла, не откажите мне в танце?

Казначей вышел перед пыхтящей шпионессой и протянул руку ладонью вверх.

– Какая жалость, – отозвался Винсент. – Но все танцы вечера Дэлла обещала мне.

Он схватил меня за запястье и повел в центр тронного зала.

– Куда? – только и смогла я коротко спросить.

– Хочешь пойти с ним и выслушивать хвалебные тирады о Агмундах?

Винсент взял меня под локоть и устремил свой желтый взгляд перед собой.

– Нет.

– Я так и подумал.

Винсент повел меня через толпу, освобождая нам путь без каких-либо усилий. Гости сами расступались перед ним. Его суровая стать, злые глаза и уверенные тяжелые шаги не просили уступить дорогу – требовали. И люди подчинялись даже сами того не понимая. Их тела чувствовали исходящую от Винсента силу и покорялись.

Оказавшись посреди пар заканчивающих движение под последние ноты вальса, он выставил меня перед собой.

– Я не умею танцевать, Винсент.

Я в ужасе распахнула глаза, услышав первые звуки мелодии для фокстрота.

– Я тоже, – легко сказал Ди-Горн и обаятельно улыбнулся.

Ноги налились сталью. Если даже Каспар, насквозь пропитанный кошачьей грацией и благовоспитанием, не смог танцевать со мной, то что говорить о Винсенте – защитнике, далеком от изящных развлечений «Высшего света» и с тяжелой каменной поступью. Тут бы СВОИ ноги сохранить!

Винсент нежно взял мою онемевшую ладонь и выставил чуть в бок. Другую руку он положил ко мне на талию и рывком притянул к себе.

Я ударом влетела его крепкое тело, выпуская рваный выдох из легких. Подняв на него взгляд, я встретила желтые потемневшие глаза и потерялась в нахлынувшем желание. Мысли выпрыгнули из меня еще вместе с ударом, а теперь на их место заползали образы тяжело дышащего Винсента: его сильных жгутов мышц под бархатной смуглой кожей, ласковых губ и болезненно сжимающих мои бедра широких ладоней. Твердость, давящая на меня через ткань брюк и легкие слои ситца, подсказывала, что он тоже думает не о предстоящем танце.

Музыка десяти скрипок разогналась, и, как только в игру вступило фортепиано, Винсент шагнул на меня, подхватывая задорные звуки фокстрота. Мое тело отдалось во власть его сильных рук, уверенных шагов и разжигающих внутри меня пожар янтарных глаз. Я совсем не могла думать о правильности и точности своих движений – я полностью доверилась Винсенту.

Лица гостей, белый мрамор, опасные Агмунды мелькали где-то на заднем плане. За пределами наполненного распирающей радостью момента. Мы подобно мерцающей пыли пропитали тела музыкой и плыли по залу, несясь на тонких плачущих нотах скрипок и грудных томных звуках фортепиано.

От рвущего мое сердце восторга я засмеялась и откинула голову. В этот момент Винсент начал закручивать нас на месте, слегка выгибая мою спину назад. Его мягкие губы приблизились к шее и мимолетно коснулись кожи, отправляя по телу тысячи уколов, сводящих затылок в мурашках. Затем защитник вновь повел меня быстрыми шагами по залу.

Селин и Пауль пронеслись мимо нас в до боли точных шагах и движениях рук. Девушка расслабленно улыбалась в руках парня, довольная своими трудами, по обучению боевого мага танцам.

Пауль же в своем темно-коричневом костюме и неизменной серой шапке кусал губы и оглядывался, страшась ошибиться и расстроить Селин.

Миаф с закинутой ногой Эдит на талии приковал к себе все внимание гостей. Они танцевали совсем не фокстрот, которому меня учила леди Шлор; их танец был наполнен резкими взмахами ног, поддержками и чувственными касаниями.

Сэм посмотрел на их неприличный танец и покраснел, но быстро отвернулся и продолжил вести Лесси среди пар. Прокружившись мимо нас, они подошли к высоким золотым дверям и покинули тронный зал.

Мелодия звучала все тише. Движения становились все медленнее. Лицо Винсента все ближе. В последний скрип струны он накрыл меня поцелуем. Его губы захватили мои, а язык игриво скользнул по зубам.

Музыка стихла, забрав с собой смех и радостные голоса.

– Мои верноподданные! – громко обратился Уиллис Агмунд, стоя на помосте перед золотым троном.

Гости подняли головы, готовые внимать каждому слову короля.

Мы с Винсентом лишь слегка отстранились друг от друга, продолжая тесно прижиматься боками.

– Дача клятвы – не единственное, чему я бы хотел посвятить этот вечер. Настали тяжелые времена. – «И по чьей же вине?» – Мы должны сплотиться. Забыть застарелые обиды, протянуть недругу руку помощи, ибо только вместе мы сможем победить Бездну! – Все одобрительно закивали. – Это касается не только вас, но и меня. – Он выдержал гнетущую паузу. – Я прощаю Винсенту Ди-Горну ошибку его отца и возвращаю право наследования титула графа!

Толпа в миг повернула к нам головы.

Король выцепил Винсента глазами и протянул руку.

– Подойди же ко мне и прими помилование.

Я ощущала мышцы плеча Винсента горячим камнем. Он не дышал, не двигался, не моргал. Только смотрел, не в силах двинуться с места.

Себастьян подошел к нам со спины и наклонился к уху Винсента.

– Ты не можешь отказаться, иди.

Винсент едва заметно дернул уголком губ.