Анна Алексеева – Жестокие игры в академии драконов. Часть 2 (страница 26)
Рядом с вазой, прислонившись к ней спиной, лежала небольшая, размером чуть больше, чем моя кисть, тряпичная кукла. Я взяла её в руки – и что-то кольнуло в сердце. Оно забилось быстрее, и волнение охватило меня. Слишком знакомо выглядела эта кукла. Слишком…
И тут я вспомнила. Точно такая же, сшитая вручную, кукла была у меня в детстве. Кто и когда подарил мне её – я не помнила, но зато в памяти явственно остался эпизод, как она попала в костёр и сильно обгорела, после чего я со слезами хоронила её на заднем дворе. Но откуда мистер Аллен мог знать об этом? Спросил моего отца? Или, может, отец сам и сшил её, пока содержится в Храме Золота? Но ведь он ничего не помнит.
Ещё на тумбе, прижатая вазой, лежала записка. Я положила куклу себе на колени и осторожно вытащила плотный лист пресованной бумаги с неровными краями и развернула его.
Отложив в сторону записку, я покрутила в руках куклу. Точно такая же. Только юбка была в клеточку, а у этой – просто красная. И стежки были грубыми, неровными, кое-где в просветах между швов виднелись кусочки ваты, а глаза были разного размера. Видимо, он сшил её сам, как мог.
Я умилённо усмехнулась и нежно провела по игрушке большими пальцами. На глаза навернулись слёзы, и я сделала глубокий вдох, чтобы не позволить себе раскиснуть.
Эта записка напомнила мне о том, кого я всю жизнь считала своим отцом – Тираэле Ханте. Мистер Ноа обещал свозить меня к нему во время выходных. Если бы только он всё вспомнил… Я могла бы спросить его о том, где он меня нашёл и почему забрал к себе.
Дверь открылась, и в палату заглянул молодой дракон с лиловыми кудрями. Он улыбнулся:
– Мисс Линаэль, вы проснулись. Позвольте представиться, Элизар Мару, ваш технический врач.
– Элизар? – я отвела взгляд, припоминая. – Мы с вами раньше не встречались?
– Нет, я бы запомнил. Скорее всего, вам так показалось, потому что меня зовут так же, как бывшего хозяина Айсхолла. Однако, уверяю вас, меня с ним совершенно ничего не связывает.
С этими словами он подошёл ко мне, но вместо того, чтобы осмотреть самого пациента, уставился на сложные металлические артефакты, установленные у меня над головой. Покрутил кольца с символами, повернул пару рычажков, удовлетворённо кивнул:
– По показателям приборов вас уже можно выписывать. Ещё пару дней будет слабость и ломота в теле, но мы их нейтрализуем с помощью препаратов. Постарайтесь не перегружать себя, пока не почувствуете себя хорошо.
– Это значит, что я могу возвращаться?
– Подождите ещё осмотра мисс Амелии Лоран, она убедится в том, что ваши линии силы полностью окрепли. Я сейчас же вызову её.
И он вышел из палаты, вновь оставив меня одну.
Я вздохнула, отложила куклу обратно на тумбу – и только теперь заметила, что один из рукавов пижамы был закатан. Осмотр руки не обнаружил никаких следов уколов, ран или чего-то подобного.
Кстати, почему я вообще здесь нахожусь?
Я подняла взгляд и уставилась в одну точку перед собой. Что произошло? Райнер говорил, это магическая кома, вызванная слишком большим расходом силы. Но как это произошло?
Воспоминания о случившемся возвращались с болью и неохотой. Сок манго, от которого всё тело зудело от страстного желание удовлетворить сексуальную энергию. Райнер, который пошёл отвлекать Венгу, чтобы я смогла вернуться в комнату. Нескромные шуточки Криса. А потом…
Мои щёки вспыхнули, когда в памяти всплыл незнакомый мне Саргон. Великая Праматерь, как же стыдно! Я видела его впервые, но меня так сильно тянуло к нему, что была готова наброситься на него, чуть ли не силой сорвав одежду. Ещё и прямо сказала, что хочу его! Если Райнер узнает, он меня не простит.
Я застонала и закрыла лицо руками, будто это как-то могло уменьшить чувство сжигающего меня изнутри стыда. И усугубляло это чувство то, что даже сейчас, когда никакой сок на меня уже давно не действовал, у меня внутри вспыхивал пожар от воспоминаний об этом драконе.
Думать о том, что я изменила тому, кого ещё вчера утром считала самым прекрасным мужчиной на свете, было невыносимо.
И всё стало ещё хуже, когда он сам зашёл в палату.
Во мне боролись два страстных желания: одно – смотреть на него, прикоснуться к нему, второе – отвести взгляд и оттолкнуть.
– Мне сказали, вы пришли в себя и уже можете встать, – сказал он с некоторой ноткой холодности, вызвав во мне ещё одно желание: поёжиться и втянуть голову в плечи.
– Жду последнего осмотра, – тихо ответила я.
Райнер кивнул. Алые длинные волосы были собраны в строгий тугой пучок, и ни одна прядь не выбилась из причёски.
– В таком случае, пойду позову врача. Вас ждут.
– Кто? – не на шутку испугалась я. – Где?
– По поводу того, что произошло ночью, было собрано срочное собрание. И ваше присутствие на нём крайне желательно, мисс Линаэль.
С этими словами он исчез за дверью, оставив меня в томительном ожидании. Вскоре действительно появилась врач, которая осмотрела меня и, одобрительно кивнув, отправила меня переодеться и покинуть больничное отделение.
Идти было… тяжело. Цветы врач пообещала отправить в мою комнату, а куклу я забрала с собой, пристроив её на поясе в держателе для артефактов. Райнер встретил меня в коридоре на выходе из больничного отделения. Он бесшумно отделился от стены, появившись из тени, и я от неожиданности даже отскочила в сторону.
Приложив ладонь к груди, в которой с силой билось сердце, прошептала:
– Зачем пугаете, профессор?
Он промолчал и просто пошёл по коридору. Я так и смотрела ему в спину, озадаченно и взволнованно.
– Идём за мной, – обернулся он, и я в несколько торопливых шагов догнала своего профессора.
Он зол? За то, что было в его отсутствие? Или?..
Я нехотя стала вспоминать дальнейшие события, которые никак не могла объяснить. Ни полёт над лесом, ни то, как точно отыскала место боя, ни того, как избавилась от оборотней всего за несколько секунд.
– Ты злишься на меня, – проговорила я, скорее констатируя, чем спрашивая.
Он бросил на меня короткий взгляд.
– Не “ты”, а “вы”, мисс Линаэль. Мне незачем злиться на вас. Вы, возможно, спасли несколько жизней прошедшим вечером.
Я сглотнула, окончательно растерявшись, и даже немного отстала от быстрого шага дракона. Пришлось догонять.
– Тогда в чём…
– Потом поговорим, – строго оборвал Райнер. – Сейчас не до этого. Есть вопросы посерьёзнее.
Значит, действительно что-то не так.
Я даже не знала, что пугало больше: какое-то собрание, на котором обязательно должна присутствовать я, или то, о чём со мной хочет поговорить Райнер. Слишком жива в памяти была его реакция, когда ему пришлось спасать меня из рук сектантов.
Скоро мы поднялись в тот самый зал, в котором принимали решение о моём зачислении в академию. Но на этот раз внутри было не так просторно. Столов стояло ощутимо больше, а присутствующих было больше… в разы. Среди них я узнала не только верхушку Айсхолла, но даже Саймона Саргона, главу клана огненных драконов. Он сидел за одним столом с Ноа, Алленом и незнакомой мне женщиной. Столы были расположены кольцом, которое разрывалось только в одном месте. И там вместо очередного стола возвышалась пустующая кафедра.
– Мисс Линаэль Варгас-Хант, – представил меня Райнер и жестом пригласил меня пройти на кафедру.
Все взгляды устремились ко мне. На негнущихся ногах я поднялась по ступенькам и замерла перед всей этой высокопоставленной публикой.
– Мисс Линаэль, – обратилась ко мне красивая женщина с чёрными волнами волос и алыми губами на бледном аристократическом лице. – Мы здесь собрались, потому что нашему миру грозит серьёзная опасность. И чтобы уберечь его от последствий, нам нужно, чтобы вы в деталях рассказали обо всём, что с вами произошло после того, как вы покинули вечеринку мистеров Тайлера и Вейлора.
– И постарайтесь говорить честно, – добавил Саймон Саргон, который скрестил руки на груди и, откинувшись к спинке стула, буравил меня мрачным взглядом исподлобья.
Говорить честно?
– Мне нечего скрывать, – произнесла я, и мой голос дрогнул, потому что вспомнился и запрещённый сок манго, и запретная же связь с профессором. – Но вряд ли я смогу рассказать вам что-то полезное, потому что сама не знаю, что произошло.
– Вы ничего не помните? – подалась вперёд женщина с длинными волосами. Её лицо было напряжено, а выглядела она неприлично молодо. Я вряд ли посчитала бы её старше самой себя.
– Помню, но не могу объяснить.
– Мы знаем обо всём, что произошло до того, как вы покинули стены академии. Расскажите, как именно вы это сделали и почему?
Мне было настолько не по себе под этими внимательными строгими взглядами, что хотелось сгореть на этом самом месте, не оставив после себя и кучки пепла. Но пути отступления не было. Райнер сел за один из боковых столов, и неподалёку от него я заметила Эрику, которая выглядела так же мрачно, как и мой профессор.