реклама
Бургер менюБургер меню

Анна Александрова – ABRACADABRA. Или основано на реальных событиях (страница 8)

18

Долго пришлось нам возиться с ними. На контакт не шли, говорить будто бы и вовсе не умели. Вели себя, как одичавшие звери. Британцы мои уже отчаялись было что-то от них добиться, но я всегда умел расположить к себе и зверюшек тоже. Лаской и печеньем, захваченным с корабля, я выманил их из укрытия, но так и не разговорил. Они пошли за нами, как уличные собаки идут за тем, кто дал вкусняшку, и мы решили вернуться на лайнер, отвезти их в безопасное место.

Я слышал, как тревожно перешептывались мои ученые, с ужасом оглядываясь на нашу находку: «неужели правда?», «мозг задет», «это необратимо». Из их обрывочных фраз я понял: то новое оружие имело дополнительное свойство — оно разрушало разум человека.

На лодке нас ждала еще одна живая находка — мужчина. Он вел себя агрессивно, кусался, рычал, но моряки сумели скрутить его и доставить на «Атлантиду». Но только толку от того не было, он тоже не говорил, лишь мычал бессвязно.

Опущу подробности нашего дальнейшего путешествия. Скажу лишь, что направились мы в Европу. С учетом тотальной экономии ресурсов и попутного ветра шанс добраться туда был неплохой. Мы надеялись, что там найдем разумных людей, что старушка Европа выжила, как всегда. Мы ошибались. Люди были, находились почти в каждом городе, куда мы заглядывали, но ни одного сохранившего рассудок — полулюди-полузвери.

Голод и любопытство заставляли их идти на наши голоса, на свет огней «Атлантиды». Но на борт мы больше никого не брали. Они были опасны: агрессивные, злобные твари. Из человеческого осталась в них лишь жажда жизни и адаптивность, изворотливость. А еще умение сбиваться в стаи. Чем больше времени от катастрофы проходило, тем опаснее были люди на берегу. Они преодолели первый страх, объединились в группы, создали племенную иерархию. И действовали сообща, хотя по-прежнему были тупы, как неандертальцы. Так и дрейфовали мы меж земель, не зная, куда приткнуться. Все искали и искали …

А на тридцать седьмой день пути «Атлантида» пошла ко дну.

Это случилось в Эгейском море, где-то недалеко от Санторини, хотя я не уверен. Я снова не знаю деталей, меня не было наверху, когда произошло ЧП. Среди сбивчивых выкриков команды я слышал что-то про дикаря из Анталии: сбежал, напал, раскурочил аппаратуру. А может, он и ни при чем был. И это капитан свихнулся от навалившейся на него ответственности и страха. Свихнулся и направил лайнер на подводные скалы.

Воистину, если бог хочет наказать, так отнимет прежде всего разум. Выходит, Бог наказал все человечество? А Бог ли?

Мне до сих пор не известно, что же именно произошло на Земле. Предполагаю, что встреча большой тройки сорвалась. Может теракт, или захват лидеров какой-либо из сторон? А дальше цепная реакция: ударили одни, другие, все разом? Покрыли земной шарик токсичными волнами, убившими не только цивилизацию, но и рассудок человеческий. Наверное, как-то так оно и было.

И вот наша «Атлантида», единственный островок разума, наш город-сад, тоже ушла на дно. Пучина морская поглотила ее, как закатное солнце. Спаслись немногие. Вернее так: многие сели в шлюпки — сотни спасательных шлюпок. Но шлюпки не могли доставить нас на берег, не было на то запаса топлива, а на помощь никто не пришел. Некому. Эти многие погибли позже. Кто от жары, кто от жажды и голода, кто обезумел, как и все человечество, и был … убит своими же.

В моей шлюпке осталось нас четверо: три члена экипажа и один пассажир. Нас мотало по морю и в шторм, и в штиль двадцать дней. Мы погибли бы, если бы я не соорудил опреснитель. На двадцать первый день нас вынесло к берегу.

Это остров, достаточно большой и обитаемый, мы нашли здесь людей. Все те же идиоты… Но они нас не боялись и убить не пытались. Я же умею найти подход и к людям, и к зверушкам.

Они быстро обучаются, некоторые уже начали говорить. Мы показали им, как разводить огонь, соорудил тележки. Я лично многое дал им … Например, систему полива … Они думают, что я бог, или волшебник. Имя Антон для них слишком сложное, потому они называют меня Тото, или Тот. Сами мы зовем друг друга атлантами, по имени нашего затонувшего лайнера.

Я знаю, что моей жизни не хватит, чтобы восстановить человеческую цивилизацию. Ей придется как-то самой… С божьей помощью и с разных сторон. Да, скорее всего, мы не единственные выжившие, не единственные сохранившие ум и память. Но где они, наши братья по разуму? Может, в горах Алтая, где не берет интернет? Или в лесах Амазонки? Или где-то в Тибете, на горе Кайлас? Сколько нас таких?

Эти записи я специально делаю на глиняных дощечках, чтобы время хранило их для потомков, надеюсь, когда-нибудь вы вновь научитесь читать и сможете расшифровать мои каракули. Мисс Стивенсон тоже пишет свое послание. И Джо, и Лили. Мы, последние жители «Атлантиды», пытаемся сохранить историю и предостеречь вас от нашей участи.

История 5. Эффект Манделы

В 2010 году тысячи людей по всему миру с удивлением обнаружили, что Нельсон Мандела жив. Удивление было искренним: они помнили, как в 1980-х читали новости о его смерти в тюрьме, видели траурные репортажи, обсуждали последствия для ЮАР. Проблема заключалась в том, что этого никогда не происходило. Мандела умер лишь в 2013 году — на глазах у всего мира, вторично и «официально».

Так появился термин «Эффект Манделы» — феномен массовых ложных воспоминаний, совпадающих у большого числа людей, не связанных друг с другом. Психология объясняет его несовершенством памяти, подменой фактов, влиянием медиа. Но чем больше подобных случаев накапливается, тем слабее выглядит это объяснение.

Люди вспоминают книги, которые никогда не существовали в том виде, в котором мы знаем их сейчас. Названия брендов с «пропавшими» буквами. Фразы из фильмов, которые якобы «переписали задним числом».

Ярким примером может быть монокль у мистера Монополии. Образ богача с круглой стекляшкой крепко засел в массовом сознании. Однако персонаж никогда его не носил. При этом люди «помнят» даже карикатуры и сцены, где он якобы был. Разница минимальна — но память настаивает на своем.

Игра "Монополия"

Особенность эффекта — уверенность. Это не сомнение и не «кажется». Это ощущение твердого знания, подкрепленного деталями: обстановкой, эмоциями, контекстом. Люди помнят, где они это увидели, кто был рядом, что чувствовали. Именно так обычно работают подлинные воспоминания.

Некоторые исследователи обращают внимание на странную избирательность. Ошибки касаются не случайных фактов, а культурных маркеров: знаковых личностей, популярных произведений, массовых событий. То, что должно быть максимально устойчивым в коллективной памяти, оказывается подвержено «сбоям».

Существует гипотеза о параллельных линиях реальности, между которыми сознание иногда «перескакивает». В одной версии мира Мандела умер в тюрьме. В другой — стал президентом. Большинство людей синхронизированы с текущей линией, но у некоторых сохраняются следы предыдущей. Доказать это невозможно, как и опровергнуть.

Документальных подтверждений «альтернативной версии» нет — по крайней мере, в доступных архивах. Но сторонники эффекта указывают на другое: если реальность поменялась, она должна была изменить и документы. Остается только память — как единственный не полностью контролируемый носитель.

Эффект Манделы пугает не тем, что мы ошибаемся. А тем, что ошибаемся одинаково. И если прошлое может быть таким нестабильным, возникает вопрос: насколько надежно настоящее — и что именно мы будем помнить завтра?

Забытый коктейль

Алекс Флэтчер был отпрыском одного из богатейших семейств нового света. Их компания владела сетью супермаркетов здорового питания, насчитывающей две тысячи пятьсот торговых точек только в Штатах и еще столько же по всему миру.

Алекс, как говорится, родился с золотой ложкой во рту, но не был ни избалованным, ни надменным, ни испорченным. Его мать, Элис Флэтчер, могла совершенно обоснованно гордиться сыном. И гордилась.

Наследник Флэтчеров был умен, образован, красив, целеустремлен и добр. Его любили все, не только мать.

Семья их не казалась, а действительно была образцом патриархальной идиллии. Отец — управлял компанией, Элис — домом и погодой в нем, сын, окончив Кембридж, влился в семейный бизнес и колесил по миру, открывая все новые и новые точки «Здоровых магазинов».

Центральный офис компании, как и резиденция Флэтчеров, находился в штате Флорида на берегах залива Бискейн. Дом их был прекрасен, настоящее родовое гнездо: большой особняк, окруженный садами и полями; собственная бухта с причалом и пришвартованной белой яхтой; корпус для обслуживающего персонала; бассейны; гостевой домик; конюшня и йога-зал для Элис.

Элис увлекалась ведической культурой и потому для нее построили отдельно стоящее здание со стеклянными раздвижными стенами, там она предавалась медитациям и проводила свои «магические» ритуалы. Отец и сын снисходительно улыбались увлечению Элис, но никогда не высмеивали и не запрещали.

Богатство не было дано им свыше, как данность. Вовсе нет. Флэтчеры старшие были обычными американцами и в юности своей жили как все. Когда они поженились, у них не было денег даже на отдельное съемное жилье, ютились в комнатушке в индусском квартале, в квартире у сумасшедшей старушки по имени Парвати. Тогда-то Элис и увлеклась индуистскими штуками, а Томас (так звали Флэтчера старшего) впервые распробовал карри, раиту и ладду14. Позже он сделал на них бизнес, открыв сначала лавку с продуктами для индийской и веганской кухни, а еще позже модернизировал идею под широкого потребителя — запустил бизнес с акцентом на здоровой еде, специях и добавках вроде кордицепса. Удачно и вовремя попал в тренд.