Анна Акимова – Змеиная верность (страница 24)

– Лиза, Лиза, спокойно, – подплывая, сказал Степан Обухович. Чуть позади него плыл Максим. – Что случилось? У тебя судорога, да?

Видимо, Лизин вид был красноречивее слов, потому что больше вопросов они не задавали. Приговаривая: «Тихо, тихо, только не хватайся руками», они заставили ее перевернуться на спину и, поддерживая с двух сторон под плечи, поплыли к берегу.

Пока плыли, Степан, разговорчивый, как все Обуховичи, без умолку говорил, отплевываясь от попадающей в рот воды:

– А мы и не видели ничего. Вдруг Людмила как заорет: «Лиза тонет!» Мы сначала не поверили, все ж знают, что ты плаваешь, как рыба. А потом глядим: ты барахтаешься. Ты, наверное, на холодное место попала, где ключ. Судорога схватила, да? У папы там, наверное, инфаркт… Макс, левее забирай, что-то мы с курса сбились.

Лиза не могла ответить, хотя дышала уже спокойнее. Язык тоже не слушался.

– Лиза, ты чего молчишь? – не унимался Степан. – Макс, погляди, что с ней?

– Да ничего, нормально, – успокоил Максим. – Дышит, смотрит. Перепугалась, наверное.

– Перепугалась – это плохо. Надо сразу, как маленько оклемаешься… Лиза, слышишь?.. Надо опять в воду залезть, чтобы страх не закрепился. А то всю жизнь воды бояться будешь.

Когда подплыли к берегу, Лиза попробовала было встать на ноги, но не смогла, падала на колени. Степан и Максим почти вынесли ее из воды и посадили на песок. Рядом металась ревущая в голос Людмила.

Все столпились вокруг, гомонили, глазели. Лизе было невыносимо неловко. Она еле выдавила из себя в ответ на сыплющиеся со всех сторон вопросы:

– Да, судорога… Да, все в порядке… Андрей Степанович, все хорошо, не беспокойтесь.

Бледный профессор Обухович держался за сердце, как будто и впрямь был близок к инфаркту. Всхипывающая Людмила стояла над Лизой, не зная, что делать, чем помочь. Сквозь толпу протиснулась Зоя Евгеньевна, присела перед Лизой, заглянула ей в глаза, взяла за руку, нащупывая пульс. Откуда-то сбоку подошел Ивануткин, спросил, что случилось. Профессор объяснил, что чуть не утонула Лиза.

– Что?! – вдруг закричал Ивануткин, подскочил вплотную к Лизе, оглядел ее и, повернувшись, гневно взглянул на толпящихся людей. – Да вы что?! Да что же это?! Кто?!

– Иван, Иван, ты чего? – Высоченный профессор навис над маленьким Ивануткиным. – Обошлось, слава богу. Судорога схватила, хорошо, что Людмила увидала.

– Что за шум, а драки нет? – громко и весело спросил кто-то позади толпы. Ивануткин вдруг кинулся туда, на голос, и люди невольно расступились…

Лиза увидела Петракова. Павел Анатольевич стоял, широко улыбаясь. С него каплями стекала вода. Видно было, что он только что вылез из озера. В правой руке он держал пучок толстых мягких стеблей, на концах которых ярко, лаково желтели круглые головки кувшинок.

Как завороженная, не обращая внимания на суетящихся вокруг нее Людмилу и Зою, Лиза смотрела на Петракова, на кувшинки в его руке. Он?! Это он ее?..

Конечно он! Кто еще? И кувшинок надергал для отвода глаз. Мог он успеть? Вполне, да еще если с ластами… Ее топили примерно на середине озера. Пока Степан с Максимом волокли ее к берегу, Петраков вполне мог быстро махнуть до другого, сорвать кувшинки и приплыть обратно.

Погоди, он ведь был с Зоей. Там, за ивняком… А она где была? Могла она что-нибудь видеть?

Лиза оторвала взгляд от Петракова и перевела его на Зою. Та была в купальнике и в своей «вьетнамской» шляпке. Ярко-желтый, с красной отделкой купальник был абсолютно сухим… Она что, совсем не купалась?..

Между тем Ивануткин подскочил вплотную к Петракову. Лизе показалось, что он сейчас ударит Павла Анатольевича. И не ей одной показалось, рядом испуганно пискнула Людмила. Но Ивануткин сдержался и стоял перед Петраковым, как разгневанный взъерошенный воробей перед собакой. Все остальные смотрели на них, не понимая, что происходит.

– Ты чего, Иван? – удивленно спросил Петраков. – Что здесь произошло?

Ивануткин повернулся к Лизе:

– Лиза, это действительно была судорога?

– Да, – с трудом выговорила Лиза. Ну не могла она сейчас сказать ничего другого.

Ивануткин поколебался секунду и снова повернулся к Петракову:

– А вы, значит, цветочки собирали? Угу… А вы что, не видели, что девочка тонет?

– Не-е-т, – ошеломленно протянул Петраков. – Кто, Лиза?..

– А может, не хотели видеть, а? – наседал Ивануткин.

– Да ничего я не видел! – уже рассерженно закричал Петраков. – Я в лесочке гулял, а когда на берег вышел, увидел только, что трое плывут. Я и не понял, кто и что… Что ты, в самом деле, Иван, что придумал?!

Ивануткин секунду помолчал, хотел что-то сказать, но не стал.

– Ладно… – махнул он рукой и пошел прочь.

Петраков швырнул на песок кувшинки и с расстроенным злым лицом тоже пошел куда-то.

Лизу трясло. Зоя Евгеньевна отогнала мужчин подальше, и они с Людмилой крепко растерли Лизу полотенцами. Закостеневшие мышцы согрелись, Лиза смогла встать, и когда вскоре все собрались обратно на дачу, вполне сносно пошла сама, без всякой помощи. Людмила и Зоя Евгеньевна шли рядом. Людмила тащила бережно подобранные с песка увядающие кувшинки. За ними, вернее, за Людмилой плелись аспиранты Юра и Вадим. Еще чуть подальше шел Ивануткин с непримиримым хмурым лицом. Остальные рассредоточились вокруг.

Зоя Евгеньевна всю дорогу ужасалась тому, что случилось.

– Лиза, ну ты и отчаянная! – восклицала она. – Взять и поплыть через озеро! Там же глубина какая! Ну мужчины – я понимаю, их всегда на подвиги тянет, но ты-то куда?

– Лизочек классно плавает, – заступилась Людмила.

– Вот как раз те, которые классно плавают, чаще всего и тонут! – не уступала Зоя Евгеньевна. – Страшно подумать, чем все могло закончиться!

– Зоечка Евгеньевна, а вы умеете плавать? – неожиданно спросила Людмила. Наверное, почувствовала, что Лизе этот разговор в тягость, и хотела отвлечь от нее Зоино внимание.

– Да я-то плаваю неплохо, но… – Зоя Евгеньевна назидательно покачала пальцем у Людмилиного носа, – никогда на рожон не лезу! И вообще, предпочитаю плавать в бассейне…

– Зоя Евгеньевна, а вы почему сегодня не купались? – Лиза заставила себя включиться в разговор, хотя язык пока ворочался с трудом. Хватит нянчиться с собой. Надо понять, кто где был и что делал. Надо расспрашивать, прислушиваться к разговорам, ловить информацию. Убийца где-то здесь, рядом, он идет в толпе этих людей. Он охотится за ней. И пока она не поймет, кто он, она не сможет ни защититься, ни убежать.

Скорее всего, это Петраков. Она почти уверена, что это Петраков. Но у нее нет ни единого доказательства, ни единого факта, ей никто не поверит. Значит, надо искать эти факты и доказательства, искать, искать! Думать, сопоставлять факты, выстраивать логические цепочки. Шевелить «серыми клеточками», как любимый сыщик Пуаро.

И первым делом надо выяснить, что могла видеть Зоя…

– А ты откуда знаешь, что я не купалась? – изумилась Зоя Евгеньевна. – Вы что, шпионите за мной, девчонки?!

– Да нет, Зоя Евгеньевна, у вас просто купальник сухой, – объяснила Лиза.

– А-а, понятно… Наблюдательные вы мои… – Зоя Евгеньевна досадливо сморщила нос. – Да уж, мне сегодня крупно не повезло!..

Она оглянулась на идущих позади мужчин и понизила голос:

– Ну вот как назло!.. Первый раз за лето выбралась на природу, к воде – и на тебе! «Физиологический праздник»! Ни искупаться, ни позагорать толком… Так и лежала в тенечке, заснула даже. Не заметила, как Павел уплыл. А потом слышу крики, шум, побежала к вам, а это, оказывается, Лизавета наша чуть не утонула!

Зоя Евгеньевна снова принялась объяснять, как безрассудно и опасно Лизино поведение, но Лиза уже слушала ее вполуха.

Так, значит, Зоя спала и ничего не видела. Черт, как досадно! Отследить передвижения Петракова не удастся.

Как теперь быть?

Ее попытались убить после того, как профессор невольно подставил ее, рассказав, что она знает про украденную из музея гадюку. Убийца испугался. Он, наверное, решил, что она знает все, а если не знает, то вот-вот догадается… Андрей Степанович еще и масла в огонь подлил, уверяя, что она обладает какой-то особой проницательностью…

Профессора слушали трое – Петраков, Ивануткин и Зоя. Зоя из-за своего «физиологического праздника» вообще не входила в воду, она не могла ее топить. Ивануткин вел себя, пожалуй, странно, он не поверил, что она тонула из-за судороги, и нападал на Петракова, как будто знал, что произошло…

Хотя ничего странного. Ивануткин давно подозревает Петракова в страшных делах и сегодня догадался, что дело нечисто. И потом, если бы это Ивануткин пытался ее убить, он ни за что не стал бы так себя вести – обострять ситуацию, нарываться на скандал, допытываться, действительно ли у нее была судорога. Ведь сама-то она никому ничего не сказала, зачем же ему было привлекать к себе внимание?

Нет, остается только Петраков. Он решил, что она знает все, и попытался спрятать концы в воду. В буквальном смысле. Тем более что у него уже был подобный опыт. Ему уже приходилось так убивать. Его вторая жена, как ее… Верочка, Валечка? Тихая библиотекарша, утонувшая на пикнике…

На минуту Лизе стало страшно, что она так думает про Петракова – любимого шефа, который всегда казался ей умным и справедливым. Но вспомнив ужас, пережитый совсем недавно, она решила не поддаваться добрым чувствам. Кроме Петракова топить ее было некому. Это был он. Улизнул от Зои, когда та задремала, украл Степины ласты и маску с дыхательной трубкой…