Аника Ледес – Отныне мой пульс семь ударов в минуту (страница 24)
— Ты успеешь набраться сил до вторжения Андоса. Ну и убить тебя обычным оружием уже никто не сможет, что тоже немаловажно. Мечом сможет воспользоваться твоя мать. Но будет один крохотный нюанс. Мы оба ощутим усталость. Тем более я совсем недавно был отравлен, поэтому стану гораздо слабее. Тебе придется мне помогать.
Повторно исследовав пещеру взглядом в попытке успокоиться, а затем вновь осмотрев слишком расслабленного для нынешней ситуации принца, во мне зародилась некая уверенность и надежда на нашу победу.
— Я согласна.
— Уверена? — Вздернул бровь Эйдос, перекатившись в сидячее положение. Его глаза упорно высматривали в моих истину, но я и вправду была уверена в своем решении. Оно было самым рациональным в нашей ситуации.
— Если я и вправду метис, тогда твое обращение должно пройти как и мое. То есть полноценно оно займет две недели. Завтра силы твои возрастут почти в два раза.
— Об этом не упоминалось в книге Ятроса. Почему метисы такая редкость, что про них ничего не известно?
— Васильяс долгое время воспроизводили потомство меж семей. Женщины погибали и даже не все успевали выносить плод. Тогда вампиры начали размножаться с людьми, но женщины были предусмотрительны и многие избавлялись от вампирского детеныша. Поскольку вампиры были под властью людей, они не могли контролировать рождаемость. Тогда-то некоторые решили воровать женщин, чтоб они воспроизводили потомство. И так было до тех пор, пока не появились Антистаси. Они приструнили нас, и с ними не было желания заводить потомство. Единицы Антистаси проживали в городах, не зная о своей принадлежности или отказавшись от судьбы охотника. Их было мало, поэтому и шанс рождения метиса был невысок. Я за свои триста лет не встретил ни одного, кроме тебя и меня. Наверняка они есть, но как их распознать — загадка для меня.
Повисло тяжелое молчание, пропитанное сыростью и затхлостью.
— Насчет метисов… А не может ли им оказаться и Ятрос? — Спросила я, вдруг осознав, что телепатия наверняка досталась нам неспроста. — Мы можем общаться с ним телепатически. Его я могу слышать в своей голове, не глядя ему в глаза. Ни с кем другим у меня такое не выходило, кроме тебя и него.
— Вполне может быть и такое. Разберемся с этим позже.
Эйдос упорно смотрел на мою шею, наверняка обдумывая повторно всю ситуацию. Я же заново прокручивала весь разговор в голове и ясно осознавала, что другого выхода, как обратить меня, у нас нет.
— Уверена? — Второй раз спросил принц, на что получил мой согласный кивок.
Величественная фигура поднялась с дряхлой кровати, учащая мое сердцебиение, и примостилась с левой стороны от меня. Эйдос оказался слишком близко, чтоб дать передышку частому пульсу. Все тело пылало от паники и, вероятно, при других условиях я бежала бы от обращения без оглядки, только сейчас выбора действительно не было. Мои ноги стали ватными и слились с просевшим матрасом, когда принц поцеловал меня. Мои губы отказывались расслабляться первые десять секунд, но нежность принца, его ладони на моей талии и щекочущие щеки шелковые волосы сделали меня податливой. Наши языки ласкали друг друга, еще больше открывая мое нутро перед принцем. Мягкие губы опустились к шее, присасываясь к ней, а я только и могла вздыхать от каждого действия Эйдоса. Резко, одним моментом принц воткнул в мою шею клыки, но сразу обращать не стал, наверняка насыщаясь моей кровью в последний раз. Потом шея начала холодеть, пуская по венам мороз. Легкий дурман обуял меня. Однако чувство эйфории от страстного поцелуя быстро сменилось на головокружение, ломоту во всем теле и тошноту. Внутренности словно разрывались. Если бы была на ногах, наверняка бы уже упала, ведь колени предательски дрожали. Тело становилось тяжелее и едва держало мою душу в себе. Сердце покалывало от дрожи, бьющей изнутри. Принц придержал меня за талию и уложил к себе на колени. Я не помню, кричала или нет, не помню ничего, что происходило вокруг. Мне кажется, я потеряла сознание, а когда очнулась, ощутила себя совершенно иначе. Холод сменился жаром. Тело покрылось липким потом и обмякло, но все же мне показалось, что оно стало сильнее. Глаза, казалось, видели каждую мелочь. Каждый звук давил на мозг. Каждый запах бил по носу. Зубы болели.
— Эйдос? — Прошептала я.
— Я здесь. Все хорошо. Отдыхай и набирайся сил.
Моя голова все еще покоилась на его коленях, но сам принц прислонился спиной к стене. Наверняка его спина и ноги затекли, поэтому я все же решилась приподняться.
— Я в порядке, — солгала я. — Сколько времени прошло?
— Около суток.
— Неужели? Нам нужно отправляться!
— Выпей сначала крови из наших запасов. Быстрее восстановишься.
Хоть я и понимала, что Эйдос не лгал, но заставить себя испить кровь служанок я не могла. Я не позабыла о дегустации сырого мяса и прекрасно знала, какой вкус будет у крови.
— Если не выпьешь, нам придется очень туго.
— Но могу ли я? Еще вчера я была человеком и сама отдавала кровь на пропитание вампирам.
— Придется. — Эйдос настаивал, доставая из сумки контейнер, наполненный красной жидкостью. Я неуверенно приняла его.
Меня тошнило от одного вида, но все же, распаковав чью-то кровь, я приникла губами к горлышку, поглощая отвратительную жидкость с привкусом металла. Из глаз прыснули слезы от нежелания ощущать кровь на своем языке, но осушила контейнер до половины, протянув принцу остатки.
— Допивай. У меня есть еще.
— Покажи.
И только когда Эйдос продемонстрировал второй контейнер, наполненный до краев, я заставила себя допить содержимое до дна. Хоть это и было отвратительно, но голова быстро прошла. В теле не осталось места усталости. Я ощущала себя гораздо лучше, чем даже в человеческом обличии.
— Почему ты не пьешь?
— Попозже. Сперва тебе нужно привыкнуть к новым ощущениям, и придется нам с тобой потренироваться до ночи, прежде чем мы отправимся на битву с королевской семьей. Времени у нас мало. Будем сражаться на мечах. Я не буду тебе поддаваться.
Я с небывалой легкостью уклонялась от первых ударов принца и чувствовала каждое его движение, но так было только до того момента, пока Эйдос не напал на меня всерьез. Его лицо одобрительно озарилось, когда у меня вышло отразить атаку, но тут же вернуло серьезное выражение. Он наносил удар за ударом, от которых мне было уже не увернуться. Распластавшись на полу от очередного нападения, я крикнула:
— Стой. — Словно он мог меня прикончить. — Если бы я оказалась в такой ситуации, порезала бы сухожилия под коленом или на лодыжке противника.
— Это хорошо, но он отрубит тебе голову за это время. Никогда не подставляй шею. Она прирастает, но это жутко больно, еще и времени много занимает. Хватайся ладонью за меч противника. Не бойся. Рука восстановится гораздо быстрее.
Принц ловко опустил меч в ножны и протянул мне руку, на что я благодарно кивнула и ухватилась, чтоб подняться.
— Ты хорошо сражаешься, — подытожил Эйдос. — Но недостаточно хорошо. Ты не сможешь убить Какоса сама, тем более, если меч не примет тебя. И не факт, что морально у тебя хватит решимости. Держись всегда рядом со мной. Нам уже пора выдвигаться. — Озорная ухмылка обнажила клыки принца. Я непроизвольно нащупала языком свои, еще не заострившиеся. — Я надеюсь, это будет не последняя наша ночь.
Задумавшись о том, что это на самом деле эта ночь может стать для нас последней, на глаза навернулись слезы. Я не хотела думать об этом, но не могла. В голову лезли ужасные мысли. Эйдос подошел ко мне так близко, что я ощутила дыхание на своих волосах. Он прижал меня к себе, не оставив и миллиметра между нашими телами. Я обливала его рубашку своими слезами от истинного страха перед кончиной, а Эйдос нежно гладил меня по голове. Хватаясь за его твердый торс руками, мне хотелось просто остаться в этом небольшом укрытии, не идти к замок, никого не убивать. Лишь один факт заставлял меня вернуться. В том замке находились все дорогие для меня женщины: Иза, Резери, Элиди и мама. Я не могла их бросить.
— В любом случае, мы сделаем все, что в наших силах.
Я оторвалась от плеча принца и заглянула в золотые глаза. Черные ресницы почти целиком скрыли их во мраке пещеры, озаряемой лишь одним факелом.
— Эйдос… Расскажи, почему питаешь неприязнь к своей семье.
Принц нахмурился, словно обдумывая, стоит ли мне поведывать свои переживания.
— Не сегодня. Но не думай, что я такой плохой. Во всяком случае, не хуже, чем они. Ну что, пойдем?
Вытерев глаза от слез, я еще раз прильнула к Эйдосу, втягивая ноздрями его запах, запечатляя в памяти этот миг, и нежно коснулась губами его губ.
— Пора? — Неуверенно спросила я.
— Да. Будь предельно осторожна и держись рядом.
Эйдос сдвинул валун, оглядывая каждый уголок, где мог притаиться враг.
Стены были не так далеко от нас, но чтоб подобраться к ним, нужно сперва пробраться через ров с острыми кольями. С каждой секундой мне становилось все дурнее. От представления картины распластавшейся на острых пиках меня, бросало в дрожь. Откинув эти мысли, я нервно обернулась на Эйдоса. Он продолжал осматриваться, явно что-то ощущая. Я же ощущала только головную боль и тошноту.