Ани Марика – Невинная для Варвара (страница 25)

Быстро обсушившись, переодеваюсь в спортивный костюм и иду искать мужа. Натан находится на кухне, чай заваривает и заглядывает в сковородку.

— У меня есть вещи, и новые не нужны, — проявляю твёрдость и, отстранив мужа от плиты, подхватываю остывший ужин.

— То старье с чужого плеча? Это не твои вещи. Даже этот костюм не твоего размера, болтается как мешок, — Нат жестом затыкает меня и брови хмурит. — Не спорь, Цветочек. Завтра суббота, и мы идём менять твой гардероб. Точка! Не хочешь со мной, возьми подругу.

— Хорошо, после пар попрошу Алину прогуляться по магазинам, — бурчу, протягивая мужчине тарелку с запеченным мясом.

— Умница, — улыбается Натан, перехватывает за кисть и сажает на колено. В щеку целует, — И не экономь, мышонок. Ты жена почти партнёра известной юридической компании.

— Угу. Ешь, пока опять не остыло. А мне рюкзак к учебе собрать надо, — буркнув, сбегаю из кухни.

Теперь всё в моей глупой головушке сходится. Конечно же, у представительного адвоката жена должна быть по статусу. Он ведь всегда одет с иголочки. Костюмы, скорее всего, пошиты на заказ. Обувь люксовых брендов, запонки, часы на запястье, да даже зажим на галстуке с гравировкой.

Не к месту вспоминаю ту брюнетку. Лану. Её можно назвать женской версией Натана. Уверенная в себе, дерзкая, стильная, стервозная. И, чёрт возьми, с ней Натан будет видеться, пока не закончится бракоразводный процесс Саркисова. Брюнетка представляет интересы жены этого мужлана. Как бы я ни любила Натана, в глубине души хочу, чтобы он проиграл. Не заслуживает этот урод опеку над детьми.

— Ты сама не голодная? — через полчаса ко мне заглядывает муж. Хмуро осматривает разбросанные учебники и скрещивает руки на груди.

— Нет, я пока готовила, наелась. Съезди завтра, пожалуйста, к врачу. Мне не нравится это воспаление, — подбородком указываю на отвалившийся пластырь и покрасневшие швы.

— Кое-кто плохо заботится о пациенте, — хмыкает Натан.

— Сейчас перевязку сделаю, — убрав рюкзак на диван, закрываю лишние учебники.

Мужчина кивает и уходит в спальню. Прибравшись, поднимаюсь и плетусь на кухню, чтобы сначала там прибраться. Вот только грязной посуды не нахожу.

Натан убрал остатки ужина и помыл за собой. Даже стол вытер от крошек. Удивительно просто! Помню ведь ту гору грязной посуды и подсохшую еду на столе, когда в первый раз приехала сюда.

— Дресс-код, — на пороге спальни останавливает Натан. Вздрогнув, кошусь на лежащего мужа. — Раздевайся, Цветочек.

Поднимаю глаза и покрываюсь красными пятнами. Этот развратник, совершенно голый опять, лежит на чёрных простынях. Под моим взглядом кое-что бодро так поднимается и приветствует меня.

Глава 26. Жасмин

Ранним утром субботнего дня Натан вызывается подбросить меня до университета. Хоть я и уговариваю его остаться, всё-таки у мужчины законный выходной после напряжённой и тяжелой трудовой недели.

Естественно, никто меня не слушает, довозит, ещё и выходит из машины и не сразу отпускает. Шарф на шее поправляет, чтобы не замерзла, потому что ночью совсем похолодало и выпал первый снег.

— К врачу съездишь? — спрашиваю, смущаясь от взглядов проходящих студентов.

— Съезжу, — отмахивается муж, вот он совершенно не обращает ни на кого внимания. Притягивает за ворот куртки ближе и целует в губы. — Не передумала, Зубрилка?

— Нет, сегодня всего три пары. Я быстро освобожусь, — бормочу, пошатываясь от этого чувственного натиска.

— Карточку взяла? — спрашивает, выпрямившись. Закатив глаза, киваю.

Утром Натан вручил банковскую карту, открытую на моё имя. Ещё и заявил, что это зарплатная, её бухгалтерия открыла. Ага-ага, я в его фирме без году неделю проработала. И далеко не дура, чтобы поверить в такое жирное вранье. Но спорить не стала, толку ведь нет. Он надавит, напомнит про нашу сделку, на свой статус укажет, простушкой опять обзовёт. Мужчина не пытается обидеть, просто называет всё своими именами. И обижаться на его прямолинейность точно не стоит. Я прекрасно знала, на что шла.

— Телефон? — продолжает допрос, не давая уйти.

— И телефон, и зарядку, и ключи от квартиры, — рапортую со всей серьёзностью.

Довольный Натан усмехается, в губы звонко целует и, шлёпнув пониже спины, отправляет, наконец, в мою Альма-матер. С глупой улыбкой бегу к зданию, прямо у крыльца разворачиваюсь, чтобы проводить отъезжающий внедорожник мужа. Хочется незамедлительно всё бросить и вернуться в его тёплые руки.

— Мина, привет! — окликает меня Алинка. Встрепенувшись, поворачиваю голову и улыбаюсь подруге. — Неужели медовый месяц закончился?

— Типа того, — пожимаю плечами и радуюсь, что подругу не стали беспокоить и рассказывать о моих злоключениях.

Мы вместе идём в аудиторию на первую пару. По дороге брюнетка рассказывает о прошедших темах, делится разными сплетнями и последними новостями.

Я, оказывается, ужасно соскучилась по учебе, по одногруппникам, даже по преподавателям. Легко и с радостью окунаюсь в уже знакомую студенческую жизнь. Посещаю нашего куратора и декана. Заполняю несколько нужных бумажек и оставляю копию свидетельства о бракосочетании, подтверждающую уважительную причину моего временного отсутствия.

Если с утра я ещё напряжённо ожидала очередных скабрезных предложений и шуточек, то к последней паре совсем расслабляюсь. Ни однокурсники, ни учащиеся с параллельного потока не вспоминают громкую сплетню Кати. К слову, блондинка вовсе не появляется в университете. Я не спрашиваю, а девчонки сами не рассказывают.

— Мы после пар в кофейне собираемся, — шепчет Алина, посматривая на преподавателя, идущего к нам.

— Кстати, — вспоминаю о своих задачах на день, — мне нужна твоя помощь…

Брюнетка заинтересованно бровь выгибает. Со вздохом, смущаясь и чувствуя неловкость, рассказываю о проблеме насущной. И зачем-то Лану эту вспоминаю, никак не даёт мне покоя эта адвокатша. Даже пропускаю момент, как над нами нависает Пётр Данилович.

— Я вижу, Юсупова уже всё знает по сегодняшней теме? — строго цедит профессор. — Расскажите всему курсу, какие три компонента мы обнаружим в ядрышке?

— Фибриллярный, гранулярный и аморфный, — медленно поднимаюсь, радуясь, что вчера прочла заранее этот параграф.

— Нам нужен развёрнутый ответ, — не сдаётся преподаватель, строго посматривая. Он жёсткий и очень требовательный педагог.

— Фибриллярный компонент представлен преимущественно совокупностью первичных транскриптов рРНК и состоит из множества тонких нитей. Располагается…

— Демидова, продолжай, — перебивает учитель и кивком головы сажает меня обратно.

Алина бодро подхватывает тему и быстро рассказывает об остальных компонентах. Пётр Данилович остаётся доволен нами, хоть и видно, что хотел бы нам подбросить отработку какую-нибудь.

Остаток пар мы стараемся не отсвечивать. А вот на выходе из аудитории шустрая подруга берет меня в оборот и обещает сделать из меня такую красотку, что даже муж не узнает.

— Нет, ну настолько меня менять не надо, — хихикаю я, поддаваясь настроению брюнетки.

— Тебе понравится, Мина, — хмыкает Алина, не уточняя, что именно. Тратить чужие деньги, наряжаться или меняться?

Я полностью сдаюсь в руки девушки. У неё, в конце концов, отличный вкус, есть свой стиль и умение сочетать. Алина у нас та ещё модница и не стеснена средствами. Является коренной петербурженкой, и семья вполне состоятельна.

Узнавать, почему же она живёт в общежитии, а не с родителями или хотя бы в нормальных условиях, сняв квартиру, например, не планирую. Ведь в ответ нужно рассказывать о своей семье. А к этому я совершенно точно не готова. Один раз уже доверилась и рассказала всё «лучшей подруге». Вон как все вышло.

— Так, такси подъедет через четыре минуты, — отвлекает Алинка, печатая что-то в телефоне. — Светку возьмём, она тоже хотела куртку купить.

Киваю, наматывая шарф на горло. Второй год живу в этом городе, но никак не привыкну к холодным ветрам и постоянно меняющейся погоде.

— Белый солярис, триста восемьдесят семь, подъехал, — бормочет подруга.

Тяну её к припаркованным у обочины машинам. Вряд ли мы отсюда увидим номер.

— Твою мать, опять он! — ругается себе под нос Алинка.

— Кто? — перевожу взгляд на подругу.

— Этот ваш, — фыркает брюнетка, хватает под локоть и, круто меня развернув, быстрым шагом уносится незнамо куда.

Верчу головой, шею вытягиваю, так как «этот ваш» — так себе определение и совершенно не вносит ясности.

— Аля, — кричит Света и несется к нам.

Мы останавливаемся, чтобы дождаться девушку. Белый внедорожник с визгом останавливается, преграждая путь. А я, наконец, понимаю, от кого убегала подруга дней моих суровых.

— Привет, девчонки! — выпрыгивает из авто мужчина. — Подбросить вас?

— Привет, Илья, — дружелюбно улыбаюсь.

— Нас такси ждёт, — с холодом отбривает Алинка. Подхватывает подошедшую Свету и теперь нас двоих тащит с недюжинной силой в сторону дороги.

Почти бегу за ней, но вообще не понимаю, что это между ними произошло. А главное, когда успело произойти? В ЗАГСе же вроде они вполне мирно общались… Или нет? Я была слишком взволнована, чтобы обращать внимание на взаимодействие двух друзей. Вроде бы Илья был мил с Алиной. Она, конечно, вела себя с ним немного высокомерно, но девушка со всеми такая. Закрытая и мало кого подпускает близко. Но вроде как общий язык они нашли. Уехали вместе, в конце концов.