Анхель Блэк – Падение Луны (страница 24)

Как хорошо, что Фергусу не нужны были его ответы, чтобы все понять. Он перестал смеяться и шумно сопеть через провал носа, повернув морду к огню.

– Расскажи о нем, – хрипло от боли сказал Грей, закрывая глаза. На веках отпечатались языки пламени, жаром дышащего прямо на его стопы.

– О ком? – удивленно спросил Фергус, снова поворачивая морду. Грей на ощупь шлепнул его по теплой кости, слегка проскользив пальцами вверх и вниз вдоль линии верхней челюсти.

– Про Змеиного Принца. Никогда не слышал этой истории, – пояснил Грей, убирая руку и посмотрев на него.

– А, точно, – спохватился Фергус и начал рассказ.

Боль отступала с каждым словом. Тихий голос Фергуса убаюкивал, тело расслаблялось, больше не скованное болезненно жгучим онемением, и Грейден позволил себе снова закрыть глаза, проваливаясь в сладкую дрему. Изредка он поднимал потяжелевшие веки, чтобы посмотреть на потрескивающее пламя в камине и его оранжевые отблески на глянцевых листьях толстянок в горшках, но вскоре мерное дыхание под спиной и затылком усыпило его окончательно.

Грей провалился в крепкий сон.

Глава 9

Грей внимательно проследил за тем, как Фергус в получеловеческой форме отшатнулся от очередного удара Джека, немного поддался и позволил загнать себя в начертанную пентаграмму. Красный полукруг был кривоватым, символы немного плыли, и в целом пентаграмма заставляла веко Грея нервно подергиваться, но он решил дать этому творению Салливана шанс.

Фергус зашипел, монструозные лапы подняли тучи пыли, а затем он застыл в этом кругу. Осмелевший Джек подался вперед и уже поднял кинжал, для того чтобы ударить в навершие пентаграммы и произнести заклинание, но внезапно был сбит с ног и схвачен цепкими лапами с острыми когтями. Парень вскрикнул от неожиданности и выронил кинжал, цепляясь пальцами в черные предплечья Греха. Внутри Грея ничего не дрогнуло, пока он смотрел, как Фергус спокойно выбрался из пентаграммы, поднял Джека за подмышки высоко над землей, словно малолетнего ребенка, и вжал в ближайшее дерево, скалясь так плотоядно, будто собирался откусить мальчишке голову.

Джек испуганно распахнул глаза, забил ногами по покрытой мхом коре, но, прежде чем паника окончательно захватила его, Фергус приблизился к лицу, едва не упираясь костяным носом маски в лоб, и насмешливо протянул:

– Уби-итый!

Грех тут же отпустил его, заставляя небрежно рухнуть вниз, словно мешок с овощами, и самодовольно засмеялся, изящно изгибая хвост кольцом за спиной.

– Будь я Крестурой, то уже выпотрошил бы тебя, как рыбу!

– А вот и неправда! – сердито отозвался Джек, моментально вскакивая на ноги, точно кукла-неваляшка. – Я почти изгнал тебя!

– Чем? Этим? – Фергус ткнул когтистым пальцем в пентаграмму и затем демонстративно стер волчьей лапой. Символы едва заметно «пшикнули» под ним и затухли, не причинив Греху никакого вреда.

– Этой пентаграммой только куриц пугать, – выдохнул Грей, медленно двинувшись к ним, утопая тростью в мягкой песочной насыпи поверх травы. По пути он наклонился, не чувствуя сегодня болей в правой стороне, и поднял кинжал Джека, ловко проворачивая в пальцах.

Они разместились в саду Севернолесья на вытоптанной поляне, где им разрешили попрактиковаться вдали от снующих существ и прочих постояльцев особняка, пока полигоны Ордена находились во власти Ордо Юниус. Солнце пряталось за тонкими серыми облаками, хотя погода стояла еще относительно теплая, а сверху то и дело сыпались листья с засыпающих на зиму яблонь, но все плоды были давно собраны.

– Начнем с того, что пентаграммы для изгнания Крестур не действуют на Грехов. – Джек выпятил подбородок и скрестил руки на груди так, словно готовился защищаться до последнего.

Фергус засмеялся над этим заявлением, запрокинув голову, а потом принял человеческий облик, стряхивая с узких брюк несуществующую пыль. Сегодня на нем была багровая рубашка, с черным, отделанным кружевом бантом и узким поясом кожаного корсета на талии. Грей еще утром подумал о том, что такое неприличное подчеркивание талии снова вызовет у Кейрана поток ругательств и возмущений, но, слава Создателю, сегодня они не должны были пересечься.

– Начнем с того, что твоя пентаграмма не годится даже для бесов, – ворчливо отозвался Грей, отвечая парню его же словами и ткнув Джека в бок рукояткой кинжала. – Эта пентаграмма должна была хоть как-то отреагировать на Фергуса, но она не подала никаких признаков «жизни» под ним. Это значит, что что-то начертано неправильно. А теперь прекрати кукситься, как кисейная барышня, и внимательно посмотри на символы. Иначе снова отправлю к Кейрану зубрить теорию.

Грей еще раз ткнул рукояткой Джека, чтобы тот забрал свой кинжал, и, когда сконфуженный парень это сделал, процедил через зубы:

– Фергус прав: будь это реальный бой, ты бы проиграл, – продолжил Мастер, через секунду пожалев о сказанном, потому что Грех наверняка воспрянет от такой похвалы и не умолкнет до конца дня.

– А я слышал, что некоторые Крестуры любят впрыскивать в людей свой яд и смотреть, как внутренности человека превращаются в жижу и вытекают через… – воодушевленно начал Грех, но был тут же остановлен тычком набалдашника трости в поясницу.

– Фергус.

Джек, заметно побледневший от одного только представления описанной картины, нервно сглотнул, а Фергус на это глумливо посмеялся в прижатый ко рту кулак.

– Так. – Грейден не стал заострять внимание на ребячествах Греха и указал на подтертую Фергусом пентаграмму на земле. – Теперь посмотри. И скажи мне, что здесь неправильно.

Джек что-то проворчал в сторону Фергуса, но так неразборчиво, чтобы никто ничего не расслышал, а затем спрятал кинжал в ножны на поясе и присел на корточки перед символами.

– Ну, она точно не для бесов, – настаивал парень. – Вот символы, которые чертят для изгнания Крестур.

– Точно. Но здесь есть ошибка, и поэтому ею даже беса не изгнать. Подумай о том, что ты упустил. Я хочу, чтобы ты нашел сам. Сейчас у тебя есть на это время, но в реальном сражении с чудовищем счет идет на секунды, Джек. – Грейден оперся о трость и посмотрел внимательно на задумавшегося юношу. Он хотел протянуть руку к его встрепанным каштановым волосам, но в последний момент передумал и перенес просящийся жест на себя, постучав пальцами по виску. – Твой разум – это сила в бою. У Мастеров нет шанса все переиграть и нет права на растерянность и ошибки.

– Я знаю, – хмуро отозвался Джек. – А вы не боитесь заставлять Фергуса нападать на меня? Вдруг я его изгоню? – неожиданно спросил парень, запрокинув голову и посмотрев на Мастера. В тусклом осеннем солнце карие глаза Джека отливали янтарным светом, на немного скошенном носу белел шрам после пережитого в Теневале.

Грейден поперхнулся смешком, прижав кулак ко рту, но, прежде чем ответил, рядом раздался заливистый хохот Фергуса:

– Держи карман шире, юный джентльмен! Только опытные Мастера способны изгнать Греха. Тем более одной пентаграммой ты мне разве что лапы пощекочешь, – фыркнул Грех, гордо вскидывая голову. Его волосы рассыпались волной по спине и плечам, а Грея окутал густой запах цветочного парфюма, который они выбирали целый час в «Эклектике духов».

Уши Джека покраснели от неловкости. Он поджал губы и сделал такое злое лицо, что на мгновение Грею показалось, что юноша кинется на Фергуса с ругательствами, но тот снова уткнулся в нарисованную пентаграмму.

– Когда-нибудь я тебе еще покажу!

– Давай-давай. Учись усердно, и у тебя появится шанс, а пока не сотрясай напрасно воздух.

– Хватит препираться, вы оба. Сосредоточься, Джек, – вернул серьезную атмосферу Грейден.

– Мне кажется, я ошибся с символами на этой грани, но я точно не могу сказать, – ответил Джек, проведя кончиком указательного пальца по одной из линий. – Тут точно какая-то херня.

– Джек.

– Да-да, манеры.

Грейден достал из внутреннего кармана пальто тонкий блокнот в кожаной обложке, раскрыл его и вытащил свернутые в четыре раза листы, протягивая Джеку. Тот поднялся, взял начертанные на пергаменте пентаграммы и уставился на них как баран на новые ворота, хмуря лоб.

– Справа – это от Крестуры. Слева – от беса. Ты начертил ее как для Крестуры, но на гранях совершил ошибку, взяв символы от бесовской пентаграммы. В итоге получилась каша из знаков в кругу, которая не подействовала бы ни на кого из них, – объяснил Грейден. – Тебе нужно вызубрить все знаки. Для каких и от каких монстров они предназначены. Тогда вернемся к практике. Рано мы сюда пришли.

– Но я лучше запоминаю, когда двигаюсь! – возмутился Джек. – Вот так наглядно мне понятно!

– К практике приступают тогда, когда выучена теория, – проворчал Грей. Ему ужасно не хотелось напоминать брюзжащих учителей из Ордена, но на кону была безопасность этого безбашенного мальчишки.

– Хотя если тебе не терпится показать свой «богатый внутренний мир» первой попавшейся твари, то кто мы такие, чтобы тебя останавливать? – плотоядно улыбнулся Фергус, положив руку на плечо Джека. – Ты вроде хотел учиться у Мастера Грейдена, а не почить как герой в первом бою. Или мне изменяет моя прекрасная память?

– Хотел, – проворчал Джек.

– Уже передумал? – спросил Фергус тоном, будто разговаривал с капризным ребенком. – Думал, Мастер притащит монстров в клетках и ты будешь их изгонять стишками и сквернословиями?