Ангелишь Кристалл – Брак по контракту со злодейкой (страница 29)

И в этот момент произошло то, чего я меньше всего ожидала — меня схватили за руку и резко потянули в сторону. Чья-то рука зажала мне рот, другая — прижала к себе с такой силой, что дыхание перехватило. Я вздрогнула, ощутила, как сердце ударило в горло.

Глава 10

Сердце ударило так сильно, что казалось — сейчас выскочит наружу. Меня поймали, а я даже пискнуть не могу! Паника вспыхнула мгновенно, подчиняя своей власти. Без раздумий, не разбираясь в ситуации, инстинктивно отчаянно вцепилась зубами в чужую руку, как зверёныш, загнанный в угол. Во рту сразу же появился горький привкус кожи, соли и металла.

Мужчина — а это был именно он — резко вдохнул но вместо ругательств или удара лишь крепче стиснул пальцы, не позволяя освободиться. Он не пытался вырваться из моего кощунственного захвата, хотя укус был сильным и наверняка очень болезненным.

— Тише, — прошипели мне в ухо. — Это я.

Я замерла, не поверив своим ушам. Откуда-то изнутри поднялся холод, словно ведро воды вылили на раскалённую спину. Звуки леса потускнели, преследователи словно отдалились на другой план — всё заслонило одно имя, сжавшееся в груди кольцом. Голос, хоть и был низких, показался до боли знакомый. Я слишком хорошо знала эти нотки, хоть его обладатель был не самой приятной личность. И тем не менее, несмотря на его характер и полное безразличие, он здесь.

— Вэлмир?.. — выдохнула я, почти беззвучно, всё ещё не веря собственным ушам и чутью. — Но… Как?

Он убрал ладонь с моего лица, но не отпустил окончательно — удерживал за плечи, склонившись так близко, что я чувствовала, как тяжело поднимается и опускается его грудь. От злости? От боли? Или он так сильно спешил отыскать меня, что успел запыхаться и до сих пор не выровнял дыхание? Я не видела его лица, но внутри отчаянно хотелось повернуться и убедиться, что не обозналась. Увидеть, что это действительно он, а не плод истощённого разума. Что Вэлмир Делавьер, тот, кто сам подписал на меня контракт, сейчас стоит за мной и заслоняет собой от опасности.

— Тише, — повторил он уже жёстче, но без злобы. — Ещё секунда, и ты бы выдала нас.

Я судорожно вдохнула, впервые за всё время осознавая, как сильно трясёт всё тело. Колени подгибались, руки дрожали — и не от холода. Просто раньше не было времени бояться и отвлекаться на столь незначительные моменты по сравнению с потерей свободы или жизни. А теперь, когда опасность вдруг оказалась за спиной и рядом кто-то более опасный, но как надёжная стена для меня — всё вспыхнуло разом. Страх, усталость и бешеная, пульсирующая злость.

Он и сам напугал меня до чёртиков, едва не отправив на тот свет. Однако часть меня была благодарна за то, что не оправдал ожиданий. Ведь я была худшего мнения о нём и успела увериться, что заменить меня ему не составит труда. На самом деле я не представляю из себя никакой ценности, чтобы тратить столько сил и времени на мои поиски и спасения. По крайней мере, такие радикальные меры были не в его характере.

— Ты мог хотя бы… — начала я, но он вдруг накрыл мою руку своей и сжал — крепко, чуть сильнее, чем требовалось для обычного жеста «замолчи».

Я тут же осеклась, уловив, что происходит, и проследила за его взглядом. Совсем рядом, за редкими кустами, шагали двое. Один ругнулся, споткнувшись о корень, другой засмеялся с колкой фразой, явно не первой по счёту — они чувствовали себя слишком уверенно, почти расслабленно. И именно эта уверенность делала ситуацию ещё опаснее.

Я затаила дыхание, тело вновь напряглось, словно струна. Даже пальцы на ногах вжались в землю, будто могли помочь стать невидимой. Я бы с радостью сейчас выдохнула хоть слово — хоть колкое, хоть отчаянное, — но и сама понимала, что момент не тот.

— Потом, — тихо бросил Вэлмир, не глядя на меня, будто уже снова весь сосредоточен на окружающем. — Если хочешь выбраться, сначала замолчи. Потом злись и всё остальное, что только взбредёт в твою голову.

Я резко повернулась к нему — не выдержала, взгляд сам выдал, сколько ярости я сдерживала внутри. Но не успела даже выдохнуть, как совсем рядом раздался резкий хруст — словно кто-то наступил на сухую ветку, не глядя под ноги.

Вэлмир едва заметно прищурился. Его глаза стали ещё темнее, если это вообще было возможно. А потом вторая рука медленно скользнула за спину. Инстинкт сработал быстрее мысли. Сейчас не время ссориться и выяснять отношения, как и бросаться на спасителя с обвинениями. Не время вообще думать о глупостях. Нужно просто затаиться, потому что аристократ был настроен серьёзен и, похоже, собирался убивать.

— Сюда! Я слышал какой-то шум… — выкрикнул третий, и голос его раздался настолько близко, что у меня всё внутри сжалось.

Он был в шаге от нас. Взгляд скользил по кустам, по стволам деревьев, выискивал движение, тень, дыхание — всё, что может выдать спрятавшегося. И я понятия не имела, сколько ещё смогу оставаться незаметной. Где-то правее хрустнула ветка. Затем ещё одна. Словно лес сам решил выдать нас. Мы оба затаились, дыхание стало неглубоким, как будто его можно было спрятать вместе с телом.

Я чувствовала, как Вэлмир буквально напрягся всем телом. Мы прижались друг к другу сильнее, и на мгновение он посмотрел на меня — коротко, в упор. Взгляд был не то зловещим, не то расчетливым, как будто он реально обдумывал, не проще ли вырубить меня и избавиться от лишнего шума в лице вздёрнутой девушки, которую только что вытащил из беды.

— Спрячься здесь и ни звука, моя дражайшая невеста, — тихо велел и выдвинулся вперёд.

Я молча кивнула и скользнула в сторону, отползая назад — туда, где было чуть темнее, чуть плотнее земля и кусты. Вжалась в землю, не обращая внимания на грязь, царапины и липкие листья. В этот момент всё, что имело значение — не быть замеченной. Сердце било в виски, пальцы дрожали, но я стиснула зубы и замерла.

Вэлмир занял моё место, как тень, будто изначально был частью леса. Преследователи были в одном дыхании от нас. Один шаг — и он мог наступить мне прямо на руку. Но всё обошлось, пока я не заметила других подкравшихся к нам громил.

Они смотрели прямо в нашу сторону. И всё же создавалось впечатление, что не замечали. Я даже не сразу поняла, почему. То ли лес сгущал тень, то ли воздух искажал пространство, то ли что-то мешало им распознать нас. Словно мы были под невидимым покровом, но я не могла различать магию и её проявления, потому оставалось только гадать.

Они не успели развернуться, как из тьмы, будто из самой ночи, в наше укрытие шагнула высокая массивная фигура. Двигающаяся уверенно, без лишней спешки — как хищник, учуявший добычу. Я узнала его сразу. Один из тех троих из повозки, который всё время молчал, но следил за мной, не упуская ни одного движения. Широкоплечий, с тенью вечного безразличия в глазах — ему было всё равно, кого везти, лишь бы платили.

Он шагнул в просвет между деревьями, оглядываясь, и наткнулся на обманчиво расслабленного Вэлмира. Тот уже стоял в полный рост, спокойный и опасный, будто и должен был быть здесь с самого начала. Громила едва заметно вздрогнул, вздёрнул бровь, явно не ожидая никого другого здесь увидеть кроме притаившейся девчонки. Однако удивление быстро улетучилось, уступив холодной оценке.

— Кто ты? — глухо спросил он, голос хриплый, с угрозой, как скрежет железа по камню.

Я затаилась, вжимаясь в землю ещё сильнее. Воздух словно застыл, ночь замерла. Даже сердце моё, казалось, билось громче, чем стоило. Я не знала, что будет дальше. Не знала, на чьей стороне окажется удача. Но знала точно: одного неверного шага хватит, чтобы нас выдали и всё пошло прахом.

На его фоне Делавьер казался почти щуплым, слишком утончённым, чтобы всерьёз соперничать с таким человеком. И всё же он стоял прямо перед ним — не отступал, не прятался, не делал ни шага назад. Удивительно, что именно этот хищник, со стальным спокойствием в каждом движении, до сих пор живёт под маской благородного аристократа.

Как он вообще собирается победить того, кто всю жизнь провёл по ту сторону закона, кому привычны кровь и предательства, кто в одиночку проворачивал дела, за которые в королевстве вешают без суда? Его не схватили, не допросили, он не сидел в застенках. Значит, он умеет договариваться. Или запугивать. Или оба варианта сразу.

— Тебе лучше развернуться и сделать вид, что ты здесь никого не видел, — ровно сказал Делавьер, не повысив голоса ни на полтона.

В этой фразе не было ни угрозы, ни показной бравады — только безапелляционное спокойствие, за которым всегда прячется что-то страшное. Мужчина напротив напрягся, будто просчитывая, насколько высоки его шансы, если дело дойдёт до настоящей схватки. Но Вэлмир не сдвинулся с места. Не раскрыл плащ, не потянулся за оружием. Он просто смотрел, будто уже знал, как всё закончится — и ему оставалось только дождаться того, кто первый проиграет в этом безмолвном поединке взглядов.

— Я… ошибся направлением. Прошу прощения, — неожиданно сдался громила и растворился в кустах, когда я уже думала, что дело дойдёт до кровавых разборок.

Только тогда я рискнула вдохнуть в полную грудь, чувствуя, как кожа покрывается испариной. Вэлмир обернулся ко мне, глаза его были всё такими же тёмными, бездонными, в которых не отражалось ничего человеческого.