Анетта Молли – Дархан. Забрать своё (страница 29)

— Охране на входе скажешь, что от меня, иначе тебя даже на порог не пустят.

Хмыкаю.

— Твой Державин точно с криминалом не связан?

— Нет. Просто любит всё держать под контролем, — заверяет Шамиль.

Ночь снова возвращает меня мыслями туда, откуда уехал. Птичка. Она хотя бы на секунду расстроилась, что наши пути разошлись? Или перешагнула и сразу пошла дальше? Надеюсь, Антошка ещё долго будет восстанавливать свою разбитую рожу и пока не сунется к Олесе. Хотя какое мне до этого дело? Кончено — значит кончено.

Кадрами в голове улыбка Леси, движения тела, румянец, когда стесняется, наша первая и последняя встреча. Зло взбиваю подушку.

Надо заставить себя перестать о ней думать! Хватит!

Утром, только проснувшись, мы быстро собираемся. Голодные желудки хорошо мотивируют и подгоняют. Через час мы со Змеем стоим около сияющего на солнце высокого здания.

— Дархан, может, лучше я? Это риск… — начинает Змей.

— Хотел бы спокойствия — остался бы в том городе! — рявкаю в ответ и выхожу из машины, хлопнув дверью.

Натягиваю на голову капюшон чёрной толстовки и иду к дверям здания. Дышу полной грудью. Даже воздух здесь кажется свежее. Я скучал по своему городу. Это мой дом и больше никто не сможет выдворить меня отсюда.

Охрана, как и предрекал Шамиль, выстраивается как стена. Закатываю глаза и произношу заветные слова. Охранники расступаются и пускают меня в здание.

Внутри всё блестит и сияет. Отец заценил бы антураж. Мраморные полы, высокие потолки, панорамные окна, дающие много света, ресепшен размером с комнату, за которым сидят девушки на любой вкус, погруженные в работу. Все сотрудники в деловых костюмах и усердно делают вид, что не замечают меня. Видимо, Державин хорошо платит, чтобы люди хранили его секреты. Один из охранников провожает меня до зеркального лифта. Заходит вместе со мной и нажимает кнопку «шестьдесят». Через несколько секунд двери открываются, и мы оказываемся в приёмной. Там меня встречает девушка. Она расплывается в улыбке и соскакивает с места.

— Доброе утро! Богдан Тимурович ждёт вас, — суетится девушка, провожая меня до его кабинета.

Она, постучав в дверь, открывает её. Я захожу внутрь и вижу мужчину лет тридцати пяти в деловом костюме. Он сидит в кресле и разговаривает по телефону.

— Что значит, ты не знаешь, где она?! Элеонора, не надо играть со мной! — слышу обрывки разговора.

Богдан видит меня и замолкает.

— Даю тебе час, — коротко произносит и кладёт трубку. — Оставь нас, — говорит секретарше. Та быстро выходит.

Прохожу в просторный кабинет. Богдан встаёт и крепко пожимает мою руку. Он спокойный и уверенный в себе. Словно только что не он орал в трубку на некую Элеонору. Богдан достаёт большую спортивную сумку и ставит на стол. Кажется, он из тех, кто не любит пустой болтовни и сразу переходит к делу.

— Выйдешь через чёрный ход. Рита проводит тебя. — Богдан снова садится в кресло.

Киваю в ответ. Уже собираюсь на выход, но разворачиваюсь.

— Почему ты помогаешь мне?

Богдан откидывается в кресле. Смотрит на меня глазами человека, повидавшего много в этом мире. Хотя он не сильно старше меня.

— Жизнь непредсказуема, Дархан. Никогда не знаешь, какая помощь и от кого может понадобиться, — отвечает Державин.

Сразу вспоминаю отца. Он любил повторять подобные слова. Жаль, что я был таким глупцом и не считал нужным вариться в этой каше. Да, отец всячески ограждал меня от любых взаимодействий, но я должен был сам этого хотеть, а не прозябать в клубах.

— Может, я будущий труп, и ты прогадал?

Державин улыбается.

— По факту мы все будущие трупы, — отвечает, задумавшись и поглаживая чёрную щетину. — Знаю всю кухню, но мне не интересны ваши разборки. Однако, я ставлю на тебя, Дархан.

— Почему?

Державин долго не отвечает. Я решаю не тратить больше время и иду на выход.

— На улице тебя будет ждать машина. Тонированная и пуленепробиваемая. Она нигде не засвечена. Проблем не возникнет, — произносит Богдан.

Улыбаюсь и благодарно киваю головой. Видимо, в прошлом Державина было много насыщенных событий и даже больше.

____________________

История Богдана Державина в книге "Миллионера нельзя любить"

Глава 29

Последние несколько часов выдаются очень трудными. Сразу после звонка Нади я еду в больницу, прихватив с собой сумку с деньгами. По дороге набираю тётю Галю и сообщаю, что маме стало плохо. Та приезжает почти одновременно со мной. Я молча протягиваю тёте Гале сумку. Она, приоткрыв её, вытаращивает глаза, но от комментариев воздерживается.

— Сколько здесь? — тихо спрашивает.

— Почти два миллиона, — отвечаю дрожащим голосом.

Больше тётя Галя не задаёт ни единого вопроса. За что я ей очень благодарна. Затем она берёт всё в свои руки. Подключает все свои связи и договаривается о срочной перевозке мамы в лучшую клинику Москвы.

— Теперь всё будет хорошо, — тётя Галя крепко прижимает меня к себе.

Я словно впадаю в анабиоз и не могу произнести ни слова. Впереди самое страшное — операция.

Спустя четыре часа мы стоим в холле столичной больницы. Я отстраняюсь от тёти Гали, когда вижу, что к нам подходит врач.

— Вы можете поговорить с пациенткой, а затем мы будем готовить вашу маму к операции, — бодро произносит врач. Видимо, он замечает мой обеспокоенный вид и кладёт руку мне на плечо. — Прошу вас, не волнуйтесь. Прогнозы хорошие.

— Сколько длится операция? — не узнаю свой голос.

— От часа до трёх. Вы можете пройти поговорить с мамой, а сразу после мы начнём.

Доктор провожает меня до палаты. Чувствую, как ноги подкашиваются. До этого я видела маму без сознания, и это лишило меня последних душевных сил. Я открываю дверь палаты и оборачиваюсь на тётю Галю.

— Иди первая. Я потом, — произносит она, нервно обкусывая губы.

Киваю и захожу внутрь. В горле ком. Мама бледная и похудевшая лежит на кровати в окружении различных приборов.

— Леся, — слабым голосом произносит.

Я срываюсь с места и оказываюсь рядом. Беру мамину руку и целую. Стараюсь держать себя в руках и не плакать, чтобы не расстраивать маму. Я должна быть сильной.

— Как ты, мамочка?

Она делает глубокий вздох.

— Немного расклеилась, — отвечает, вымученно улыбаясь.

Качаю головой. Даже сейчас не сознается, что ей плохо.

— Скоро тебе будет лучше, мамуль. — Снова целую её руку.

Мама кивает.

— Тётя Галя всё устроила, да? Она дала деньги?

Молчу несколько секунд. Думаю, на данный момент не нужно нагружать маму ненужной информацией.

— Да, — коротко отвечаю.

— Ну зачем…

— В смысле? Ты умирать собралась? Тебя на скорой увезли!

— Оклемалась бы… как теперь отдавать… — Из глаз мамы скатываются слезинки.

Вытираю их и глажу её по щеке.

— Не думай об этом. Прошу тебя, — произношу спокойно, понимая, что сейчас не время для споров.

Она кивает и берёт меня за руку.