Анджей Волчек – Герои романтики (страница 1)
Анджей Волчек
Герои романтики
Романтика нимфы
Волшебный лес Глимминг живет своей жизнью, полной света и магии. Молодой эльф-ученый Эолан, больше привыкший к свиткам и древним рунам, чем к общению, впервые видит нимфу Лиану, танцующую в лучах рассвета над Озером Слез. В его сердце, словно вспышка, рождается тихое, но непреодолимое чувство. Он понимает, что должен подойти к ней.
Эолан долго стоял в тени кипарисов, не решаясь выйти. В его руке был стебель идеальной лунолилии. Сердце часто билось. Когда он все же шагнул на солнечный берег, свет ударил ему в глаза. Лиана парила, касаясь пальцами ног поверхности воды, и от каждого прикосновения расходились серебряные круги.
– Я я принес это вам, – он протянул цветок. – Рассвет сегодня был особенно прекрасен. Почти как вы.
Лиана обернулась. Лучи солнца уже добрались до водной глади. Она увидела эльфа, его напряженное лицо и белый цветок. Что-то теплое и приятное появилось у нее в груди. Она медленно опустилась рядом с ним на землю, но взять цветок не решилась.
– Мне нужно мне нужно к подругам, – ответила она и, развернувшись, улетела прочь, оставив Эолана с невысказанными словами.
– Он хотел подарить мне цветок, – запыхавшись, проговорила Лиана, подлетая к трем нимфам, кружившим над полянкой. – Сказал, что рассвет прекрасен, как я.
– О-о-о, – протянула Зефира. – Такой серьезный ученый эльф, а тут с цветочком!
– Поиграй с ним! – подхватила Аура, переворачиваясь в воздухе. – Пусть докажет, что достоин внимания нимфы!
– Слишком уж он серьезный, – фыркнула Бриз. – Помучь его немного, пусть побегает за тобой. Это же так забавно!
Для них это была лишь игра, веселое развлечение. Лиана слушала их и чувствовала, как нежность в ее груди понемногу сменялась желанием не ударить в грязь лицом перед подругами. Она просто посмотрела на эльфа издалека ничего не сказав и улетела с нимфами прочь.
Как-то Эолан нашел ее у Шепчущих Камней, где древние валуны, поросшие мхом, тихо переговаривались друг с другом. Лиана сидела на самом большом камне, слушая их шепот. Эльф подошел, уже не так робко.
– Ваша магия – начал он, и Лиана обернулась. – Она как музыка ветра в листьях. Ее нельзя понять, можно только почувствовать. Я бы хотел научиться ее слышать.
Он смотрел прямо на нее, и в его глазах горела решимость. Лиана смутилась. Ей хотелось рассказать ему о том, как ветер по-разному звучит в кронах дубов и в иголках сосен, как можно услышать в нем отголоски далеких морей.
«Он пытается, правда пытается,» – пронеслось у нее в голове. «Он ищет путь к моему миру. Какой же он настойчивый. И глаза в них сейчас столько тепла.»
Но тут же ее пронзила ледяная мысль: «А что скажут подруги? Они опять будут смеяться. Назовут его скучным фантазером.»
– Мне мне нужно к подругам, – ответила она, сорвавшись с камня и умчавшись прочь.
– Он говорит о музыке ветра! – взволнованно сообщила Лиана, подлетая к трем нимфам. – Хочет научиться ее слышать!
– Не торопись! – строго сказала Зефира, кружась вокруг Лианы. – Слова словами, а где дела?
– Посмотрим, что он придумает еще! – подхватила Аура, перебирая свои светлые волосы. – Может, это все лишь красивые речи.
– Настоящий герой должен совершить подвиг! – с важным видом заключила Бриз. – Пусть докажет свои слова делом!
Для них Эолан был забавной игрушкой. Лиана не вернулась к эльфу, просто решила подождать, что будет дальше при следующей встрече, совершенно не дорожа временем.
Прошло несколько дней. Эолан ждал ее у древнего дуба, испещренного рунами. Он знал, что она придет сюда с подругами – это было их излюбленное место для вечерних игр. Когда нимфы появились, кружась в танце, он шагнул вперед, прямо навстречу Лиане.
– Лиана, – произнес он, и голос его был тверд. – Я устал от намеков и аллегорий. Я люблю вас. Мое сердце бьется в ритме вашего сердца.
Лиана замерла, его слова упали прямо ей в душу. Она увидела в его глазах все – и надежду, и страх, и решимость, что заставила ждать ее здесь. Она открыла рот, чтобы сказать «да», чтобы ответить ему тем же...
Но позади раздался смешок. Затем другой. Это были Зефира и Аура, прикрывающие рты ладонями. А Бриз и вовсе покатывалась со смеху.
«Он такой скучный!» – прозвучало в памяти Лианы насмешливое замечание Зефиры.
«Ты засохнешь с ним от тоски!» – добавил в ее воображении голос Ауры.
Перед ее глазами встали их ухмылки, их взгляды, полные презрительной жалости. Страх оказаться посмешищем в глазах подруг, с которыми она провела всю свою жизнь, сдавил горло и оказался сильнее внезапного, ослепительного ощущения счастья.
– Я... я не могу... Эолан, прости, – ответила она.
Развернувшись, она улетела, подхваченная подругами, оставив Эолана в мрачном мраке отчаяния под сенью древнего дуба.
На следующий день, придя на то же место, Лиана узнала от живых рун на дубе, что Эолан бросил все и ушел на войну с Темными Повелителями на границах их мира.
Прошло полгода и волшебный лес начинал увядать. На него, словно туман, опустилось дыхание Большой войны. Отголоски магии Темных Повелителей, летящие с далеких полей сражений, добрались и сюда. От раскатов злой стихии тут, в некогда живописном лесу, цветы теряли краски, ручьи мелели, а звери убегали. Жители уходили, улетали, уплывали.
Подруги-нимфы, легкомысленные как ветер, одна за другой покидали Лиану, улетая искать лучшие края. И ей было неизвестно, чем закончится судьба каждой из них за пределами пусть и умирающего, но единственного знакомого и близкого им места, от которого только они и могли черпать свою красоту и волшебные силы. Нимфа осталась совсем одна, влача жалкое существование среди гибнущей красоты.
И сама Лиана почувствовала, как ее собственная сила, питавшаяся красотой и жизнью леса, тает с каждым днем. Она уже не могла летать, лишь беспомощно бродила по тропинкам, с которых исчезали цветы. Ее любимых фруктов и ягод не осталось.
Многие деревья стояли голые, их листья опали, превратившись в прах. Построить укрытие или найти пропитание она уже почти не могла. Все, к чему она прикасалась, рассыпалось. Голод и отчаяние точили ее изнутри. Лиана не видела другого выхода, кроме как искать опору в ком-то из тех немногих, кто еще оставался в лесу. Чтобы отдаться на их милость. Нимфа стала перебирать в уме варианты. К кому можно пойти? Кто остался?
«Гном Торбин, – мелькнуло в голове. – Да, он сварливый деспот, вечно всем недовольный. Но он живет у подножия холма, в крепком каменном доме, который не боится ни ветра, ни темной магии. Он копил добро годами. Его закрома полны еды, а в сундуках лежат самоцветы, добытые в глубокой шахте. Он один из немногих во всем лесу не бедствует. Его дом – настоящая крепость».
Мысль о теплом углу и о куске хлеба показалась спасением, и Лиана на мгновение забыла о вечном брюзжании Торбина. Что значил его скверный характер перед лицом голода и полного одиночества? Но ведь можно выбрать и кого-то другого, почему нет? У Лианы была уверенность, что с ее красотой она может выбирать.
«Кто более достойный?» – вертелось в голове у Лианы.
«Вот варвар-кузнец Рорк. У него тоже есть своя шахта, но не с самоцветами, а с углем и рудой. Живет он прямо в своей железной кузнице, и печь в ней не гаснет ни днем ни ночью. В его сарае много бочек с сушеным мясом и рыбой, с засоленными травами разных видов и вкусов».
Она знала о нем многое. У варвара был бессмертный пламенный конь. Не животное из плоти и крови, а дух огня, которого Рорк украл из самой Преисподней, и с тех пор конь служит только ему. Рорка многие считали героем, не боящимся ни людей, ни темных сил. Он был полной противоположностью вечно брюзжащему Торбину. Сильный, смелый, независимый. Разве не таким должен быть тот, кто достоин стать опорой нимфы?
Лиана, подобрав самые лучшие слова, подошла к могучему варвару.
– О великий Рорк, – начала она. – Прими меня к себе как подругу и спутницу, и я сделаю твою жизнь еще ярче.
Варвар, не отворачиваясь от наковальни, хрипло рассмеялся.
– Ярче? Отлично. Можешь уже начинать, нимфа. Видишь вон там, в ста шагах отсюда, шахта? И подле нее гора угля. Вот ведро. Носи мне уголь, чтобы я днем мог работать без остановки, а ночью было чем обогреть мое жилище.
Он толкнул ногой тяжелое, закопченное ведро в ее сторону.
Вскоре Лиана узнала от Рорка, что он не собирался оставаться в умирающем лесу.
«Он готовится уехать, – думала она, таская тяжелое ведро с углем. – Накует много оружия и доспехов, запряжет своего огненного коня в повозку и уедет подальше отсюда. Продаст все и найдет себе новое пристанище. В новом волшебном лесу, где нет этой скверны. И построит там новую кузницу».
Мысль об этом заставляла ее сердце биться чаще.
«Мне нужно только немного потерпеть. Не за горами тот день, когда под его защитой я попаду в цветущий, нетронутый лес. И там... там я снова обрету свои силы. Я снова буду питаться красотой и жизнью, буду летать... Мы будем жить там вместе с ним. Нужно только потерпеть».
День проходил за днем, месяц за месяцем. Лиана таскала уголь и руду в кузницу, а Рорк выковывал редкие и дорогие вещи. Ее кожа вся была в угольной пыли, и нимфа с большим трудом могла отмыть ее вечером перед сном. Ночью она боялась, что рослый варвар во сне может неловко повернуться и раздавить ее своим телом. А утром снова тяжелая работа, снова ведро и уголь. Так прошло полгода.