Андрей Звягинцев – Сценарии кинофильмов Андрея Звягинцева (страница 19)

Бежит дальше, поскальзывается, встаёт, снова бежит90.

Вспышка молнии высвечивает хрупкую конструкцию вышки и маленькую фигурку почти на самом верху.

Давид – его колотят судороги – взбирается по мокрым перекладинам деревянной лестницы всё выше91. И вот упирается головой в смотровую площадку. Перехватывается, подтягивается и влезает на площадку… Вспышки молний высвечивают разбушевавшееся далеко внизу озеро. Звучат подряд два раската грома, сквозь них снизу слабо доносится крик отца:

– Давид!

Давид, трясясь крупной дрожью, подходит к ограждению, набирает в грудь воздух, мгновение медлит, шевеля губами, – то ли молится, то ли что-то неразборчиво бормочет. И, ухватившись за балку, влезает на ограждение.

Отец, задрав голову, всматривается в темноту. В свете молнии он видит фигурку Давида на верхней площадке.

Отец. Давид, стой! Спускайся! Давид!

Видит, как Давид влезает на бордюр. Отец хватается за перекладины лестницы и быстро взбирается наверх, продолжая кричать.

Отец. Давид, подожди меня!

Давид балансирует с подогнутыми от страха ногами и дрожа. Постепенно выпрямляется, держась за балку. Перестаёт дрожать, встаёт во весь рост и кричит в темноту, прорезаемую молниями.

Давид. Я могу!.. Слышишь, гад! Могу!.. Могу!..92

Каждый выкрик Давида сопровождается раскатом грома.

Всё ближе возгласы отца:

– Стой, как стоишь! Я сейчас!

Давид заносит ногу в пустоту, балансирует на одной ноге, отпускает руку.

Из люка на площадке появляется голова отца.

Отец(негромко). Давид, спокойно, малыш…

Давид оборачивается и внимательно смотрит на отца. По лицам обоих струится дождь, а может быть, это слёзы.

Давид. Если ты влезешь, я прыгну.

Отец. Хорошо, я спускаюсь… А ты за мной, ладно?

Отец начинает слезать обратно. Нога поскальзывается на верхней перекладине, он срывается и повисает, держась руками за край люка. Его ноги болтаются в пустоте.

Отец(с натугой). Сейчас, Давид, малыш! Сейчас…

Доска с треском обламывается, и отец летит вниз, со страшным стуком ударяясь о брёвна конструкции. Глухой удар о землю – и тишина.

Давид (спрыгивает на площадку, кричит). Папа! Папа!

С ужасом вглядывается в темноту внизу93.

Гроза уходит в сторону от острова. И всё покрывает нереальный молочный приглушённый свет белой ночи.

Давид, скуля, спускается с вышки и видит Арчила, склонившегося над лежащим в неестественной позе телом94. Глаза отца открыты, губа закушена, но всё равно видна улыбка.

Давид (шёпотом). Арчи…

Арчил (не поворачиваясь). Он умер…

Некоторое время братья стоят и дрожат, молча всматриваясь в лицо отца. У Давида прорываются рыдания.

Арчил95. Надо его отнести…

Давид. Куда?

Арчил. К лодке.

Давид. А как?

Арчил(кричит). Ручками! Ручками! (Нагибается, берёт отца под мышки.) Бери за ноги.

Давид берётся за кроссовки, пытается поднять – кроссовки соскальзывают и остаются у него в руках.

Арчил. Бери его под колени.

Давид (держит перед собой кроссовки). А это?..

Арчил. Брось.

Давид берёт отца под колени, тужится и чуть не падает под тяжестью.

Давид. Я не могу.

Арчил. Потащим за руки. Берись.

Братья берут тело за руки, пытаются тащить, но оно цепляется за траву и кустарник и постоянно вырывается у мальчишек из рук.

Арчил(отпустив руку отца). Так ничего не получится. Тащи топор.

Давид. Зачем?! Не надо!

Арчил. Я тебе сказал, урод, иди за топором.

Давид бежит по кромке берега вдоль воды, спотыкается, падает, встаёт. Вытирает грязь с лица, перемешанную со слезами… Продирается сквозь кустарник… Опять бежит…

Над горизонтом поднимается неестественно огромный багрово-красный край солнца.

Утро. Братья идут по лесу. Арчил вглядывается в окружающие деревья. Примечает две небольшие березки, растущие от одного корня.

Арчил. Стой!

Арчил начинает рубить берёзу. Дерево звенит под ударами. Вдруг сверху падает комок веток, из которого раздаётся писк.

Давид (нагнувшись). Смотри!..

Это упало гнездо лесной птицы. В нём копошатся ещё не оперившиеся слепые птенцы. Они отчаянно пищат, разевая желтые клювики.

Арчил. Тьфу, чёрт! (Кивнув на гнездо.) Повесь его куда-нибудь на ветку. Только не трогай руками, иначе их бросят родители.

Давид. А как – не трогая руками?

Арчил. Ладно…

Арчил, взяв два сучка, как пинцетом, поднимает гнездо и цепляет его на развесистую ветку…

Арчил и Давид тащат, как бурлаки, две берёзки, превращённые в подобие волокуши, на которых лежит тело отца.

Давид, споткнувшись, выпускает свой конец берёзы из рук.

Давид(задыхаясь). Я не могу больше…

Арчил (опустив на землю берёзу, переводит дыхание). Потерпи… Лодка уже близко…

Давид(рухнув на землю). Мы вообще не туда идём.

Арчил. Туда.

Давид. А я говорю, мы заблудились…

Арчил. Вставай, пошли…