Андрей Звонков – Пока едет «Скорая». Рассказы, которые могут спасти вашу жизнь (страница 2)
За прошедшее десятилетие многое изменилось в медицинской помощи, наука здорово рванула вперед, появились новые методики, сократились койко-дни, изменились подходы к лечению многих болезней, появились новые более эффективные препараты и усовершенствовались стандарты.
Базовая книга и ее «дочка» стали нуждаться в переработке.
Мало того, учитывая, что различные проблемы в первых двух книгах расположились как-то хаотично, как это бывает в жизни и в работе скорой, я взялся за «внучку» – третью книгу, о том же самом, но уже расположив все заболевания и происшествия по схеме, подобной справочнику – травмы, отравления, заболевания по системам.
Для реализации такого проекта я взял более решительную героиню – сестру Тани Вику, которая окончила школу и поступила на факультет журналистики. Прошлые герои – Таня и Саша – выступили для нее в роли добровольных консультантов по шпионскому делу, ибо Вика решила преодолеть приказы Минздрава и Департамента здравоохранения «о запрете любых контактов медиков со средствами массовой информации под страхом увольнения от 2011 года». На основании этих приказов местные медицинские чиновники ужесточили меры по борьбе с различными правдорубами за права медиков под предлогом «сохранения врачебной тайны».
Впрочем, в третьей книге планируется рассказать не о том, как угнетают российских медиков злые чиновники, а все про то же: как помочь пострадавшему или заболевшему человеку, пока едет бригада скорой. Теперь там будут приключения Вики на подстанции скорой[8], ее записи под названием «Медпомощь для чайников», комментарии специалиста и все те же алгоритмы для тех, кто настолько далек от медицины, что нуждается в предельно простых инструкциях.
Спросите, зачем столько раз говорить об одном и том же?
Отвечу: первая заповедь любого студента – repetitio est mater studiorum (повторение – мать учения). А эти книги я отношу к новой формации живых учебников, построенных на ситуационных задачах. Ибо главный вопрос любого ученика, приступающего к предмету или теме: «Зачем мне все это нужно?»
Вот истории, в их художественном виде, и отвечают популярно и доступно на этот главный вопрос. А нужно это всего лишь для спасения жизни и здоровья окружающих нас людей. Я очень надеюсь, что живые, привязанные к жизни учебники, написанные по схеме: ситуация, обсуждение, алгоритм решения – появятся и по иным предметам, включая школьную программу, просто в них добавят контрольные вопросы для самопроверки.
Конечно, это не просто – собрать команду профессионалов в предметах и писателей-беллетристов, для создания интересных, веселых или остросюжетных учебников, прочитав которые учащийся и получит ответы на главный вопрос (зачем ему это нужно?), и поймет, как решать ту или иную задачу.
А если это будет учебник, например, истории – зачем Карл девятый, король Франции, вручил адмиралу де Колиньи сафьяновый красный портфель или почему не пожалел для его убийства личную аркебузу? Как спасали севший на мель корабль и почему для этого так нужна была высокая антенна для радиостанции на острове Гогланд? Или зачем войско Дмитрия Донского, двигаясь навстречу армии Мамая, сделало странный маневр в сторону?
Часть 1. Практика на скорой
Интро
Прежде чем приступить к описанию и разбору случаев, я обязан немного познакомить читателей с героями книги.
Итак, Татьяна Александровна Савина, старшая дочь в семье инженера-нефтяника А.В. Савина. У Тани есть мама (ее мы так и будем называть) и младшая сестра Вика, которой 12 лет в начале книги и 13 – в конце.
Татьяна – студентка фельдшерского отделения медицинского училища. Ей повезло попасть в фельдшера, потому как со следующего года фельдшерское отделение закрывали за ненадобностью, так что Танин выпуск оказывался последним. После сдачи весенней сессии на третьем курсе всех студентов отправляли на месячную практику. Больницам и поликлиникам фельдшера не требовались, а вот скорая для них была в самый раз. Так что шестьдесят парней и девушек примерно 19–25 лет распределяли по подстанциям мегаполиса.
Татьяна в медицину попала случайно. После окончания ею средней школы родные, посовещавшись и оценив ее математические способности, предложили выбор: педагогика, филология или медицина. Если первые две специальности интереса в семье особенно не вызывали, то насчет третьей мама сказала:
– Я за то, чтобы в семье был свой медик. Нефтяник есть, бездельница тоже, я бухгалтер, пусть Танька идет в медицину.
И Танька пошла.
Училась она всегда старательно, как и все, за что бралась, – выполняла на хорошо и отлично, но вот в душе страсти к медицине за три года не пробудилось. Несмотря на то что учиться оставалось полтора семестра, Татьяна себя настоящим медиком и тем более фельдшером никак не видела.
И все чаще спрашивала себя, а нужно ли ей это? Может быть, бросить, пока не появился диплом и моральная обязанность быть готовой всегда прийти на помощь? Она и на практику поехала, только потому что надо, иначе курс не будет считаться оконченным. А она привыкла всегда доводить начатое дело до конца. Поэтому в душе было неспокойно. С одной стороны – надо, а с другой – а надо ли?
В ответ на обвинение мамы в бездельности Вика стукнула себя кулаком в грудь и заявила, что хочет стать настоящим этологом[9], но раз никто ее не понимает и даже не знает, что это за профессия, то она и объяснять никому этого не станет. Но этология у нее в крови!
Папа не поленился, влез в большой энциклопедический словарь, который стоял на полке в его кабинете, и сказал:
– Тогда понятно, почему ты обожала с детства спать на собачьем коврике или под кроватью, даже носила какое-то время ошейник нашей Синди после ее смерти. Продолжай в том же духе.
В собаку Вика «преобразилась» в пять лет, и ей очень нравилось быть собакой. Пока однажды папа не сказал: «Ну тогда и есть будешь из ее миски, и пить, и гулять с тобой будем утром и вечером в любую погоду. Но никаких мультиков и планшета с играми. У собак свои игры и игрушки. Вот тебе косточка и мячик!» Вика продержалась один день и на ужин пришла уже без ошейника, объявив, что собакой быть, конечно, хорошо, но человеком все-таки интереснее.
Староста группы Татьяны на собрании сообщила, что, если найти общий язык с руководством подстанции и занести кому надо что надо – конфет там, духов или коньяка, – то можно получить подпись в дневнике практики уже через неделю и нет нужны мотаться целый месяц.
Принципиальная и патологически честная Татьяна на это пойти не могла, потому решила ответственно отходить весь месяц – и будь как будет. Она вот такая. И таких, как она, принципиальных студентов, набралось около десятка. Остальные побежали за духами и коньяком.
Александр Ерофеев – фельдшер скорой помощи, работающий на подстанции пятый год. После окончания медучилища он два года отслужил на корабле погранслужбы в Балтийске, потом – еще год по контракту на берегу, а затем, поселившись в мегаполисе, устроился работать на скорую. Лет ему было около двадцати восьми. Натуральный блондин среднего роста с серыми глазами и небольшим шрамом на верхней губе, оставшимся после операции по пластике врожденного расщепления верхней челюсти, в народе называемого «волчьей пастью». Шрам прикрыт усами. Красавцем Александр себя не считал. С женщинами вел себя ровно и был весьма разборчив в отношениях.
В нем чувствовалось воспитание прошлого века. Он обладал прекрасной памятью и был весьма эрудирован, порой выказывая неожиданные знания в разных областях науки.
На подстанции его знали как фаната подводной охоты, ибо в свободное время он периодически уезжал «на рыбалку» и привозил превосходную рыбу, которую дарил друзьям. Те, кому доводилось бывать у него дома, обнаруживали несколько гидрокостюмов для разных сезонов, ласты, акваланги, ружья, гарпуны, трофеи виде засушенных рыбьих голов и фотографий Саши с добычей.
Впрочем, страсть свою Ерофеев никому не навязывал и разговорами о рыбалке в свободные моменты не утомлял. Только если его просили рассказать что-нибудь.
Друзей он не заводил, но любой человек на подстанции мог уверенно сказать, что Саша – его друг. Он охотно обсуждал с коллегами больных после вызова, порой давая объяснения, достойные любого врача-специалиста. На вопрос, откуда он все это знает, отвечал: «Читать люблю, книги – лучшие учителя»!
Вот наступил июль. Первый день практики на скорой.
Когда доктор сыт[10]…
Июль. Жара. На втором этаже подстанции все окна нараспашку, так что на улице хорошо слышны звонкие объявления бригад, которым пришел вызов. В большом холле на втором этаже все кресла заняты студентками медицинского училища. Они, как цыплята на птичьем дворе, рассыпались небольшими группками по просторному залу, ожидая, пока их распределят по бригадам, и негромко щебетали.
Начиналась летняя месячная практика перед последним курсом на фельдшерском отделении медицинского училища.
Обычно студентов отправляют в больницы. Но тех, кто готовится пойти на скорую, стажируют после третьего курса именно на скорой.
Месяц летом и еще два месяца госпрактики перед выпускными экзаменами. Студенты впервые пришли на подстанцию, и все, что они видят, все, что ждет их, – это новый мир, новый опыт, новые правила.