Андрей Жвалевский – Закон сохранения кота (страница 32)
Но ничего не придумывалось.
Анатоль вернулся со съемок и застал Элину за странным занятием. Она сидела с закрытыми глазами и шептала:
– Сорок восемь… семнадцать… три и восемь десятых…
После чего быстро набирала что-то на невидимой клавиатуре.
– Э-э-э? – удивился Анатоль.
– Они сволочи и бюрократы! – сказала Элина, открывая глаза. – Садись, будешь помогать!
– Как я тебе помогу? – спросил Анатоль.
Элине пришлось объяснить. Мало того что результаты эксперимента в «специальном научном центре» ей прислали только через сутки, так еще и в закрытом формате документа.
– Оттуда ни данные скопировать, ни сам документ не переслать, – жаловалась Элина. – Ни конвертировать в другой формат. Я полдня с безопасниками переписывалась, но они же непробиваемые!
– И ты решила переписать вручную? – ужаснулся Анатоль.
– А что делать?
– И много осталось?
– Начать и кончить, – вздохнула Элина, – пошли работать.
Через три часа Анатоль понял, что в голове у него вместо мыслей – сплошные цифры. Когда Элина объявила: «Отлично, таблицу закончили!» – он рухнул на спину.
– Э! – возмутилась Элина. – Куда? Еще три!
– Завтра, – сказал Анатоль.
– Какое завтра? Я без этих данных…
Но договорить ей не дали, сгребли в охапку и засунули под мышку.
Элина затихла, а через пять секунд на ее голове уже лежал довольный урчащий кот…
Но утро все равно получилось недобрым. Элина открыла глаза, вошла в свой профиль и отшатнулась.
– Ты чего? – спросил сонный Анатоль.
– Да у меня там сорок восемь сообщений. Боюсь читать. Хвост убери! Убери хвост!
Но Чёрт как будто знал, что ничего хорошего Элина в почте не увидит, и терся вокруг, изо всех сил отвлекая внимание.
– Маму что?! – Элина все-таки выкрутилась из-под кота, прочитала сообщение и вскочила.
– Маму что? – шепотом спросил Анатоль.
– Задержал нацконтроль…
– Чего? – голос у Анатоля сорвался в писк.
Эвелина открыла новости.
«Группа подростков ворвалась в здание мэрии острова Собо во время заседания городской администрации. Они требовали обратить внимание на то, что остров до сих пор является рассадником нездорового интереса к природным аномалиям типа магии, и настоятельно рекомендовали усилить воспитательную работу с подрастающим поколением. Во время встречи у одного из подростков сработал портативный детектор, который он принес с собой. Все находящиеся в здании задержаны для более тщательной проверки. В том числе и городская администрация».
– Да фигня какая-то, – сказал Анатоль, – принесли с собой сломанный детектор.
– Да откуда у мамы в администрации маги, – пробормотала Элина, – у нее там комар не пролетит, если он до этого мага кусал. Она же сдвинута на том, что все должно быть правильно. Да в ее присутствии вся магия исчезнет от ужаса.
Анатоль вдруг замер.
– Ты чего? – напряглась Элина.
– Отец звонит, – сказал Анатоль изумленно, – странно… Он же со мной не разговаривает.
– Ответь, – приказала Элина.
Она не собиралась грубить, но почувствовала, что Себастьен что-то знает об этом странном деле. И правда. Он знал. И был предельно лаконичен.
– Мне нужен твой адрес, – сказал он Анатолю, – я уже в Номесте.
Приехал Себастьен через полчаса, он оценил и одну кровать, и дыру между квартирами. И Чёрта, который шатался туда-сюда с видом существа, повелевающего этим бренным миром. Было видно, что все это Себастьену крайне не нравится, но он промолчал.
А потом собрал все телефоны и положил их в специальную сумку. Быстрым движением заклеил свой чип и кивком головы потребовал запястья Элины и Анатоля. Они так обалдели, что молча протянули руки.
– У нас две минуты, чтобы не вызвать подозрений, – сказал Себастьен, – не будет времени повторять. Элина, запоминай. Твоя мама сейчас в госпитале, у нее проблема с сердцем.
Элина ахнула, но Себастьен махнул рукой.
– Все у нее ок, это… неважно. Твой самолет через два часа. Ты поедешь к ней и передашь ей в руки вот эту кружку. Она знает, что делать.
Элина взяла кружку-термос.
– Ты дочь, тебя пустят, – продолжил Себастьен, – больше никого. А мне там точно нельзя появляться. Кружку никому в руки не давать, если соберутся ее проверять, ври что угодно, но не давай! Но они не должны, это же больница. А ты ее дочь, ничего подозрительного. Всё, чипы освободите!
Себастьен резко отлепил покрытие от своего. Анатоль и Элина медленно повторили ту же манипуляцию.
– Я приехал в командировку, – сказал Себастьен, – но у меня есть время довезти тебя до аэропорта.
– Я полечу с ней! – сказал Анатоль.
– Нет! – отрезал Себастьен. – Чтобы духу твоего там не было! Мы с тобой в это время будем осматривать столицу.
Это было так странно и так страшно, что молодые люди застыли буквально с открытыми ртами.
– А что у мамы с сердцем? – выдавила из себя Элина.
Себастьен сделал большие глаза и показал ими на чип.
– Предынфарктное состояние, – сказал он и несколько раз мотнул головой, что значило «нет», – у нее же давно стоит стимулятор, но сейчас прибор сильно сбоит, его собираются менять.
Элина застыла. Она первый раз слышала про больное сердце мамы.
– Она не хотела тебя расстраивать, – сказал Себастьен, как бы отвечая на ее вопрос, – но твой визит для нее жизненно необходим.
Себастьен выделил слово «жизненно».
– У тебя пять минут на сборы, – сказал он.
Сначала Себастьен и Анатоль осматривали столицу из окна арендованного автомобиля. Два мрачных молчащих человека, которые смотрят прямо перед собой. Потом Себастьен чуть не въехал в бампер впереди идущего внедорожника – и въехал бы, если бы не сработал автопилот.
После этого он припарковал машину на стоянке каршеринга и они продолжили осмотр пешим порядком. С тем же мрачно-сосредоточенным видом.
Но через два квартала Анатоля остановила парочка девушек и потребовала селфи. У Анатоля не было сил отбиваться, он натянул старательную улыбку и приобнял девчонок. Но за первым селфи последовало второе. Потом подарок от хозяина магазина сувениров – и ненавязчивое приглашение заглянуть: «Вдруг что-нибудь захочется снять, так я не против!» Вырваться удалось только через четверть часа улыбок, фоток и автографов. Когда Анатоль пробился к отцу, тот смотрел на него со странным выражением.
– Чего? – настороженно спросил Анатоль.
– Завидую, – сказал папа.
– Слушай, это все ерунда… – нахмурился Анатоль, но отец его перебил.
– Я не про популярность… Просто… У тебя есть настоящее дело, ты можешь на него отвлечься…
Анатоль вдруг осознал, что челюсти у него больше не сжаты, морщины на лбу разбежались и вообще настроение не такое паршивое, как было недавно.
– Надо и мне делом заняться. – Себастьен посмотрел на часы. – А ты давай снимай, бери интервью… Работай. Займись своим делом. Это очень помогает, можешь мне поверить.