Андрей Зенин – Трансформатор (страница 34)
– А прелюбодеяние? – Ярик решил уточнить отношение человека в оранжевом ко всем заповедям, которые он смог вспомнить.
– Вот это вообще глупый запрет. Всё, что есть у человека своего – это только три вещи: его тело, душа и разум. Свободный человек не может принадлежать кому-то или кем-то владеть. А любовь – это величайшее чудо! Как можно запретить любить? – он пристально посмотрел на Алису, – вот ты любишь этого парня, – он указал на Ярослава, – а он тебя нет. Тебе, конечно, хотелось бы, чтобы и он тебя любил, но заставить его ты не можешь. А если по-настоящему любишь, то хочешь, чтобы он был счастлив. Так ведь?
– Допустим, – тихо сказала растерявшаяся Алиса.
– Когда он встретит девушку, которую полюбит всем сердцем, что ты предпочтёшь – чтобы он остался с тобой и был несчастен или был с ней, но тогда несчастной, возможно, будешь ты?
– Это абстрактные модели, не имеющие никакого обоснования. Рассуждать в теории можно о чём угодно, – вспылил Ярослав, – к реальной жизни это не имеет отношения.
– А что имеет? – попутчик начал крутить трещотку.
– Христианство повлияло на всё общество – эпоха возрождения, великие художники, музыка, театр, даже технология, здравоохранение и образование. Монастыри образовывали людей. В них прятались от набегов и хранили урожай, – разгорячился Ярослав, – да, была и инквизиция, но именно Божьи законы повлияли на светские. В заповедях сказано, что нельзя делать, а в уголовном кодексе – что за это будет.
Попутчик задумался.
– Вы любопытный собеседник! Конечно, ваше представление о влиянии христианства преувеличено и идеализировано, скорее всего вы начитались книжек, но вы дали мне повод для размышлений. Если бы христианские заповеди прижились, возможно, светские законы были бы немного другими.
До Дубны доехали в молчании. Алиса пыталась переварить, что в этом мире нет христианства. Очевидно, не возник ислам, не появилось много других религий. Это общество похоже на древнеримское – признаются любые религии и боги ровно до тех пор, пока не конфликтуют между собой. Было бы любопытно посмотреть, что в этой версии вселенной создали Рубенс, Рембрандт, Микеланджело, Бах… А ещё, очевидно, законы этого мира сильно отличаются от привычных. Как же много, оказывается, в светском обществе зависит от религии.
Домой к Ярику доехали на такси. Родители уже спали. Они легли на диван – Ярослав не хотел ещё одну ночь спать на полу. После волнений, переживаний, неприятностей и открытий этого дня Алиса с удовольствием обняла Ярослава, прижалась к нему всем телом, вдохнула его запах. Он неожиданно нежно обнял её за плечи, прижал к себе. Что это – простая физиологическая реакция или у него возникли к ней какие-то чувства? Можно было предположить, что новые миры меняют и путешественников.
Утром Ярослав первым делом позвонил Игорю Имануиловичу. Профессор недовольно, ворчливо ответил. Вообще, тот факт, что он не проигнорировал звонок опального практиканта, вселял надежду на успех переговоров.
– Игорь Имануилович, доброе утро! – начал Ярик. – Я знаю, у нас с вами много разногласий, но они все лежат в области научных споров.
– Ярослав! Спор – это дискуссия равных. Мы же с вами совсем не равны. Чего вы хотели?
– Мы попали в неприятности, – признался Ярослав, – нам надо выплатить огромную сумму очень сложному человеку.
– Это ваши проблемы. Почему вы звоните мне? Звоните в полицию, в конце концов, если это вымогательство.
– Я звонил в полицию, – признался Ярослав, – нам ответили, что это разногласия частных лиц и они вмешиваться не станут.
– Вы хотите одолжить у меня деньги? Ярослав, я не банк, я такими вещами не занимаюсь. Продайте, не знаю, компьютер, квартиру, почку, в конце концов.
– Боюсь, у нас нет времени. Нам поставили очень короткий срок и в качестве заложника забрали Максима.
ИИ задумался.
– О какой сумме идёт речь? – наконец спросил он.
– Пять миллионов.
– Ничего себе! Вы чего натворили?
– На нас повесили ремонт повреждённой в аварии машины, – признался Ярик.
– Я, честно говоря, всегда думал, что вы не водите автомобиль, равно как и ваши друзья. Или я о вас ещё чего-то не знаю?
– Нет. Не водим и автомобиля нет.
– Как же вас угораздило? – с любопытством спросил Игорь Имануилович.
– Стали свидетелями аварии и неосторожно выступили поручителями, – признался Ярослав после паузы.
– Хм. А вы времени, я смотрю, не теряете. У меня нет таких денег, – признался ИИ, – но, возможно, я смогу помочь.
Не ожидавший такого великодушия Ярослав подумал, что в этом мире ИИ гораздо отзывчивее, чем в родной вселенной.
– Кто взыскатель, можете сказать? Возможно, я смогу договориться, – продолжил Игорь Имануилович.
– Я не знаю. Нас привезли в какой-то особняк на Остоженке.
– Любопытно, – ИИ, видимо, открывал карту Москвы, чтобы сориентироваться, кто живёт на этой улице, – что помните? Особняк в начале улицы, в конце? Чуть больше деталей, юноша.
– В середине, – Ярослав зажмурился, пытаясь вспомнить детали.
– Он похож на замок, только с большими окнами, – включилась в разговор Алиса, – с башенками. А! Ещё он отделан розовой плиткой.
ИИ засопел.
– Нашёл. Это, если вы не ошиблись, особняк Кекушева. Очень неприятный господин. Я слышал о нём. Говорят даже, он исповедует христианство и приносит в жертвы младенцев.
– Какой ужас, – Алиса прикрыла рот рукой.
– Ничего такого уж ужасного, он их в абортарии берёт. Но, согласен, обряд слегка отвратительный.
– Так вы поможете нам? – задал Ярослав волновавший его вопрос.
– С ним не получится договориться, – признался ИИ, – но можете не переживать, пока срок не вышел, вашего Максима не тронут. Даже кормить будут. У них на это какая-то заповедь специальная есть.
– А если мы не отдадим деньги, не сможем собрать? – перебирал все варианты Ярослав.
– Его, скорее всего, принесут в жертву. Но хорошая новость – на органы разбирать не будут. Денег у него хватает. Он, я так понимаю, за справедливость.
– Что же нам делать? – спросила Алиса, чувствуя, как подступают слёзы бессилия.
– Приезжайте в центр, подумаем вместе, – Игорь Имануилович отключился.
В исследовательский центр Ярослава и Алису пустили без проблем. Валентина, и в этой версии преданно служившая помощницей Игоря Имануиловича, проводила их в лабораторию. ИИ уже ждал.
– Я предлагаю сделку, Ярослав, – сразу начал он. – Каким-то непостижимым образом ваш вчерашний глупый эксперимент натолкнул меня на одну идею, к которой я, безусловно, дошёл сам. Вы, конечно, сделали всё наобум, но я готов вам даже помочь при условии, что вы передадите мне все записи исследований и навсегда забудете, что их проводили.
Ярослав смотрел на ИИ. Что он задумал?
– Я посмотрел логи эксперимента, – продолжал Игорь Имануилович. – Вам удалось получить новый бозон Хиггса. Он вчетверо тяжелее открытого в ЦЕРНе и потенциально откроет новые горизонты в понимании Вселенной и тёмной материи. Антиматерии, если вам так будет понятнее. Это, очевидно, не ваша заслуга, а, скорее, стечение обстоятельств. Как известно, если десять тысяч мартышек заставить шлёпать по клавишам печатных машинок, одна случайно напишет «Гамлета».
– То есть вы считаете меня такой же мартышкой? – с некоторой обидой спросил Ярослав.
ИИ задумался.
– Я склонен так полагать. Вы даже вряд ли способны оценить сделанное.
– Вы предлагаете передать вам все наши исследования?
– Я предлагаю решить ваши проблемы в обмен на условия эксперимента.
Ярослав задумался. Прямо сейчас ему надо решить, что важнее: жизнь Максима или мировая слава и Нобелевская премия? Он был уверен, что полученные данные отнюдь не случайность, а результат кропотливых расчётов.
– Я готов пойти на сделку, – наконец решил Ярослав. Алиса с изумлением посмотрела на него.
– Отлично! – ИИ потёр руки. – Передайте параметры эксперимента, настройки синхрофазотрона, и я решу ваши проблемы в ближайшее время.
– В ближайшее – это когда?
Игорь Имануилович закатил глаза, как будто разговаривал с непонятливым ребёнком, отказывающемся поменять найденный в песочнице патрон на малиновую жвачку.
– Ярослав! Я не торгуюсь с вами. Вы забываетесь!
– Игорь Имануилович, – кажется, нашёл решение Ярик, – я готов поделиться информацией, когда Максим будет в безопасности. Стоять рядом со мной.
– Вы обнаглели, Ярослав! Вы не можете ставить мне условия! – Валентина, преданно стоявшая рядом с ИИ, успокаивающе погладила его по спине.
– Только Максим знает, с какими настройками был запущен прибор, – Ярик смотрел в глаза ИИ, – если вы хотите получить наше открытие, он должен быть рядом со мной.
Игорь Имануилович без слов развернулся, вышел из лаборатории. Ярослав и Алиса остались вдвоём.
– Я понимаю, зачем ты это сделал, – робко начала Алиса, – но ты осознаёшь, что только что, возможно, отдал величайшее открытие своей жизни? Ты никогда и никому не сможешь доказать, что это плод твоих исследований, твоего труда.