Андрей Яковлев – Оберег Экономиста (страница 2)
И вот однажды, в качестве ответа на один из запросов, Борис неожиданно получил приглашение на собеседование, и как человек пунктуальный, явился в назначенное время по указанному адресу.
****
В кабинете его встречали двое – молодой человек, сразу проявившись, как активный интервьюер, и пожилой мужчина в очках, с доброжелательной улыбкой, не сходившей с его лица на протяжении всей беседы. Их столы находились друг напротив друга, Исаев присел на предложенный стул, таким образом, оказавшись в центре, между двумя собеседниками.
– Борис Владимирович, спасибо, что откликнулись на нашу вакансию, – начал тот, что моложе, – Меня зовут Сергей Леонидович Вершинин, я являюсь заместителем директора компании «Уралакватехмет» (название предприятия вымышленное –
Нестеров в свою очередь кивнул, поправив очки, съехавшие на кончик носа.
– Уточните, пожалуйста, из каких источников Вы узнали о нашем предприятии? – поинтересовался Вершинин.
– О предприятии «Уралакватехмет» узнал из рассылки сервиса по подбору персонала.
– Хорошо. Ну, а теперь расскажите о себе.
Собравшись с мыслями, Борис стал декларировать заранее подготовленную презентацию о своём трудовом прошлом:
– После службы в армии окончил Технический университет, получил Диплом Инженера химика-технолога. Из-за крушения Советского Союза все предприятия химической отрасли перестали осуществлять производственную деятельность, мне пришлось устроиться по объявлению в коммерческую фирму. Начинал грузчиком на складе, затем трудился экспедитором. Проявил усердие, руководство оценило и предложило место торгового представителя. Таким образом, начался мой трудовой путь в продажах. В дальнейшем работал в основном руководителем среднего звена, прошёл различные дополнительные обучения. В резюме я отразил все этапы своей трудовой деятельности. Последняя моя должность – заместитель директора по развитию.
– Почему ушли?
– Когда началась пандемия, сотрудников отправили по домам, то есть «на удалёнку». Работа строилась малоэффективно, и руководство головного предприятия решило расформировать наш филиал.
– Понятно.
– С некоторых пор я лично разочаровался в продажах, активно искал другое направление. На тот момент у меня было хобби – я любил рифмовать и сочинял стихи, так вот с этого я и исходил, пытаясь найти себя в данной среде.
– Ну и как?
– Обращался в Союз писателей, где мне сразу дали понять, что «ловить» у них нечего, поскольку субсидирования от государства не хватает даже для поддержки творчества постоянных членов писательского сообщества. Направлял тексты своих стихов на различные конкурсы и площадки, но там безрезультатно. Потом я пришёл к выводу, что в творчество дорога мне тоже закрыта, а главное у меня не было желания «стучаться во все двери». Да и со своим хобби решил пока притормозить.
– Это почему же?
– Во-первых, слишком много эмоциональных затрат, это отнимает время, силы и здоровье, во-вторых, мой талант, помимо близких людей, никому не интересен. С недавних пор я тороплюсь жить, есть более важные дела, которые тоже надо успеть «разрулить», и как-то знаете не до стихов. Разве что придёт вдохновение, тогда, конечно, можно и порифмовать. Если финансовые возможности позволят, буду продолжать тиражировать ранее изданные книги и дарить их на память хорошим людям. Мне просто нравится это делать.
– Ясно.
– Когда я понял, что продвинуть своё творчество не получится, решил полностью «переформатировать» себя – в Центре занятости напросился на курсы Операторов станков с ЧПУ. Расчёт был достаточно простым – сначала поработать на станке, затем стать мастером, начальником цеха, и там дальше уже двигаться по карьерной лестнице. У меня возникла идея – вернуть себе звание Инженера, полученное после обучения в ВУЗе.
– Смело! – заметил Сергей Леонидович. – Иногда, чтобы сделать карьеру, стоит зайти к своей мечте «с чёрного входа», например, временно поработать на не престижных должностях.
– Пожалуй, да. В то время я ощущал себя человеком, загнанным в угол. Предложения по работе отсутствовали, долги росли, надо было как-то действовать. В продажах меня уже никто не ждал, поэтому и хотел попасть хотя бы рабочим на предприятие.
– Так теперь «продажники» особо-то и не нужны, поскольку с началом СВО, европейцы и японцы покинули российский рынок, дистрибьюторские фирмы потеряли свою актуальность, сейчас необходимо своё российское развивать, что потребует немалых усилий и времени.
– Ну да.
– Именно поэтому, Борис Владимирович, за рабочей вакансией Вы обратились к нам? – наконец, вступил в беседу Нестеров, всем своим видом показывая абсурдность Бориной идеи.
– Да, – вздохнул Исаев.
– В армии, где служили?
– В Туркестанском военном округе. Присягу принял в Туркмении, потом закинули в Афганистан, там служил до вывода войск.
– В Афганистане? Стрелять, значит, умеете?
– Приходилось.
– Ну, ну…
Нестеров сделал паузу, возможно, обдумывая, как строить дальнейшую беседу, затем сказал:
– Короче говоря, на производство я Вас не возьму, Вы не потянете, да и станков с ЧПУ у нас нет.
– Зачем тогда меня пригласили?
– А пригласили мы Вас, чтобы предложить офисную работу, но об этом Вам расскажет Сергей Леонидович.
– Да, безусловно, – вновь подключился к разговору Вершинин. – Я обратил внимание в резюме на Ваш опыт работы на парфюмерной фабрике в качестве экономиста отдела сбыта. Расскажите подробнее.
– На фабрике действовала жёсткая командная система управления. Все трудились в рамках регламентов, расписанных в должностных инструкциях. Лично мне привыкнуть к таким порядкам было не сложно, поскольку я служил в армии. Приходилось наблюдать, как молодых коллег «ломали через колено», многие просто не выдерживали нагрузки и уходили. Заработки были приличные, хотя за любую провинность можно было «схлопотать» большой штраф. Экономист консультировал заказчиков по ассортименту изготавливаемой на фабрике продукции, занимался расчётами контейнерных поставок, а также деловой перепиской и отслеживанием условий договоров. Для материального стимулирования существовала практика проведения ежегодных аттестаций, в случае подтверждения работником идеальных знаний, заработная плата увеличивалась на тридцать процентов, в противном случае – увольнение по несоответствию с занимаемой должностью – таковы были правила. Предприятие и сейчас существует под иностранным брендом, но сохранились ли прежние порядки, не знаю.
– У нас на предприятии есть несколько работников, прошедших эту школу.
– Школа действительно хорошая. До сих пор использую некоторые наработки в своей трудовой деятельности. Например, нормы трудовой дисциплины.
– Если на фабрике Вам всё так нравилось, почему Вы не остались трудиться дальше? – не без доли ехидства, спросил Георгий Геннадьевич. – Не сдали аттестацию?
– Все назначенные аттестации я сдал. Но после введения новой компьютерной программы расчёта товарного запаса на складах заказчиков, необходимость в должности экономиста по сбыту автоматически отпала, и я попал под сокращение.
– Борис Владимирович, теперь поговорим о нашем предприятии, – после небольшой паузы продолжил Вершинин. – «Уралакватехмет» занимается выпуском оборудования для обработки поверхности металла. Я осуществляю администрирование процессов работы с заказчиками, начиная от заключения контракта, производства оборудования, доставки к месту назначения и гарантийного обслуживания, заканчивая поставками комплектующих в процессе эксплуатации агрегатов. В связи с началом СВО, количество заказов, в том числе от предприятий оборонной отрасли, значительно возросло. Действовать малыми силами становится всё трудней. И волей не волей, приходится задумываться о помощнике, с целью передачи ряда направлений. Прежде всего, хотелось бы передать договорную работу, особенно по незначительным заказчикам, где важно всегда быть на связи, поставки запчастей и прочее, а также деловую переписку, которая отнимает немало времени. Должность вводится впервые, можем её назвать, например, инженер-экономист. Как Вам такое название?
– Вполне себе, хорошо звучит, – оживился Исаев.
– Вот и чу́дно. Зарплата и мотивация – это вопрос Георгия Геннадьевича.
– По зарплате, где у меня тут…, – открывая свои записи, засуетился Нестеров. – А вот, нашёл. На испытательном сроке, который длится шесть месяцев…
– Шесть? – удивился Борис. – Надо же! Обычно месяца три…
– У нас испытательный срок составляет шесть месяцев, – напрягся Нестеров.
В тот момент улыбку на лице директора заменила неприятная гримаса, глаза сверкнули из-под очков «злым огоньком», заставив Исаева слегка поёжится от неожиданной перемены.
– Так вот, на испытательном сроке зарплата будет пятьдесят тысяч рублей. По истечении полугода подводим итоги Вашей деятельности, если нас всё устраивает, зарплату увеличиваем на пять тысяч. Последующие аттестации мы проводим раз в три месяца, при положительном исходе, добавляем к окладу ещё по пять тысяч рублей. Но в данном случае существует «потолок» возможности предприятия. Увеличение может происходить лишь до суммы семьдесят тысяч – это наш максимум. Всё ли Вам понятно?