Андрей Вышинский – Вопросы международного права и международной политики (страница 98)
Без включения в Декларацию прав человека положения о праве каждой нации, каждого народа на национальное самоопределение Декларация не может отвечать своему назначению. Без указания на то, что «государства, – как говорится в предложении делегации СССР, – несущие ответственность за управление несамоуправляющимися территориями, в том числе колониями, должны способствовать осуществлению этого права, руководствуясь принципами и целями Объединенных Наций в отношении народов этих территорий», – Декларация была бы далеко не полной и далеко не удовлетворительной. Без принятия такого предложения не может иметь достаточного значения статья 3 проекта, которую мы предлагаем включить в проект Декларации в новой нашей редакции в качестве третьего пункта этой статьи, но в исправленном виде.
Статья 20 проекта Декларации также неудовлетворительна. Я говорил уже об этом, указывая на дефекты этой статьи. Главный дефект – это то, что под флагом неограниченной свободы слова и печати, свободы без всяких ограничений, протаскивается возможность пропаганды фашистских «идей». Эта тенденция и, вместе с тем, серьезнейшая опасность, связанная с пропагандой человеконенавистнических взглядов и «теорий» фашизма, была вчера здесь продемонстрирована английским делегатом Дэвисом. В своем выступлении английский делегат допустил грубые клеветнические выпады против СССР. Это была смесь клеветы и глупых вымыслов. Он следовал известному иезуитскому методу: «клевещите, клевещите, может быть что-нибудь останется». Мы уверены, что от такой клеветы, в которой изощрялся здесь представитель английской делегации, ничего не может остаться, кроме смрада. Ниже нашего достоинства было бы отвечать или вступать в споры с клеветниками. Дело к тому же не в них.
Английская делегация исходит в критике наших предложений из того, что советские поправки были отклонены потому, что они ограничивают свободу. Но мы говорили отчетливо и ясно, что мы требуем только ограничения свободы фашистской пропаганды и фашистской деятельности, и поэтому незачем подменять одно наше утверждение другим. Мы не требуем ограничения пропаганды и деятельности разных общественных организаций для кого бы то ни было, кроме фашистских организаций. Пропаганда фашизма – это преступление. Но если говорить, что ограничение фашистской пропаганды недопустимо с точки зрения принципов свободы, то в таком случае можно было бы то же самое сказать относительно законов, ограничивающих деятельность любых преступников – убийц, грабителей, воров, насильников, мошенников и т. п. В таком случае надо было бы провозгласить неприкосновенность убийц, грабителей и других уголовных преступников, признав неограниченную свободу их деятельности и полную их безнаказанность. Но если так уж начать рассуждать, то, мне кажется, законно должен возникнуть вопрос, не таково ли состояние оратора, который заводит такие разговоры, что необходимо, пожалуй, обратиться скорее всего к содействию психиатра…
Делегация СССР предлагает статью 20-ю проекта заменить текстом в следующей редакции:
«Неотъемлемым правом каждого человека является свободное выражение и распространение демократических взглядов и идей, защита демократических порядков и демократических государственных и общественных институтов, борьба против фашизма в области идеологии, политики, государственной и общественной жизни».
Такая статья вполне соответствовала бы задаче создать Декларацию прав человека, отвечающую требованиям борьбы за принципы демократии и прогресса, против фашизма и мракобесия, против реакции и агрессии, злоупотребления правом и свободой для разжигания человеконенавистничества, для подстрекательства к новым войнам. Такая статья морально укрепит передовые силы всюду, где ведется борьба за принципы демократии, мира, прогресса и международного сотрудничества.
Советская делегация также предлагает статью 22 проекта заменить текстом такого содержания, который говорил бы о том, что «каждый гражданин любого государства, независимо от расы и цвета кожи, национальности, сословия, имущественного положения, социального происхождения, языка, религии или пола должен иметь право на участие в управлении государством».
Мы предлагаем сказать в статье 22-й о том, что каждый человек имеет право избирать и быть избранным во все органы власти на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права с тайной подачей голосов, а также иметь равную с другими гражданами возможность занятия любой государственной и общественной должности в своей стране. В нынешней статье 22 проекта эти вопросы не нашли должного отражения. Недостаточно сказать о праве каждого человека принимать участие в управлении своей страной или государством. Надо сказать, что каждый гражданин любого государства имеет право на участие в управлении государством; надо сказать, что он имеет право избирать и быть избранным во все органы власти и не только на основе всеобщего, равного и тайного избирательного права, но и на основе прямого избирательного права.
Надо сказать, что каждый гражданин любого государства должен иметь равную с другими гражданами возможность на занятие любой государственной общественной должности в своей стране. Ничего этого нет в статье 22 проекта. Предложение делегации СССР говорит также о несовместимости с указанным выше принципом установления имущественного, образовательного или иных цензов, которые ограничивают участие граждан любого государства при выборах в представительные органы. В статье 22 проекта Декларации прав человека третьего комитета отсутствует указание на эти важные гарантии демократического избирательного права. При наличии указанных выше недостатков делегация СССР не может присоединиться к проекту Декларации.
Делегация СССР предлагает, кроме того, после статьи 30 проекта Декларации прав человека, включить новую статью следующего содержания:
«Перечисленные в настоящей Деклараций права и основные свободы человека и гражданина обеспечиваются законами государств. Всякие нарушения и ограничения этих прав, прямые или косвенные, являются нарушением настоящей Декларации и несовместимы с высокими принципами, провозглашенными в Уставе Организации Объединенных Наций».
Почему нельзя принять этой статьи? Почему возникают препятствия тогда, когда мы ставим вопрос о том, чтобы записать в Декларацию прав такую статью? Эта статья говорит сама за себя, она призывает обеспечить законами государства права и основные свободы человека и гражданина; она провозглашает нарушением настоящей Декларации всякие нарушения и ограничения прав, прямые или косвенные; она признает такие нарушения несовместимыми с высокими принципами, провозглашенными в Уставе Организации Объединенных Наций. Почему это нельзя сказать? Почему нельзя принять такую статью, которая совершенно соответствует духу и принципам, выраженным в Уставе Организации Объединенных Наций?
Таковы постановления важнейшего принципиального значения, которые должны быть включены в Декларацию прав человека, чтобы она могла удовлетворять стремлениям миллионов и миллионов простых людей, стремлениям всех миролюбивых народов в установлении и в укреплении основных свобод и прав человека, демократии и прогресса, мира и безопасности народов.
Без поправок делегации СССР, которые были мною оглашены, проект Декларации прав человека, по нашему глубокому убеждению, останется недоработанным, неудовлетворительным. При таких двух недостатках Декларация прав не достигнет, не может, не в состоянии достигнуть той цели, которой призван служить этот документ в соответствии с теми правильно понятыми требованиями, которые должны предъявляться к подобному документу, исходящему от Организации Объединенных Наций.
Позвольте мне пять остающихся минут употребить на один вопрос, который возник в процессе прений, который, как мне кажется, имеет далеко не теоретический характер, хотя он подавался в теоретическом плане. Это вопрос о той тенденции, к которой стремится якобы советская делегация, внося свои предложения.
Об этом говорили в таком смысле, что Советский Союз стремится к подчинению человеческой личности государству, к тому, чтобы государство тяготело над личностью человека и чтобы человек был превращен в простой винтик всемогущего государства, пожалуй, чего-то вроде «Левиафана» Гоббса.
Но это, конечно, пустые разговоры, свидетельствующие о том, что авторы этих рассуждений не отдали себе достаточно ясного отчета в том, что они излагают, и не проконтролировали в достаточной мере смысл того, что они позволяли себе говорить в отношении Советского Союза.
Они забывают, очевидно, что противоречия между государством и личностью это факт, который существует в истории со времени, когда появились в обществе антагонистические классы* Где общество разделено на классы, там господствующие классы держат в своих руках аппарат господства, орудие власти, которым и является государство, В таких обществах государство, являющееся орудием господства классов, противоположно по своим целям и защищаемым им интересам остальным классам, составляющим основную массу населения. Здесь государство стремится к господству над личностью, над человеком, интересы которого сталкиваются с интересами государства.