Андрей Вышинский – Вопросы международного права и международной политики (страница 41)

В этом же докладе Эдди приводится сообщение о некоем греческом генерале Спилиотопулосе, о котором говорится следую* шее: «Генерал Спилиотопулос, начальник жандармерии штаба тогдашнего греческого правительства, – пишет Эдди, – считает, что ЭЛАС надо ликвидировать, даже если это повредит делу союзников в Греции». Надо ликвидировать ЭЛАС, т. е. организа-цию греческих патриотов, боровшихся против немецких оккупантов, если даже это повредит делу освобождения Греции. «Генерал Спилиотопулос, – пишет Эдди, – находит, что лучше отсрочить на 6 месяцев или даже на год освобождение Греции, чем до-пустить, чтобы страна оказалась под властью ЭАМ».

Пипинелису следовало бы вспомнить об этом документе, который разоблачает позицию английских и греческих властей в Греции в разгар борьбы против немцев, властей, которые готовы были даже пожертвовать успехом борьбы против гитлеровских оккупантов во имя той задачи, которую они считали превыше всего, – именно задачи ликвидации греческого народно-освободительного движения. Этот документ проливает достаточный свет также и на вопрос об англо-американском вмешательстве в греческие дела, о чем здесь также говорил Пипинелис. Пипинелис и здесь извращает и фальсифицирует факты, изображая дело так, будто бы англо-американские наблюдатели и вооруженные отряды прибыли в Грецию по просьбе греческого правительства, в которое входила и крайне левая партия, в том числе и Порфирогенис. Вот если бы вы имели смелость удовлетворить ходатайство, кажется, чехословацкой делегации, попросить сюда Порфирогениса и предъявить ему это обвинение, когда он находился бы здесь, то вы, конечно, получили бы тогда совершенно заслуженный вами урок. Но вы боялись этого, господа, и поэтому вы постарались не допустить сюда Порфирогениса, чтобы ему в спину бросить грязный ком обвинения и клеветы. Но здесь имеются люди, которые сумеют защитить честь каждого честного человека.

Вот у меня имеется это Казертское соглашение. Вот пункт этого коммюнике: «Командующий войсками в Греции разъяснил, что его целью является восстановление законности и порядка в Греции, впредь до того, как освобождение страны позволит греческому правительству взять на себя руководство жизнью, а также следить за распределением помощи населению». Этот пункт был изъят ввиду того, что представители отрядов национального сопротивления обратили внимание на то, что восстановление законности и порядка являлось вопросом чисто внутренней жизни страны и исключительной компетенции греческого правительства. Вот вам коммюнике, которое подтверждает, какова была роль в этом деле так называемых левых греческих партий ЭЛАС и ЭАМ, а следовательно, и самого Порфирогениса. А разве в самом Ка-зертском соглашении не имеются следующие пункты? – Договорились, что все отряды андартес (партизан), действующие в Греции, поступают под командование греческого правительства национального единства. Дальше указывается, что генерал Сара-фис будет продолжать руководить операциями в остальных частях Греции, за исключением районов Аттики, Пелопонесса и Фракии. Договорились, что обе группы войск, т. е., с одной стороны, эла-совские войска под командой Сарафиса и, с другой стороны, войска под командованием генерала Зерваса а) будут затруднять отступление немцев, пытаясь нейтрализовать немецкие гарнизоны; б) в то же время по мере освобождения части территории эти военноначальники будут ответственны перед командующим за поддержание законности и порядка на территориях, где их войска ведут боевые действия.

Разве эти документы, что я сейчас огласил, недостаточны для того, чтобы заклеймить клеветника, пытавшегося здесь оклеветать ЭЛАС и ЭАМ, изобразив их как пособников гитлеровских оккупантов? Да, господа, есть хорошая русская поговорка: ложь имеет короткие ноги. И мы видим, что не прошло и двух дней, как ложь Пипинелиса публично разоблачена. Пусть он попытается опровергнуть те факты, которые я здесь только-что огласил.

Это, впрочем, не единственный случай грубого извращения фактов. Пипинелис, пытаясь оправдать террористический режим своего правительства, сослался на то, что в Болгарии тоже существуют «почти подобные законы». Он имел в виду, конечно, «Закон о защите народной власти*, который действительно был принят в Болгарии не в 1946 г., как сказал об этом Пипинелис, – это имеет серьезное значение, – а в начале 1945 г., и был принят в результате того, что в 1944 г. Болгарией было подписано соглашение о перемирии с тремя другими правительствами, в силу которого болгарское правительство обязано было принять все необходимые меры для того, чтобы не допустить восстановления и деятельности фашистских организаций. Вот против этих фашистских организаций и был принят болгарским Народным собранием «Закон о защите народной власти», закон, который прямо вытекал из обязательства, которое Болгария приняла на себя по договору с тремя державами-победительницами. Сами поставили Болгарию перед необходимостью издать такие законы для того, чтобы бороться с фашистами, а теперь этим же колют глаза.

Но Пипинелис умолчал о другом немаловажном обстоятельстве: этот закон в Болгарии не существует в настоящее время.

Или он не знал, либо он знал, но сознательно фальсифицировал факты. Этот закон был отменен в апреле 1948 г. в силу того, что отпали причины, вызвавшие необходимость его издания. В это время болгарским Народным собранием был пересмотрен болгарский уголовный кодекс таким образом, что статьи о государственной измене предусматривали уже не высшую меру, не смертную казнь, а заключение в тюрьму на определенные сроки.

Наконец, нужно отметить и еще попытку Пипинелиса прибегнуть для подтверждения своей неправильной позиции к прямой фальсификации. И в другом случае он старался прикрыть тот факт, что Парижская мирная конференция отвергла домогательства правительства Цалдариса в отношении Северного Эпира и не стала обсуждать такие вздорные претензии в отношении Албании и Болгарии.

Пипинелис заявил, что мирная конференция указала, что претензии подлежат рассмотрению другого международного органа и, в частности, Совета министров иностранных дел, и в подтверждение этого он сослался на заявление Министра Иностранных Дел СССР В. М. Молотова. В этом заявлении, о котором говорит Пипинелис, извращая его смысл, В. М. Молотов говорил о решении Постдамской конференции о создании Совета министров иностранных дел и, цитируя ту часть постановления, которая говорит о задачах Совета, указал на то, что на него возлагается также «выработка предложений по урегулированию неразрешенных территориальных вопросов, встающих в связи с окончанием войны в Европе».

Нет необходимости тратить много времени для того, чтобы была ясна допущенная Пипинелисом передержка. В Постдамских решениях говорится о том, что Совет министров иностранных дел призван урегулировать неразрешенные территориальные вопросы, встающие в связи с окончанием войны в Европе. Но разве вопрос о Северном Эпире относится к таким вопросам? Разве не известно, что албано-греческая граница была установлена в 1913 году и что, таким образом, уже 35 лет тому назад был решен вопрос о Северном Эпире и что, следовательно, этот вопрос никак нельзя причислять к категории тех, которые остались нерешенными в результате окончания войны в Европе. А что касается отношения Советского Союза, Советского правительства к такого рода домогательствам правительства Цалдариса и его агентов, то В. М. Молотов в августе 1946 г. в Париже на Мирной конференции сказал буквально следующее: «Албания не является бывшим сателлитом Германии, она не относится к числу бывших вражеских государств. Сколько бы греческая делегация ни говорила здесь о том, что Греция до сих пор находится в состоянии войны с Албанией, это остается необоснованным и несолидным заявлением. Это придумано для того, чтобы угрожать маленькой Албании и оправдывать захватнические планы греческих правителей. Если же мы пойдем по пути поддержки захватнических претензий сегодняшних греческих правителей, то конференция тогда покатится по неправильному пути».

Вот что говорил советский министр иностранных дел В. М. Молотов и вот как передернул его слова греческий делегат Пипинелис. Отвергая агрессивный характер греческих домогательств в отношении Северного Эпира, Пипинелис заявил, что эти претензии аналогичны тем, на которых основывалась Польша, расширяя свои границы до Нейсе и Эльбы, а Чехословакия предъявила некоторые территориальные претензии к своим соседям. Но для такой аналогии нет никаких оснований. И Польша, и Чехословакия предъявляли свои претензии к вражеским государствам. И это тем более, что удовлетворение греческих претензий на Северный Эпир выдвигается греческим правительством как предварительное условие восстановления дипломатических отношений между Грецией и Албанией. Это одно обстоятельство уже исключает возможность какой бы то ни было аналогии, к которой в данном случае пытается прибегнуть греческий делегат.

Наконец, последний вопрос, который затронут здесь и о котором так широковещательно распространялся Пипинелис. Это – о свободе выборов в Греции. Я не считаю необходимым вступать в дискуссию по этому вопросу, потому что это слишком ясный вопрос, но я должен, чтобы восстановить истину, напомнить некоторые мелкие факты. Во-первых, напомнить два заявления, которые были сделаны в 1946 году в Греции. Одно заявление принадлежит премьер-министру Софулису, другое заявление принадлежит двум его заместителям – Кафандарису и Цудеросу.