Андрей Вышинский – Вопросы международного права и международной политики (страница 135)

Значит, английский закон допускает осуждение и в случае, когда не установлено, что он совершил преступление – лишь бы было установлено, что «свойства его характера заключают в себе угрозу и опасность интересам государства». Зачем же венгерскому законодательству и венгерскому министерству юстиции приписывать то, что принадлежит английскому законодательству и английским министрам?

Ничего не стоит, я думаю, после всего сказанного, лицемерный плач британского Иеремии на реках вавилонских.

Наконец, несколько слов о печати.

Г-н Шоукросс недоволен положением печати, свободой изданий и прессы в странах народной демократии, так как, по его словам, там не дают свободному человеку и независимым газетам говорить то, что думают. Он вспомнил при этом известное изречение Вольтера. Я бы попросил г. Шоукросса лучше вспомнить свое собственное изречение. Это было, кажется, в 1946 г., когда г. Шоукросс предложил, чтобы каждая газета Англии поместила на первой странице следующее объявление:

«… Газета принадлежит лорду такому-то. Целью этой газеты является извлечение экономических выгод и выражение личных мнений, которых его лордство соблаговолит придерживаться время от времени. Нет никакой гарантии, – это писал г. Шоукросс, – в том, что факты, о которых сообщается в газете, соответствуют действительности. Они могут быть всем, чем угодно – только не правдой».

Далее г-н Шоукросс заявил:

«Я осуждаю то, что фактически происходит сейчас в значительной части консервативной печати, – специальный отбор и неправильное освещение фактов, чтобы удовлетворить общественное мнение, и выражение определенного мнения, замаскированного под факты. Я считаю, что эти вещи серьезно тормозят работу нашего демократического правительственного механизма. Для современной демократии необходимо, чтобы она основывалась на информированном общественном мнении, а наличие информированного общественного мнения зависит не только от существования свободной прессы (я бы сказал, так называемой свободной прессы), но также от существования объективной и честной прессы». Вот что говорил господин Шоукросс три года тому назад. Тогда он любил появляться здесь с красным платочком в левом карманчике. Теперь этого платочка уже не видно.

Законы о печати в Болгарии, Венгрии и Румынии положили конец использованию органов печати в капиталистических интересах частных владельцев, в узко групповых антинародных интересах. Эти законы обеспечивают органам печати возможность осуществлять свое высокое призвание общественного служения. Они направлены на осуществление действительной свободы печати, которая может быть обеспечена лишь в том случае, если печать свободна от давления и диктата частных издательских монополий, трестов и синдикатов, если она направлена на обеспечение каждому в интересах демократии права свободного выражения мнений, в частности свободы слова и печати, при условии, что свободы слова и печати не будут использованы для пропаганды войны, возбуждения вражды между народами, расовой дискриминации, для распространения клеветнических слухов. Они, эти законы, свидетельствуют о большом шаге вперед в странах народнои демократии в важном деле организации печати в этих странах, призванной служить интересам народа, быть могущественным фактором прогресса и укрепления демократии. Издавая такие законы, правительства стран народной демократии действуют в полном соответствии с принципами демократии, с принципами Организации Объединенных Наций, с обязательствами, которые они приняли на себя по мирным договорам.

Так обстоит дело. Мы шаг за шагом пытались проанализировать выступления некоторых делегатов, выдвинувших против Болгарии, Венгрии и Румынии тяжелые, но несправедливые клеветнические обвинения. Каковы же выводы? Что осталось от этих обвинений?

Обвинения в гонении на религию пали, ибо нет для этих обвинений никаких оснований.

Обвинения в нарушении прав человека и основных свобод пали, ибо они основаны на ложной и недобросовестной информации, на извращенном изображении действительности.

Обвинения в нарушении мирных договоров пали, ибо доказано совершенно противоположное – добросовестное, полное и скрупулезное выполнение Болгарией, Венгрией и Румынией принятых ими на себя обязательств по мирным договорам.

Все эти обвинения пали и не могли не пасть, ибо они ложны, а у лжи, как известно, короткие ноги, говорит пословица.

Зато несомненно доказано одно – упорное стремление реакционных кругов США и Англии втянуть Организацию Объединенных Наций в эту враждебную странам народной демократии кампанию, использовать Организацию Объединенных Наций в качестве орудия своей политики давления на другие страны, политики вмешательства в их внутренние дела, чтобы заставить их свернуть с пути дальнейшего развития и укрепления демократии и социализма, чтобы попытаться подчинить их своему влиянию, не стесняясь ни в методах, ни в средствах.

Делегация Советского Союза уверена, что Организация Объединенных Наций не пойдет, не может пойти по этому пути, не может позволить нарушать Устав, не может позволить фабриковать клеветнические обвинения, глумиться над демократией, прикрываясь именем демократии.

Делегация Советского Союза призывает Специальный политический комитет отклонить проект резолюции Канады, Боливии и США, как противоречащий принципам Устава ООН, как содержащий клеветнические и лживые выпады против народов трех демократических государств, строящих свое народно-демократическое общество.

ПРОТИВ КЛЕВЕТЫ И ФАЛЬСИФИКАЦИИ

Вторая речь на заседании 11 октября 1949 года

Я, разумеется, должен буду ограничить свое выступление самым необходимым, отказавшись от возражений по целому ряду вопросов, с которыми Советская делегация не согласна, но которые представляются такими, что на них едва ли следует тратить время.

Я остановлюсь раньше всего на речи г. Шоукросса. Меня поразила его речь не только теми неправильными выводами, которые он сделал, но его попыткой отказаться от некоторых своих заявлений, которые были им сделаны на предыдущих заседаниях. Например, г. Шоукросс в заседании несколько дней тому назад говорил о том, что в странах народной демократии только те политические процессы проводятся гласно, на которых обвиняемые признаются в своей вине. Сегодня он это отрицал. Он сегодня пытался изобразить это таким образом, будто бы он говорил, что бывают такие случаи, что политические* процессы проводятся в этих странах только тогда, когда обвиняемые сознаются в своей вине. Но вот английский текст его предыдущей речи, в котором значится буквально следующее:

«В самом деле, по политическим делам они (т. е. обвиняемые) никогда не привлекаются к суду, если еще до суда они не признают своей вины».

Здесь нет ни одного слова о том, что это «в большинстве случаев», или «как правило», или «иногда». Здесь содержится категорическое, прокурорское обвинение, точное, лаконичное, определенное.

В этой же самой речи Шоукросса на той же странице говорится следующее:

«Разве не странно, что в каждом показательном политическом процессе в этих странах обвиняемый так охотно признает свою вину».

Здесь тоже категорическое, ясное, точное, краткое заявление, в котором говорится, что в восточных странах, в странах народной демократии только тогда политический процесс проводится открыто, когда обвиняемые до суда признаются в своей вине.

Г. Шоукросс далее коснулся Советского Союза, в частности тех судебных процессов, о которых он прямо не сказал, но достаточно ясно намекнул, подчеркнув, что «Вышинский знает, о чем я говорю». Конечно, ясно, на что намекал г. Шоукросс, тем более, что он повторяет клеветнический вздор, который преподносили почти 20 лет тому назад господа вроде Ванситтарта, Рэнси-мена, майора Хилса, клеветавших по поводу судебных процессов, которые проходили с моим участием. И сегодня г. Шоукросс не удержался, говоря мягко, сказать неправду. Он сказал, что в процессе по обвинению Бухарина и Крестинского пришлось, якобы, прервать заседание, чтобы обработать обвиняемых и вновь вывести их на суд. Это – чистая выдумка. Ничего подобного не было, как вообще не было ни одного нарушения правил ведения судебного процесса, правил судебного производства.

Хотя, мне кажется, Комитет не должны интересовать личные вопросы, тем не менее, мне придется коснуться фактической стороны дела, раз г. Шоукросс не постеснялся здесь говорить об этом.

Я не буду говорить, что было на процессе – пусть другие ска* жут. Пусть скажут те, кто просидел на этом процессе от начала до конца, как например, тогдашний посол США в Советском Союзе г. Дэвис, который написал книгу под названием «Моя миссия в Москву». Вот, что он писал в этой книге об этих судебных процессах. Я приведу из этой книги несколько строк.

Вот, что можно прочесть в книге Дэвиса, которую я сейчас достал в библиотеке Организации Объединенных Наций:

«Я пришел к выводу, ежедневно наблюдая свидетелей, то, как они давали показания, невольные подтверждения и факты, возникавшие в ходе процесса, вместе с другими обстоятельствами, которые суд мог принять к сведению, – что в том, что касается политических подсудимых, (и это говорилось как раз по делу Бухарина и Крестинского, о которых здесь счел нужным напомнить г. Шоукросс) на основании доказательств и вне всякого сомнения были установлены достаточные преступления против советского закона, указанные в обвинительном заключении, чтобы оправдать приговор о виновности в предательстве и наложение наказания, предусмотренного советским уголовным кодексом. Среди тех дипломатов, которые наиболее регулярно посещали процесс, господствовало мнение, что в ходе этого дела был установлен тот факт, что существовала серьезная политическая оппозиция и чрезвычайно серьезный заговор, который объяснил дипломатам многое из тех происходивших за последние 6 месяцев в Советском Союзе событий, которые ранее не находили объяснения».