Андрей Волковский – #КаталогНечистойСилы2 (страница 4)

— Все готовы? — спрашивает Дина.

Лисс беззаботно кивает, Таня шепчет «да», я говорю: «Готов».

— Тогда начинаем, — командует сестра. — Таня, не выходи из круга. Чтобы ни сказала Дама, чтобы она ни сделала — не выходи. Внутри ты в безопасности. Поняла?

Девочка кивает, крепче сжимая подушку, потом тихо говорит:

— А можно Лисс со мной постоит? Мне очень страшно.

— Без проблем, если так можно, — тут же отвечает приятель.

Дина разрешает, и Лисс аккуратно перешагивает, почти перепрыгивает через три круга у кресла и встаёт рядом с Таней. Протягивает ей руку, и девчонка вцепляется в неё изо всех сил.

— Костя сдёргивает наволочку. Как только Таня отразится в зеркале, придёт Пиковая Дама. Выйти из зеркала она не сможет, а вот говорить — вполне. На всякий случай ни на что не соглашайтесь и ничего не обещайте.

— Погоди, Дин! — подаёт голос Лисс. — А бывало такое, чтоб она отступала от выбранных жертв?

— Да, если верить бабулиным записям, — кивает Дина. — Но очень редко и не ясно, по каким причинам.

— Но значит, это в принципе возможно, — подмечает Лисс. — Всё, больше вопросов нет.

— Тогда, начинаем, — возвещает Дина. — Костя, давай!

И я сдёргиваю ткань.

Снова Вединовск. Без камеры (продолжение и окончание)

Откидываю наволочку, стараясь не задеть свечи и не испортить круги. В первую секунду не происходит ничего, а затем огоньки свечей начинают дрожать, будто кто-то огромный попытался задуть их все разом. В комнате вмиг становится холодно, как на зимней улице. Я вижу, как выдохи Лисса, Дины и Тани становятся облаками пара. Зеркало покрывается инеем, и я тщетно пытаюсь разглядеть, есть ли кто-то там, за тонкой холодной корочкой.

Есть. Точно есть.

Кто-то стирает иней изнутри зеркала — и вскоре мы видим лицо, шею и плечи темноволосой женщины в густой чёрной вуали. У той, что посетила нас, бледная кожа, изящной формы нос, красиво очерченные усмехающиеся алые губы и обжигающий взгляд невидных за тканью глаз.

— Вот ты где, Танечка! — бархатным нежным голосом говорит Пиковая дама. — И не одна. Давай-ка посмотрим, кто с тобой.

Она медленно просачивается сквозь зеркало в комнату. Не должна этого делать, но делает. Почему-то я совсем не удивлён.

У Пиковой Дамы высокая грудь, узкая талия и роскошное чёрное платье, сшитое из ночной темноты и тумана.

Она поворачивает голову от меня к Лиссу, потом к Дине.

— О, спасибо тебе, милое дитя! — голос Дамы становится глубже, нежнее и опаснее. — Это то, что нужно.

— Я тебе не дитя! — кричит Таня и хочет вскочить, но Лисс удерживает её в кресле. — Уходи отсюда, мерзкая тварь! Уходи! Ты убила Олю!

— Так положено, милая, ничего не могу с этим поделать, — качает головой Дама, не переставая усмехаться. — Я должна забрать того, кто меня вызвал, если он не приготовил жертву. А твоя Оля ничего не приготовила. Глупая детка.

— А что ещё положено? — напряжённо спрашивает Дина.

— Мне положено собрать полный двор: три тройки и одну двойку, — любезно отвечает Дама.

От её интонаций холод, сковывающий меня, добирается почти до самого сердца.

— Я как раз не могла найти червонную даму, — добавляет существо, нацеливая указательный палец на Дину. — И ты мне отлично подходишь, дорогая!

Сестра вздрагивает и прижимает руку к груди.

Ярость обжигает меня, пробивая ледяной панцирь страха.

— Не смей её трогать! — рычу я.

Голова с замотанными вуалью глазами поворачивается ко мне.

— Ты тоже мне пригодишься, дорогой! Мне самой ты, конечно, не пара, но… — Дама переводит невидимый взгляд на Таню. — Этой милой малышке не хватает короля и валета. И если валета я с трудом, но всё же отыскала…

Дама делает паузу и царственно поводит левой рукой, указывая на зеркало, из которого вышла. Зеркало отражает незнакомого мне парнишку, который, улыбаясь, смотрит куда-то вдаль. У него светло-рыжие волосы, голубые глаза и добрая улыбка. Отражение чуть искажённое снизу вверх, волосы парнишки развеваются, а вокруг мелькают деревья и фонарные столбы.

— Дюша! — вскрикивает Таня.

— Ему я уже поставила метку, — заявляет Дама, снова появляясь в зеркале. — А вот короля у бубновой дамы нет. Ни отца, ни дедушки, ни любимого учителя. А к будущему отчиму она пока не привязана. К тебе, дорогой, конечно, тоже, но ты пришёл защитить её, а это подходит.

Она поднимает правую руку и наставляет на меня указательный палец. Я тут же ощущаю болезненный короткий тычок в грудь, между ключицами. Неужели?..

— Да-да, ты правильно понял, — улыбается Дама.

— А зачем вам собирать эти тройки? — интересуется Лисс, продолжая одной рукой удерживать Таню в кресле.

— Как зачем? — удивляется Дама. — Чтобы подпитать свою силу, конечно. Когда я соберу полный двор, я уйду.

Её улыбка становится хищной и слишком широкой для человеческого лица. Кончики губ раздвигаются всё шире, шире и шире. Но удивительным образом такая «улыбка» подходит ей больше обычной.

— Вместе с теми, кого выбрали? — уточняет Лисс.

— Догадливый мальчик, — хмыкает Дама, наставляя палец на приятеля. — Будешь червонным валетом.

Приятель морщится и трёт отметину под одеждой. Наверняка между ключицами у него появилось пятно в виде сердца.

Слежу за Дамой, сжимая зажигалку в руке, но не могу избавиться от мысли, что всё бесполезно. Если все наши круги и знаки не мешают ей выходить из зеркала и ставить метки, то что вообще мы можем ей противопоставить? И откуда обычная школьница могла узнать правильный ритуал вызова настолько сильной твари?

— Удачно я к вам заглянула, — радуется Дама. — Бубновый расклад собрала целиком. Червонный почти: дама есть, валет тоже. Нужен только король… ну-ка, посмотрим…

Она поворачивает полускрытое вуалью лицо к Дине.

— Оставь её в покое! — требую я, но существо не обращает на меня никакого внимания.

— А как вы выбираете двор? — Лисс слишком беззаботен. Будто не с опасной тварью разговаривает, а задаёт вопросы добродушной взрослой ведьме, согласившейся дать пару уроков.

— Нужна хотя бы капелька дара, — охотно поясняет Дама, не отворачиваясь от Дины. — Вот у четвёртой девочки, что присутствовала на ритуале, дара не было совсем. Собственно, я не жалею: она мне совсем не понравилась. Это второе, что нужно: понравиться мне. Затем нужны связи между первой картой и следующими. Вот у трефовой дамы и дар обнаружился, и дедушка-король, и валет-младший братик. Всё сразу, в одном раскладе.

Пиковая Дама смеётся и демонстрирует в зеркале сначала сидящего у кровати бледной заплаканной девчонки седовласого мужчину, точь-в-точь Кэри Грант в преклонные годы, потом мальчишку лет десяти, сосредоточенно рисующего что-то в небольшом блокноте.

— Видите, как мило — семья, — кивает Дама. — Да, кстати… Вот! Этот подойдёт!

Я ощущаю, как ледяные когти вонзаются в сердце за миг до того, как в зеркале появляется папа. Он, судя по ракурсу, отражается в зеркальной дверце шкафа: видимо, снова засиделся у телевизора допоздна.

— Не смей! — хором говорим мы с сестрой.

Дама смеётся.

— И что вы мне сделаете, милые дети? — спрашивает она. — Ничего! Смиритесь со своей участью и радуйтесь, что я сочла вас достойными.

— Вам осталось найти пикового валета и короля? — уточняет Лисс. — И всё, вы утащите нас в… куда, кстати?

— Не всё ли тебе равно, милый мальчик? Ты ведь уйдёшь со мной не человеком. Я ношу свой двор с собой, в самом сердце, — Дама прижимает руку к груди. — Самое дорогое!

— И от вас никак не спастись? — приподнимает брови Лисс. — Я слышал, вы иногда отступаетесь от тех, кого выбрали.

— Нет, милый мальчик, я не люблю отступать. И уж вам-то точно нечего мне предложить. О, мне уже пора, — она отправляет воздушный поцелуй, один на всех и исчезает.

Мне казалось, что с начала ритуала прошло не больше получаса, но в окно уже заглядывает золотистый августовский рассвет. Я снова накрываю тканью пустое зеркало.

— Она нас всех убьёт, да? — обречённо шепчет Таня.

— Нет, мы ей не дадим, — возражает Лисс и гладит девочку по волосам.