Андрей Волковский – #КаталогНечистойСилы2 (страница 15)
Мучительный спазм перехватывает дыхание. Я чувствую, как отвердевают напряжённые мышцы шеи. Не вдохнуть. Не выдохнуть.
Это паника. Это страх. Это недостаток кислорода.
«Ты не можешь дышать».
«Ты умираешь».
«Смирись».
Как ни странно, потусторонние голоса слегка успокаивают. Если я слышу их, значит, пока живой. Это просто приступ. Даже не так, это просто одышка. Сколько-то кислорода поступает. Иначе я бы уже пополнил ряды неразличимых в тумане призраков.
Надо принять лекарство, и всё пройдёт.
Надо найти Дину и Лисса.
Призраки шепчут громче, но я знаю, что делать, и не слушаю их.
Сую руку в карман толстовки. В белой мгле не видно ни того, ни другого. Но я чувствую плотную мягкую ткань — и это живое, настоящее ощущение окончательно возвращает к реальности.
Затем ощупываю тесное тёплое нутро большого кармана. Касаюсь пальцами гладкой поверхности дозатора. Вынимаю его, встряхиваю и вдыхаю одну за другой две порции лекарства.
Глубокий вдох. От облегчения чуть кружится голова. Выдох.
Прячу дозатор на место.
Снова набираю в лёгкие побольше сырого туманного воздуха и кричу во весь голос:
— Дина! Лисс!
Мой крик будто вязнет в белой пелене. Уверен, даже если эти двое стоят в паре шагов от меня, они не слышат.
Пробую снова и снова, невольно вспоминая Илью. Призрак до Привратника через запечатанную Дверь докричался, а тут всего лишь туман.
— Дина! Лисс!
«Ты не найдёшь их».
«Ты не успеешь».
«Ты не справишься».
«Ты не знаешь, что делать».
Сердце мучительно сжимается. Ведь это правда. Я не знаю, что делать. Не знаю, как бороться с «роем». И даже если каким-то чудом мы справимся сейчас, то
Лисс справится. Он смелый и сильный.
Дина слабее. Её нужно защищать.
Мысли путаются. Голова раскалывается от боли и холода. Я медленно бреду в тумане, сам не знаю, куда и зачем. Под ногами вместо земли и мягко пружинящей палой листвы почему-то оказывается что-то твёрдое, но мне всё равно.
Всё, что я умею, это держать камеру. Предчувствую всякое. А, ещё вот лекарство умею принимать вовремя. Всё.
Им будет лучше без меня.
Обрывки мыслей, картинки воспоминаний, чьи-то слова и образы смешиваются и рассыпаются причудливым калейдоскопом. Смех Лари. Ухмылка Пиковой Дамы. Лисс, опутанный лентами «любви до гроба». Заплаканная Дина. Похороны бабушки.
Коне…
— А ну стой!
Из белёсой густоты тумана вылетает призрак. Илья.
— Руку вытяни, — командует он.
Я повинуюсь. Пальцы больно ударяются о холодный сырой камень.
— Это перила, — говорит Илья. — Ещё шаг — и ты бы вниз полетел. Эй, очнись!
Его слова доносятся до меня как из другого мира. Будто он где-то далеко-далеко. И в общем-то не так важно, что говорит этот покойник. Ведь это конец. Им будет лучше без меня.
— Что ты сказал? — нехорошо прищуривается призрак. — Лучше им будет? А если прям щас их сожрут, пока ты, зачарованный принц, тут страдаешь?
Смысл сказанного доходит до меня с трудом. Перед глазами всё быстрее мелькают образы-воспоминания, и я никак не могу сосредоточиться и понять, что именно ему нужно.
— Твою сестру сейчас убьют, — отчётливо произносит он. — Потом твоего друга.
Страшные слова камнями валятся на меня, разом круша калейдоскоп моих и не-моих мыслей.
— Где они?!
Может, я плохой брат и друг, но я не позволю их убить. Никогда!
— Наконец-то! — радуется Илья. — Взгляд стал осмысленный.
— Где они?
— Точно не скажу. Спокойно, никто их прямо сейчас не убивает. Извини, я тебя напугал, чтоб из транса вывести. С Диной вроде всё в порядке, а где тот парень, я не знаю, но точно не на мосту. Ищи его. Как говорится, «делай что должен и будь что будет». Тебе вон в ту сторону, — он машет рукой мне за спину. — Я отвлеку Учителя.
— Спасибо.
Призрак кивает: мол, не за что. Но я знаю, что есть за что. Он спас мне жизнь. И какие бы тяжёлые мысли меня порой не мучили, я люблю её.
Мне совсем по-человечески холодно, и я с удивлением понимаю, что потерял где-то в тумане и куртку, и рюкзак. Когда успел? Зачем вообще снял и то, и другое? Хотя понятно: «рой», видимо, привык обставлять смерти как суицид, а кто ж сигает с моста с рюкзаком?
Ощупью спускаюсь с моста и иду искать Лисса и Дину. Почти сразу спотыкаюсь о свою потерю. Вскидываю рюкзак на плечи, убеждая себя, что это хороший знак и что я обязательно найду и друга, и сестру целыми и невредимыми.
Время в туманном облаке тянется медленно и непонятно. Не знаю, сколько я брожу в белом нигде. Минуты? Часы? А может, я так и не пришёл в себя, упал с моста и даже не понял, что случилось?
Поднимаю руку, подношу к глазам. Нет, кажется, не прозрачный.
К тому же у призраков наверняка не болят зубы и мышцы, не саднит кожа, не слезятся глаза.
И я иду в белом нигде. Шаг за шагом. Шаг за шагом. Шаг за шагом…
Сначала я ощущаю мерзостный рыбно-гнилостный запах, а затем леденящий холод. Что-то древнее разума кричит: «Беги! Спасайся! Прочь».
Затем я слышу голос Лисса.
— Ух ты, вот это будет ролик! Круть!
Я заставляю себя шагнуть навстречу голосу.
Отвратительный запах становится сильнее. К горлу подбирается тошнота. На холод, вцепившийся в загривок, я уже не обращаю внимания.
Хочу окликнуть Лисса — и в этот миг слышу жуткий шуршащий звук. будто кто-то медленно волочёт по палым листьям мешок. Большой, смердящий мешок.
Инстинктивно делаю шаг назад. Я не хочу видеть, что это за мешок. И кто его волочит.
— Вроде получается! Класс! — ликует Лисс где-то совсем рядом.
Рядом с «мешком». Тот всё волочится. Правильнее будет сказать, что не его тащат, а он сам ползё… Я запрещаю себе формулировать мысль до конца. Если я осознаю, что там, то рехнусь.
Но не идти к Лиссу нельзя.