Андрей Волков – СOVERT NETHERTWORLD 3 Предверие бури (страница 8)
– Чем, вы считаете, их следует заинтересовать? – спросил он, обнюхивая сигару.
Кристина отсалютовала финансисту бокалом.
– Предложите им долю в вашем проекте, – сказала она. – Скажем, двадцать процентов акций. Плюс постройка новых заводов на территории страны. Новые рабочие места должны компенсировать возможную смену ценообразования. Потенциальный успех снижает даже взаимную неприязнь, особенно если успех долгосрочный.
Трэверс вдохновенно затянулся своей сигарой и затем испустил кольца сизого дыма.
– Полагаете, что я должен стать их инвестором, вложиться в выборы и пообещать им открытие заводов в обмен на присоединение Германии к углеродному налогу? – спросил Трэверс. – Это рискованно.
– Разве риск не стоит сбывшегося будущего? – хитро улыбнулась Кристина. – Для вас это может иметь решающее значение. Немцы готовы вложиться в зелёную энергетику. Их главная проблема, что они не знают, в какую именно: солнце, ветер, биогаз. Им нужна универсальная технология, и если ваша такая, то у вас будет успех.
Трэверс коротко рассмеялся сквозь сигарный дым, как высший шик, запивая его бурбоном.
– Вы так рассказываете, что я сам готов вложиться, – заметил финансист. – Ну что же, попробуем поставить ваше предложение, – Трэверс поднял квадратный бокал. – Пью за вас!
Кристина вновь дипломатично кивнула. Безусловно, она была нужна Трэверсу, и не только для разработки плана по продвижению углеродного налога. А это значит, что высшие силы подарили ей ещё немного времени, чтобы закончить начатое и понять, что производит компания Трэверса в Директории. Его рисунок в ноосфере изменился, и Кристине предстояло ещё долго работать, чтобы раскрыть Трэверса полнее. Радовало, что всё шло по её плану. Пока что.
Глава II. Дипломатия
ПОЛГОДА СПУСТЯ
Часы показывали 3:40, когда Флориан Штильхарт проснулся от настойчивого стука в дверь. Он посмотрел на циферблат и отодвинул в сторону мирно спящую на его груди брюнетку. Камилла Берже недовольно заворочалась в кровати, одной рукой увлекая Флориана за собой. Штильхарт чмокнул в губы атташе по культуре французского посольства в Сожской республике – всё ещё разделявшей воюющие Понтийскую Директорию и Балторуссию.
Хотя Балторуссии уже шесть месяцев как не существовало, юридически. После проведённого референдума Балторуссия и Великоруссия объявили о соединении своих государств в единое с сохранением автономного статуса для Балторуссии, что окончательно развязало руки Московску. И недавно избранный на должность Президента, бывший до того спикером парламента Анатолий Грешнев объявил специальную военную операцию по защите великорусской территории от агрессора, официальным поводом которой послужила блокада Цареградской губернии флотом Директории.
Великорусские войска перешли в наступление и нанесли мощный удар по Жемайтской области – эксклаву Директории на Балтике, за которую уже последние лет восемь без видимого успеха билась Балторуссия. Несколько месяцев шли кровопролитные бои, которые завершились эвакуацией окружённых войск Директории из города Мелнраге и заключённым при посредничестве глав Франции и Германии Жемайтским соглашением, по которому Директория уступала Великоруссии транспортный коридор в Цареградскую область, а две балтийские области Директории – Жемайтия и Латгалия – становились независимыми республиками.
Долгожданного спокойствия, однако, не наступило. Бывшие балтийские области Директории стали вести активную политику по сближению со странами НАТО. А Великоруссия и Директория, каждая неудовлетворённые результатами военного столкновения, только продолжали скалиться и щетиниться оружием друг на друга через швейцарских миротворцев, расквартированных в Сожской республике. Мир не стал безопаснее. Только тревожность поселилась в душах граждан. Тревожность перед неизбежным наступлением чего-то ещё более страшного.
Флориан вывернулся из страстных парижских объятий, встал с кровати и стал натягивать тапочки.
– Надеюсь, это не твой ревнивый муж, – произнёс Флориан, наспех завязывая халат.
В дверь продолжали стучать. Штильхарт про себя выругался, какому ещё болвану я понадобился?
Флориан открыл дверь и моментально округлил глаза. На пороге стоял солидный мужчина лет шестидесяти в простом летнем пальто. Меж собой его все называли ASI (сокращение от L’attaché de sécurité intérieure).
– Шеф? – для уверенности спросил Штильхарт, впуская гостя.
– Доброе утро, Штильхарт, – быстро сказал ASI, проходя в квартиру. – Не особо спите?
Штильхарт закатил глаза.
– Естественно, нет, – сказал он. – Кто же может особо спать в три часа ночи? А у вас тоже бессонница?
Гость фыркнул, окидывая беглым взглядом творческий беспорядок Штильхарта – пустую бутылку от шампанского и десертные креманки со следами мороженного. Ещё повезло, что разбросанная женская одежда была в спальне вместе с её обладательницей.
– Мне не до ваших обычных шуток, Штильхарт, – сказал ASI. – Сон же придётся отложить до лучших времён. Собирайтесь.
Это было произнесено тоном из страшных историй про репрессии Сталина.
– Собираться? – переспросил Флориан, забирая у гостя пальто. – Что-то неординарное случилось? Хакеры из Великоруссии украли рецепт американского рождественского пудинга?
Гость поморщился.
– Мне бы уже нужно привыкнуть к вашим неуместным шуткам, – пробормотал он. – За последние сутки в Сожской республике погибло двое дипломатов. Дерек Спайсер из США и Симон Заутер, наш атташе по науке.
– О, Заутер, – проговорил Флориан. – Я знал его. Он чудесно играл в бридж. Кофе?
– Пожалуй, – согласился ASI.
Они прошли на кухню, обставленную в скромном скандинавском стиле, модном в богатом и помешанном на экологии Гомелуме.
– Неприятная история, – сказал Штильхарт. – И что, эти смерти связанны?
Гость кивнул.
– Такая вероятность не исключена, – сказал он. – Тем более, что оба занимали должности атташе по науке и, соответственно, часто общались. Об их остальной деятельности известно мало. Мы только знаем, что Заутер несколько дней назад встречался с некой Наоми Зибель это…
– Климатический скептик, я знаю, – сказал Флориан, протягивая гостю чашечку с колышущимся напитком. – Заутер занимался вопросами климата?
Гость пожал плечами и взял чашку.
– У нас таких данных нет, – сказал он. – Остальное вы должны выяснить сами. У «иванов» и «янки» одно стремление – воевать, а тут ещё погибают два дипломата. Естественно, ничем хорошим это закончиться не может.
Флориан достал из чугунной пепельницы трубку и начал набивать её табаком, задумчиво глядя на свои пальцы.
– Как я понимаю, полиция уже в курсе? – поинтересовался Штильхарт, поднося к трубке длинную спичку.
– Естественно, – фыркнул ASI. Ему, как дипломату-традиционалисту, всегда не нравилось, когда что-то выходило из обычных рамок. – Они уже инициировали расследование. Мы должны оказывать им всяческое содействие. Будете работать с местной криминальной милицией, ну и по необходимости, со всеми дружественными разведслужбами.
Гость раскрыл кейс и вытащил оттуда большой белый конверт, скрепленный старомодной сургучной печатью.
– В этих документах информация, которую собрал по дипломатам наш аналитический отдел, – пояснил ASI. – Их фотографии, послужной список, традиционные места посещения. Как видите, данных немного.
Штильхарт раскрыл одну из папок и стал перебирать глазами документы. Среди прочего была короткая пометка о том, что Симон Заутер заявлен в качестве спикера на международной энергетической конференции на Кабо-Кабо. Основная тема – грядущее принятие углеродного налога и последствия для экономики замкнутого цикла. Судя по всему, Заутер должен был выступать с докладом об экономических аспектах участия атомной энергетики в решении проблемы глобального изменения климата. Это уже интересно. К тому же Флориан слышал, что климатический реалист Наоми Зибель должна будет выступить в Парламенте Великоруссии в рамках глобальной энергетической недели. Хоть и хлипкая, но зацепка.
– Это всё, – бросил ASI. – Через две недели будет очередное заседание ООН по вопросу разграничения сторон Северян и Директории и выполнения резолюции ООН. Нашему правительству очень бы не хотелось, чтобы поднимался вопрос о том, что на подведомственной нам территории пачками убивают дипломатов. Так что не разменивайтесь на ерунду. Пока, Штильхарт.
Долгого прощания ASI не удостоил. Старый разведчик к нежностям не привык. Он быстро кивнул и ушёл в рассветную дымку, оставив Флориана в глубоких раздумьях.
Впрочем, совсем ненадолго. Чьи-то мягкие ласковые руки обвили его шею.
– Ну вот, опять, – насуплено прощебетала Камилла. – В прошлый раз примчалась твоя сумасшедшая подружка, теперь он. А ты снова уезжаешь. Между прочим, я в прошлый раз не видела тебя целых два месяца.
Штильхарт устало вздохнул. В своё оправдание он мог сказать только то, что действительно был очень занят.
– Кстати говоря, я тоже кое-что знаю, – многозначительно произнесла Камилла. – Об этих дипломатах. И ты мог бы меня допросить, прежде чем отправляться в какой-то участок.
Штильхарт развернулся к девушке. На её лице была написана благодушная невинность, однако, поняв по сосредоточенному взгляду, что интересуются больше информацией, а не её прелестной фигуркой, девушка обиженно поджала губки и стала рассматривать свой маникюр.