Андрей Волков – COVERT NETHERWORLD 4: CINDERFALL (страница 14)

Гомон голосов не унимался и стал только громче. Мнения были самые полярные.

– Ладно, – выразил мнение собравшихся Митч. Он говорил с сильным акцентом человека с Восточного побережья США. – Что ты предлагаешь?

Меньшиков развёл руками для лучшей визуализации своих слов.

– Показать миру теневую сторону архигерцога и тех, кто с ним связан, – небрежно бросил он. – Ваши акции индивидуальны и бессистемны. Охота на корабли корпорантов, рейды на секретные склады – это работа впустую, а вот если захватить такой объект, как секретная военная база Директории – это будет реальный результат.

– Да мы там даже дня не продержимся, – сказал один из капитанов. – Если там их флот, то они нас по острову размажут.

– Может быть, – согласился Меньшиков. – Но такая база – это сосредоточие уникальной секретной информации. Если её продать…

Меньшиков знал, на каких сторонах души играть. Большинство из них всё же были пиратами, а не революционерами.

– И потом, – продолжал он, – весь мир узнает, что «Зелёный фронт» освобождает угнетённых, что вы реальная сила. А Коэнтрау отправит все свои разговоры о борьбе за счастье острова в сортир. Да после того, как история вскроется, его разорвут. Игра стоит свеч. Кто знает, может быть, вслед за нами полыхнёт по всей Африке и «Зелёный фронт» станет подлинным голосом свободы глобального Юга?

Митч покачал головой и вдруг рассмеялся.

– Кто тебя надоумил на такую блестящую идею, а? – спросил капитан.

Меньшиков одеревенел лицом.

– Та сила, что сочувствует вашим целям, – отчеканил он. – Я же не спрашиваю вас о методах и плане, который вы придумаете, чтобы проникнуть в крепость и захватить её. Вам достаточно знать, что в любом случае вам не придется беспокоиться о пенсии, если вы согласитесь.

– А если нет? – осклабилась Джесс. – Если мы откажемся?

– Тогда вас перебьют, – ответил ей Меньшиков. – Тихо и незаметно. А так у вас есть шанс войти в историю. Стать инструментом перемен. Выбор за вами.

– И разработку плана мы тоже оставляем себе? – спросила до этого молчавшая Джана.

Меньшиков повернул к ней голову.

– Полностью, – сказал он. – Я буду… лишь контролировать его выполнение.

– С планом проблем не будет, – отозвался Митч. – Раздолбаем эту крепость так, что головешки останутся. Но меня интересует Директория. Если всё так, как ты рассказываешь, товарищ, то охрана там ох какая сильная. Дело не в том, чего мы добьёмся, а как бы нам не усложнить себе жизнь.

– Вот именно поэтому мне нужна дельная команда, а не шайка бородачей с винтовками, – не стал спорить Меньшиков.

– Ну, тогда базара нет, – развёл руками Митч. – Мы согласны сыграть в твою игру, товарищ.

Меньшиков самодовольно ухмыльнулся. Теперь оставалась только одна забота – поиски Аваловой, но и это не представлялось сложным с такой помощницей, как Джана и её люди. Они найдут её. Если постараться, то можно и Авалову привлечь к атаке на крепость и тогда сразу убить двух зайцев… Меньшиков снова усмехнулся, подумав, что это вовсе не фигуральное выражение.

Погода на Кабо-Кабо в этот период года не отличалась разнообразием. Яркое солнце с минимальной облачностью и тёплое море были не только визитной карточкой островного государства, куда в огромном количестве прибывали туристы со всего мира, но и той данностью, в которой пребывали коренные жители. Экваториальный рай буквально светился в небесной тверди и океанской глади, превращая этот уголок планеты в место обетованное, где человек начинает ощущать себя настоящим ангелом.

Если, конечно, за тобой не гонится вся местная правоохранительная система. Впрочем, Ксении Аваловой было не впервой.

Смешавшись с толпой, агентесса оказалась на узенькой улочке, тёмной от нависающих с двух сторон домов и упирающейся в буро-рыжую скалу. Когда-то здесь жили работники порта, потом их расселили в новые районы, и сейчас здесь обитали лишь самые отчаянные туристы, решившие сэкономить на жилье – а скорее, получить также те виды услуг, которые не предоставлялись больше нигде на острове, и всякие местные с сомнительной репутацией. Торговцы всяким контрафактным, полузапрещённым сменялись на предлагающих откровенную запрещёнку. Молодые креолки предлагали себя. Уличная малолетняя шпана в мешковатых штанах, специально громко слушающая всякий рэп, уступала место накачанным парням с золотыми зубами, татуировками и ножами, воткнутыми за пояс.

Здесь Ксения чувствовала себя весьма комфортно. Она была в своей стихии столь любимого ею низшего мира, где её провоцирующую одежду (пусть и вынужденную) – короткие шорты и приталенную маечку (ну и не забываем про кожу) – с лихвой компенсировал закреплённый на поясе ствол.

Не обращая внимания на косые злобные взгляды, Ксения привычным спортивным шагом шла по улочке и грызла чипсы из внушительного пакета в руках.

Из всех возможных ситуаций для неё она оказалась в худшей – списанного агента-нелегала, на которого идёт охота. Охотятся и свои, и чужие. А сам «экваториальный рай» находится под негласным контролем Директории, это совершенно ясно. И занимается тут Директория малогуманистическими вещами, связанными с созданием малогуманистических игрушек.

Отравляло жизнь то, что время играло против неё. Она не могла пойти в посольство, потому как, во-первых, там точно выставлено полицейское оцепление, ну и к тому же, попав в посольство, она только сможет передать информацию Покровской. Та станет передавать кому-то ещё, и информация застрянет, так и не дойдя до людей, способных принимать милитарные решения, а другого выхода, кроме как вышибить отсюда Директорию с помощью армии, она не представляла. Максимум же, чего можно добиться от посольских, это тарарам в средствах массовой информации, да и то исключительно внутри Великоруссии. Ну, может, ещё пафосную речь в ООН толканут. Бесперспективное мероприятие. Даже если это приведёт к факапу Директории тут, они просто исполнят свой план в другом месте. Чуть позже, но зато пересмотрев секретность. А таких местечек, где можно спрятать тайное производство, на планете пруд пруди. К тому же Ксения не была уверена, что каждый из посольских не отправлен туда стараниями конкретного человека или клана, прямо влияющих на политическую конъюнктуру Великоруссии. Точнее, Ксения была как раз уверена в обратном. Демократия всегда имела свои минусы.

Поэтому, поразмыслив, Ксения поняла, что ей нужно было не столько передать кому-то информацию, которую она стащила в больнице, сколько правильно этой информацией распорядиться. Нет, самое лучшее, конечно, было бы, изменив внешность, позвонить плохим ребятам (интересно, у них есть какой-то телефон?) и потребовать кругленькую сумму в обмен на тайные знания. Получить пару ярдов и купить себе небольшой островок. Повесить табличку «Посторонним не входить» и удалиться от всех афер сильных мира сего. Может быть, потом написать книгу. Обязательно юмористическую.

Но для начала надо было понять, что произошло в мире и насколько широко открыта на неё охота.

Подсказка пришла в голову: грузовой порт был идеальным местом, где можно было и получить информацию, и затеряться среди местных. Нигде не встретишь столько мерзавцев, как в порту. Ксению это полностью устраивало.

Тем более что в таком виде она в порту отлично сходила за местный контингент. Правда, не было броского макияжа, ну а кожа… Да мало ли откуда тут девочки? Уж точно их доставляли сюда не только из региона. А для чернокожих трахнуть белую девчонку было вообще что-то вроде мести за века колониализма. Так что прикид сойдёт.

С одной стороны, порт представлял собой штабеля высоченных морских контейнеров, частью простаивающих сверх положенного срока, из-за которых нельзя было разглядеть склады, грузовые отсеки, ремонтные доки, терминал, протянувшиеся длинной линией по каменистому берегу – места собственно жизни, тайн и преступлений. В этих контейнерах могло быть всё, что угодно: и коробки детских игрушек, и килограммы наркоты, и запечатанные в контейнерах дети, которых отправят на работу в рудники и они никогда не получат те игрушки из соседних контейнеров. В этом мире детская радость всегда шла рядом с детской трагедией.

С другой стороны, порт – это вымощенная дорогим камнем набережная с пышными пальмами, блестящим на солнце песчаным пляжем и муравейником лавочек торговцев, уличных развалов и ресторанчиков, откуда тянуло запахом жаровен, на которых готовили рыбу. Два встречных потока людей шли навстречу друг другу, перемешиваясь. Среди них были и модно одетые туристы, и пропахшие аммиаком портовые рабочие. Последние стекались в узкую деревянную дверь, украшенную гирляндами с надписью «Казино». Вот именно в таких местах и следует получать дельную информацию. Тут посетители имеют свободу (хорошо оплаченную хозяевам) и могут говорить, ничего не опасаясь. Никогда не стоит судить по внешности.

Войдя в казино, Кристина прищурилась – на неё сразу обрушилась прокуренная темнота. Постоянные посетители таких заведений не желали, чтобы их отчётливо видели, но сами увидят любого, кто шагнёт с яркого сияния снаружи, раньше, чем тот разглядит их. Характерным щелчком девушка сняла свой пистолет с предохранителя и направилась к барной стойке.

Глаза привыкли к полутьме. Теперь Ксения смогла рассмотреть зал: стеклянно-пластиковая Атлантида. Стены были раскрашены сценами подводного мира и драпированы тёмно-синим шёлком. Пол устлан морскими раковинами. Ксения шла между пластиковых фигур рыб и обнажённых русалок в фривольных позах. Присмотревшись, Ксения поняла, что русалки были вовсе не пластиковые, а вполне живые. Над большим игорным столом свисал сундук со сверкающими стразами. Публика была разношёрстная. Помимо пришедшей ватаги рабочих, которые прямиком отправились за дневной нормой выпивки, Ксении попались на глаза два европеоида, они резались за отдельным столиком в баккара и на вид были словно только что с королевского приёма. Чуть дальше стояли улюлюкающие дикими мелодиями ряды игровых автоматов, и желающие попытать удачу дёргали, отчаянно дёргали за рукоять, ожидая, что ну вот сейчас яркие весёлые картинки выстроятся в линию. Этого не происходило, и завлечённые лёгкими деньгами кидали в чрево автомата монетку за монеткой.