Андрей Уланов – Чудеса в раскрутке (страница 67)

— Понимаю.

Наклонившись, я попыталась найти место попадания вчерашней пули. Даже с расхваленным Ори эльфийским зрением задача оказалась не простой. Там, где люди просто заткнули бы дыру подходящей деревяшкой, гномы заменили кусок доски целиком, тщательно зашлифовав и залакировав стыки. Не знай я точно, где и что искать, скорее всего, не увидела бы разницу между старым и новым, посчитав незначительный перепад оттенков обычным делом. Если пристально вглядываться, то весь корпус «Варга» выглядел немного пятнистым. Да и странно ждать иного, если не убрал изделие в стеклянную бутылку. «Варг» уже успел пройти через многое, и ветер с дождем оставили свои следы, а солнце подчеркнуло их.

— Посадочная бригада уехала утренним экспрессом, — встав, Ори принялся тщательно вытирать руки ветошью. — Два человека и гном, хоть и не из моего клана, но ребята надежные, справятся.

— Посадка там же, в Дромнессе?

— Нет, — гном отбросил тряпку, — решили выбрать другое место, подальше. Шкипер расскажет… а вот и он, как раз идет.

Даже не будь звук шагов Старого Шкипера настолько узнаваемым из-за протеза, я все равно догадалась бы о его приближении по запаху. Столько кофе в чашку не сыпал даже полковник. Уверена, на полсотни футов одного лишь запаха хватало, чтобы пробуждать спящих, а если постоять рядом, то поднялся бы даже свежий покойник. Если, конечно, не страдал насморком еще при жизни, как лейтенант О'Шиннах. Вчерашний полёт уже к вечеру заставил его увешаться соплями, от которых сегодня остался красный шелушащийся нос. Впрочем, краснота могла также являться остаточным эффектом лечения в исполнении Джона Сибрука. Старый Шкипер являлся убежденным сторонником траволечения, причем комплексного: шалфей, ромашка, календула, дать настояться, добавить липовый мёд, получившуюся смесь добавить в ром. У меня сложилось впечатление, что именно ром и являлся основным ингредиентом.

— Четвертый этап гонки, по сути, — просто перелет обратно в Клавдиум.

В этот раз Сибрук даже не стал доставать карту из футляра. Впрочем, они с Алланом «лечились» над ней весь прошлый вечер. Меня же отправили спать со словами: «Пусть хоть кто-то на борту окажется здоровым, трезвым и выспавшимся!».

— В этот раз прогноз на маршрут благоприятный: средняя или слабая облачность, на большей части устойчивый западный ветер. От Норнлокка пойдете на юг, потом довернете к западу. Высоту держи пять-шесть тысяч, их механическое величество, — Старый Шкипер кивнул на Ори, — посчитал, что так будет оптимальнее.

— Для шести тысяч футов у нас хорошо просчитанный и проверенный вариант пропеллеров, — пояснил гном, — а все, что выше… я верю выкладкам Фрэнсиса, но лучше проверять их в более спокойной обстановке.

— Согласен, достопочтенный. Значит, набираете высоту, ложитесь на курс, выставляете оптимальный режим работы машины и летите. Регламентом не предусмотрен отсев участников на четверном этапе, разве что судейская комиссия решит, что в финале образовалось чересчур много участников. Но это, — Старый Шкипер указал на поле, где стояла едва десятая часть от собравшейся на первый старт пестрой толпы, — вряд ли наш случай. Надо просто долететь, чем и занимайтесь. Ровно, спокойно, без попыток доказать, что «Варг» умеет бежать быстрее собственной тени. Но и не расслабляйтесь…

Я смотрела на ботинки Сибрука. Новые, не больше сезона, низ черной гладкой кожи, верх светлого твида, застегнуты сбоку на ряд белых костяных пуговиц — у Шкипера в складном ноже для застегивая этих пуговиц имелся специальный крючок. Вчера днем Сибрук отдавал ботинки чистильщику, слабый запах ваксы ощущался до сих пор, но часть грязи явно еще с вечера, утренние пятна еще не успели подсохнуть.

— Вы меня слушаете, мисс Грин?

— Очень внимательно, Ш… мистер Сибрук.

— Надеюсь, — по-моему, Старый Шкипер мне не поверил, — что и в полете вы тоже сохраните концентрацию на главном, а не растратите свое внимание на холмы, поля, речки, овец и прочие забортные красоты. После гор полёт над равниной может показаться легкой прогулкой и возможностью расслабиться. Не поддавайтесь этому чувству, воздух коварен, он только и ждет вашей минутной слабости. Внезапный порыв, нисходящий поток, турбулентность… Вы не на огромном крейсере и даже не на летающем паруснике, а им тоже, случается, ломает хребет.

— Буду очень внимательна, мистер Сибрук, — пообещала я.

Старт четвертого этапа назначили на полдень. Немного странное, на мой взгляд, время, учитывая предстоящий перелет. Возможно, устроители гонок хотели дать пилотам выспаться. Возможно, хотели выспаться сами. Возможно, задержку вызвал бургомистр, непременно желавший сказать «собравшимся здесь гостям и участникам гонки» короткую, не более получаса, приветственную речь. На мой взгляд, приветствовать отлетающих выглядело не очень разумно, но, судя по долетавшим до меня обрывкам фраз, похожий на гнома-переростка «достопочтенный эсквайр Хоуп» мог зачитывать её где угодно и как угодно, даже задом наперед.

— Слышала про Лайонела?

Аллан пытался закрепить перед собой сразу несколько карт, но даже на земле бумажные листы упорно пытались вырваться и начать порхать над городом вместе с красными и желтыми собратьями.

— Нет, а должна была?

— Его прозвали «Сверкающий Баклажан», — лейтенант злорадно хихикнул, — хотя сам баклажан мало кто видел, мистер Сверкающий ходит забинтованный от шеи до макушки. Злой, как… А-а-апчхи!.. орки на тропе войны.

— Интересно, как он прошёл горы? — я не помнила, чтобы обгоняла красно-черного, но на поле «Стриж» имелся, а значит, как-то сумел проскочить сквозь игольное ушко ущелья. — Что теперь, мне ждать вызова на дуэль?

— Говорят, он собирался, — снова хихикнул О'Шиннах, убирая платок, — но ему вовремя объяснили, что кулак по морде — далеко не самые болезненные ощущения из тех, что может доставить эльф. Поэтому нет, не стоит. Вот какой-нибудь гадости от него ждать стоит, но мы-то их ждем и так. От Кэла… и других.

— Других?

— Королевские воздушные гонки, помимо всего прочего, еще и деньги, — рассудительно произнес лейтенант, — большие деньги. Не скажу насчет эльфов, но люди… А-а-апчхи!.. ради денег способны на многое, да и гномы тоже.

— Гномы? Ты и Ори подозреваешь?

— Я всех подозреваю! — огрызнулся Аллан и, помолчав, уже более спокойно добавил: — Мистер Грориссон вряд ли пойдет на сомнительную сделку. Он хозяин мастерской, вернее, небольшой фабрики, а участие в гонках — отличная реклама. Но его подчиненные… насколько я понял, Ори не особо следует клановой системе, у него работают гномы из разных кланов. Не все из них покидали Гору мирно и благостно. Конечно, их законы и установления — та еще… А-а-апчхи!.. мутная паутина. Но нарушивший однажды законы подгорного Короля может решить, что и законы человеческой Королевы почитать не обязательно, когда светит возможность легко и просто заработать.

— Между прочим, — напомнила о себе переговорная трубка, — я все слышу.

— Рад за тебя, Том, — лейтенант выудил из кармана новый платок, вдвое больше прежнего, — скажи тогда, в чем я… А-а-апчхи!.. Не прав!

— Не скажу.

— То-то же… А-а-апчхи!

— Ты точно можешь лететь? — обеспокоенно спросила я. — В твоем состоянии холод и ветер — не лучшая компания.

— Справлюсь! — Аллан выразительно похлопал себя по груди, — у меня есть чудесное лекарство Старого Шкипера, как начнем набирать высоту, приму на г… сразу выпью.

— То лекарство, которым вы прошлым вечером лечились?

— Не-ет, что ты!.. Намного более сильнодействующее! С табаком и перцем!

Я попыталась представить состав этого «лекарства», содрогнулась и порадовалась, что в полёте ветер будет достаточно сильным, чтобы выдувать из открытой кабины «Варга» все посторонние запахи.

— Десять минут, — напомнил Тайлер. — Скоро начну прогрев. Фейри, а ты слушай внимательно.

Я прислушалась — пока скорее к внешним звукам, чем к «Варгу». Тяжелое, через рот, дыхание Аллана, шебуршание в отсеке Тома, шуршание в траве рядом с катером, а фоном — городские звуки Норнлокка: свистки, лязг и грохот паровиков на станции, мычание и блеянье пригнанного на «переработку» стада, деревянный перестук.

А в небе, где-то высоко наверху, перекликались птицы. Кажется, лебеди — я вскинула голову, пытаясь разглядеть черточки улетающего клина. Тоже летят на юг, нам с ними по пути. Как-то я читала трактат, посвященный умению перелетных птиц находить дорогу за тысячи миль. Путем длинных опытов исследователи выяснили: птицы ориентируются при помощи магнитных полей, солнца, звезд, визуальных примет, запахов, памяти предков «и, возможно, как-то еще».

Увы, у эльфов подобных умений нет, а навык безошибочно находить путь в кронах мэллорнов плохо работает в пустом небе. Придется полагаться на простуженного штурмана.

— Старт… А-а-апчхи!

«Варг» поднимался плавно, словно с легкой ленцой. Котел и паровая машина звучали как обычно, а вот пропеллеры по мере набора высоты то уходили в низкий гул, то наоборот, ближе к визгу. Но стоило какое-то время продержаться на одной высоте, их звучание выравнивалось, становясь более гармоничным. Подумав, я решила, что именно так действует разрекламированная Ори система изменяемого шага, и оставила рукоятку на «среднем».

Мы набирали высоту, оставляя Норнлокк позади, каменная стена Глен-Мора медленно отступала, превращаясь в смутно темнеющую на горизонте тень. Под нами лежали предгорья, холмистая страна, раскинувшаяся к югу и востоку. Осень здесь была не такой, как в Клавдиуме, и уж точно не такая, как в Лесу. Холмы шли длинными волнами, покрытыми вереском, травой, — жухлой или еще зеленой, — пятнами кустарника и коричнево-песчаной серостью голого камня. Где-то они становились почти медными, где-то лиловыми, где-то потрепанно-бурыми. Зеленые хвойные леса то и дело разбавлялись лиственными рощами, щеголявшими множеством оттенков желтизны, а изредка к ним добавлялись россыпи багрово-красных тонов. Ручьи и узкие речки, петляя между холмов, то и дело ловили солнце короткими белыми вспышками. Следов людской или гномской деятельности поначалу вообще не попадалось, не считая пары тонких светлых ниток обычных дорог и сверкающей полосы дороги железной, по которой ползла крохотная черная гусеница. Потом вдруг холмы расступились, открыв небольшую равнину, нарезанную ломтями полей и пастбищ, с несколькими россыпями белых игрушечных домиков. Восходящий поток донес запах влажной соломы из скирд и торфяного дыма, «Варг» плавно качнулся, и я прибрала решетки, подниматься выше в мои планы не входило.