Андрей Уланов – Чудеса в раскрутке (страница 4)
Так, Марилена чуть прижала локоть, следующий удар будет справа. Шаг в сторону, доворот…
— Не давайте читать вас, как раскрытую книгу! — голос маэстро заставил Марилену вздрогнуть, как от удара хлыстом. — Ломайте ритм!
Хороший совет, интересно, как она…
Тело уже привычно изогнулось, уходя от наметившегося удара и лишь затем я осознала увиденное: вес не перенесен до конца. Сейчас она сменит ногу и…
Понять, что удар последует с другой стороны я еще успела, уклониться — уже нет. Пришлось отбивать встречным, из неудобной позиции, теряя набранную клинком скорость.
— Неплохо, совсем неплохо, — теперь маэстро Моретти звучал откуда-то из-за спины Марилены. — Запомните, она умеет предугадывать вас, мысленно мисс Грин уже в будущем. Вы должны заставить её поверить в неправильное будущее.
— Можно и мне совет?
— Зачем⁈ — даже не видя лица маэстро, я по голосу ощутила его насмешливую ухмылку, — вам известно все, что нужно и даже немного больше. Действуйте, не думая и думайте, как действовать, мисс Грин. Еще бой!
Сближение, отход. Марилена наблюдала за мной, держа меч над правым плечом. Подшаг вперед, я «считала» движение и почти начала уклоняться, так что пришлось одергивать себя. Обман, провокация, настоящий удар будет слева, надо успеть уйти, а на возврате попробовать достать уколом под руку. Почти получилось, но Марилена сумела встретить клинок своей гардой. А затем снова ударила, резко-размашисто, заставив меня отпрянуть за пределы досягаемости.
— Basta.
Только уложив меч на плечо, я ощутила, как устали руки.
— Мисс Грин…
Паоло шел вокруг меня по дуге — пружинящей «кошачьей» походкой. Лицом он сейчас тоже напоминал кота, наевшегося сметаны.
— … зачем вы здесь?
— Вам честно или по правде?
— По сути, — хохотнул маэстро. — Серьезно, вас хорошо учили, а вы очень прилежная ученица. Но mi scusi, это же ужасно скучно, просто учить кого-то.
Моретти резко крутанулся на каблуках и начал обходить меня в обратном направлении.
— Вы фехтуете по учебнику, мисс Грин. Контроль дистанции, тяжелый клинок в постоянном движении, отличная реакция на опережение. Вас хорошо научили уходить от чужих ударов, сила на силу совершенно не ваше. Уход, уклонение, постоянное движение клинка, никакого размена силы на силу. Но вам не победить, играя от обороны, а для внезапных ударов у вас не хватает скорости перехода, мисс Дарнли успевает их блокировать.
— И что же вы предлагаете?
— Забыть хоть на мгновение, чему вас учили другие! — блеснул улыбкой Моретти. — Поймите, не только вы одна внимательно учились по учебнику! Я тоже читал — Тален Иру, «Песнь текущего клинка» и, конечно же, Саэви, «Слово о живой стали», прекрасная работа. Теперь я знаю, чего стоит ждать от эльфа, как и любой, кто прочтет эти трактаты. О, разумеется, каждая буква в них буквально квинтэссенция мудрости, но, как я уже сказал, вам не победить мисс Нортвуд, фехтуя по учебнику.
— Сейчас она меня почти два раза достала! — запальчиво возразила Марилена.
— «Почти» не в счет, — пренебрежительно махнул рукой Паоло. — Меня не интересует «победа по очкам», как увлеченно считают некоторые мои коллеги. Есть лишь одна победа, записанная кровью на песке. Мисс Грин, — снова обратился он ко мне, — скажите, какой смысл в этих дугах, сменах, переходах, восьмерках? Экономия сил? А зачем?
— Что значит «зачем»? — не поняла я.
— Вы же эльфийка, мисс Грин, mi scusi за очередную банальность. Длительный бой не ваша стихия. Даже мисс Нортвуд сильней и выносливей, чем дальше, тем больше шансов, что и она сумеет поймать вас обманной атакой. Или загонит в угол, а вас, уверен, совсем не прельщает роль крысы. Сломайте шаблон, мисс Грин, импровизируйте, дайте волю своей фантазии! Если у вас все равно мало времени, к чему пытается растянуть эти жалкие крохи⁈ Один удар, которого противник не будет ждать от эльфа и hai vinto!
— На жестком входе и уколе я себе запястья сломаю.
— Предпочитаете умереть? — осведомился маэстро. — Ваши кости не настолько хрупкие, как принято считать. Но решать вам, я лишь дал совет, как вы и просили. Подумайте над ним.
— Обязательно подумаю, — пообещала я.
В чем-то жизнь во дворце Дома Дарнли напоминала бурундука. Например, «ранний поднос», подаваемый в спальню, я считала светлой полосой, до самого завтрака. Урок фехтования являлся скорее темной — полезно, но утомительно. Пять или даже десять минут блаженства в горячей ванне после — несомненно светлая. Последующий же процесс одевания к «второму завтраку», он же «семейное чаепитие» являлся собой мучительный выбор. Причем выбор для Марилены, а вот «мучительный» как раз для меня.
— Мне кажется, Фейри, — отступив на шаг, Марилена придирчиво изучила дело рук, своих и еще двух горничных, — белый и голубой тебе к лицу!
— А мне кажется, ты в детстве не наигралась в платья для кукол, — вздохнула я, разглядывая в огромном зеркале одну такую куклу, с длинными ушами. Шёлк, кружевные вставки, золотое шитье. По крайней мере, покушения в стиле:
— Ну правда, мисс эльф, — поддакнула ей одна из горничных, темноволосая, с короткой стрижкой. Кажется, её звали Элен, а вторую, рыженькую — Эльза. — Вам взаправду идет, очень-очень!
— Цыц, подлиза! — тут же замахнулась на неё подушкой хозяйка.
— Ай!
Насколько я знала, обычно в аристократических семействах, а уж тем более в Великих Домах даже слугам «ближнего круга» редко позволяется выходить за рамки довольно строгих правил этикета. Возможно, Дом Дарнли представлял исключение из правил, тот же черно-белый секретарь Королевского Паука явно представлял куда большую величину, чем безымянное «подай-принеси». В случае же с Мариленой и её личной стайкой горничных, как мне рассказали, катализатором стало появление, а затем отставка мадам Клементины, вызвавшая у всех, кто по долгу службы близко общался и уж тем более, находился в подчинении данной особы, приступ восторга, переходящий в длительную эйфорию. В первую «ночь свободы» служанки решили отпраздновать наступление новой Эпохи совместным распитием горячительных напитков, а самым подходящим для этого местом сочли спальню молодой госпожи… которая не просто дала согласие, но и приняла самое деятельное участие в процессе. Кое-что перепало и на мою долю — часть восторга и обожания, а не спиртное. От запасов алкоголя к утру осталась лишь куча пустой посуды, спешно распиханная по всевозможным укромным уголкам и теперь наполняющая спальню Марилены весьма характерным букетом ароматов.
Надо будет выбрать момент и поговорить с кем-нибудь из горничных более откровенно. Позже, когда они перестанут смотреть на «нелюдь ушастую» со смесью восхищения и опасения и начнут воспринимать как нечто более привычное и обыденное. Прислуга сплошь и рядом оказывается бесценным источником информации, который многие склонны недооценива… ох!
— Как с дыханием, мисс Грин? — вторая горничная не стала отвлекаться на битву подушками. — Достаточно свободно или ослабить завязки корсета еще больше?
— Дышать можно, — прислушавшись к своим ощущениям, констатировала я, — а вот есть…
— Во время второго завтрака не принято наедаться. Там подают лишь печенье и сладости к чаю.
— Именно ими я и планирую наестся!
— Но правила приличия… — Эльза посмотрела на меня и вздохнула, — постарайтесь не испачкать платье кремом. Крошки стряхнуть легко, а вот отстирывать кружева от жирных пятен довольно сложно.
— А что, — заинтересовалась я, — будет большой торт?
Увы, но торта на столе в «малой западной столовой» не оказалось. На столике рядом к чайным комплектом стояла лишь тарелка с несколькими крохотными кексиками. Наверняка произведением кондитерского искусства, но я бы предпочла, чтобы количество не компенсировалось качеством.
Зато сегодня на «втором завтраке» отсутствовала леди Беатрис и, судя по радостному оживлению Марилены, это что-то значило.
— Ма не появится?
— Она сразу после завтрака отправилась с визитами, — лорд Реджинальд Нортвуд поправил очки, перевернул газетный лист и принялся изучать вторую страницу «Клавдиумских ведомостей». — Сначала к Эшборнам, затем к Олдервикам. Обещала вернуться к обеду, но…
— … но светская жизнь порой так утомительна и непредсказуема, о да! — подхватила Марилена. — Хочешь поставить пепельницу, Па?
— Если не сложно…
Вскочив, Марилена схватила со своего столика тарелку с кексиками, сунула один в рот, остальные высыпала ко мне и скрылась за дверью.
— Можете взять и мои, если хотите, — неожиданно предложил из-за газеты лорд Реджинальд. — Дни, когда я мог безнаказанно потреблять сладкое и мучное, давно минули.
— Спасибо, сэр, я…
Дверь снова хлопнула — Марилена ворвалась обратно, с торжественным видом неся перед собой бронзовую пепельницу на витой чугунной ножке. Следом один из слуг, пожилой мужчина, чем-то смутно напомнивший мне секретаря Джотто, нес на подносе коробку сигар и спички.
— Благодарю, Чарльз, — произнес лорд Реджинальд. — И да, курить можно всем, если кто еще пожелает. Ри упоминала, что вы предпочитаете трубку, так что…
— Па! — Марилена топнула ногой… затем подскочила и обняла отца за шею, причем так, что со стороны это напоминало удушающий прием. — Фейри сейчас подумает невесть что! Будто я только и делала, что все-все про неё наушничала и кляузничала!