Андрей Торопов – Странники (страница 55)

– Я же просил, Джон, – строго, как родитель нашкодившему ребёнку, объяснил Джейкоб. – Просто расскажите. Не надо никому усложнять жизнь… тем более и без того такую короткую.

Немного отдышавшись, Джон ответил, уже заранее понимая, какой будет реакция.

– Проще вроде и некуда. Последний раз я Амира видел на собрании у Вазира.

Пока тело Джона содрогалось и корчилось в приступах боли, мозг его отстранённо размышлял на тему того, что именно сделало второй удар здоровяка настолько более болезненным, чем первый. Была ли причина чисто физиологической, или он действительно ударил настолько сильнее? Или дополнительно сыграл психологический фактор, поскольку Джон уже примерно представлял, что его ждёт, и подсознательно готовился к боли?

Когда Джон продышался, он уже заранее начал морально готовиться к продолжению пытки.

– Он точно врёт? – с сомнением спросил у Джейкоба здоровяк, видимо не привыкший, что кому-то требовалось больше одного тычка с его стороны.

– Да откуда я знаю? – с досадой выплюнул Джейкоб.

– Ну и любопытство у вас, Джейкоб, – сквозь зубы произнёс Джон, стараясь игнорировать привкус желчи во рту. – Зачем же такие варварские методы, если вы сами не уверены?

– Я не уверен, – признался Джейкоб. – Но вот Вазир почему-то вполне себе. Сначала он утверждал, что Амир вообще не должен был появиться на вашей первой встрече и едва не свернул весь этот цирк из-за такой ерунды. Теперь он утверждает, что раз он там был, то и здесь должен появиться непременно, да ещё и вместе с вами.

– Тяжело вам с таким начальством, – отметил Джон.

– Вазир мне не начальство, – Джейкоб огрызнулся даже злее, чем Джон от него ожидал. – Был бы начальством – было бы даже проще. По крайней мере, в таких вопросах. В общем… или чистосердечно рассказывайте, куда дели Амира, или Прохор из вас это выбьет. Либо же просто выбьет дух. Так ведь, Прохор?

Джейкоб как бы вопросительно посмотрел на здоровяка. Но тот вдруг, к общему их с Джоном удивлению, отрицательно покачал головой.

– Не, я его больше бить не буду. А то помрёт.

Брови Джейкоба удивлённо взлетели вверх.

– Но… это же вроде тоже входит в наши планы?

– Входило, – согласился Прохор. – Теперь уже нет. Вазир его продал.

Лицо Джейкоба выглядело так глупо, что даже несмотря на свою незавидную ситуацию у Джона невольно поднялось настроение.

– В смысле – продал?! – Джейкоб даже начал привставать со своего стула, но потом опомнился и сел на место. – Каким образом подобное решение было принято без моего участия?

– Там клиент как-то внезапно нарисовался, – объяснил Прохор, явно не сожалея и не оправдываясь. – Да вы не волнуйтесь, Джейкоб. Они сделают ровно то же самое, что мы и планировали, только ещё и заплатят.

Джейкоб молчал примерно с минуту, очевидно пытаясь принять какое-то решение.

– Не знаю, почему Вазир вдруг решил устроить этот аттракцион жадности, но думаю, что подобный риск не сопоставим с потенциальной выгодой. Если ему так нужны эти деньги, я заплачу их из собственного кармана.

– Семь миллионов франков, – меланхолично озвучил сумму Прохор.

– Сколько?! – В этот раз Джейкоб удивился куда как больше, чем в первый. – Семь миллионов? Да кому он нужен за такие деньги?

Джон навскидку подумал как минимум о четверых, кто мог бы предложить такой гонорар за его голову. Был ещё пятый, но за живую голову он не предложил бы меньше десятки. Новость вызвала у Джона противоречивые чувства. С одной стороны, если его будут передавать кому-то ещё, может появиться шанс сбежать. С другой – такие деньги никто не платит, чтобы просто убить. Джейкоб, словно прочитав его мысли, снова повернулся к Джону и криво ухмыльнулся.

– Даже не представляю, на какое количество кусочков вас собираются разрезать за такие деньги, Джон. Думаю, по франку за кусочек как минимум.

– Да не завидуйте вы так, Джейкоб, – в тон ему ответил Джон. – Может, и за вашу шкуру дадут когда-нибудь пару центов. А если ошибутся в оценке, то и пару франков.

Уголок рта у Джейкоба заметно дёрнулся, и он торопливо почесал переносицу, стараясь скрыть эмоции.

– Зря вы так, Джон. Мне вот вы всегда были симпатичны, особенно на фоне остальных исполнителей. Коллеги ваши, знаете ли… Кто-то мясник, кто-то маньяк. Кто-то просто настолько жадный, что готов матушку удавить за звонкую монету. Ему бы в коллекторы лучше, а он в убийцы подался. А вы, Джон, были чуть ли не единственным, кто не брался за любой заказ, который я предлагал. Бесили меня таким подходом, конечно, но и уважение заслужили именно этим.

– Я польщён, – без тени благодарности ответил Джон. – Обещаю, что если у меня будет возможность выбрать, убью вас за это последним. Из уважения.

Джейкоб на секунду замер, потом сдавленно и наигранно хохотнул.

– Вы, Джон, разговариваете, как герой древних киношных боевиков. Сейчас таких даже уже и не снимают – слишком уж нелепо и наивно выглядели бы их герои. Хотя, знаете, я вам даже на секунду поверил. Может, благодаря вашей репутации. А может, это как с комедийным стендапом: вживую смотреть смешнее, чем в записи.

Словно что-то вспомнив, Джейкоб оглянулся на Прохора.

– Когда там эти ваши… клиенты за ним приедут? У нас самолёт через восемь часов.

– Должны до четырёх здесь быть.

Джейкоб нервно поёрзал на стуле, потом потёр ладони о колени.

– Не нравится мне всё это, – сообщил он Прохору. – Вообще не нравится. Может, это… вколем ему овердоз по-тихому и скажем, что так и было? Ну, заплатят меньше, зато и рисков никаких.

Прохор опять отрицательно покачал головой.

– У них условие было, что заплатят только за живого. За мёртвого даже спасибо не скажут.

Джейкоб коротко, но внятно выругался.

– Да не беспокойтесь вы, Джейкоб, – сказал ему Прохор. – Там профессионалы приедут. Ну… должны, по крайней мере. За такие-то деньги. Сделают всю грязную работу за нас.

– Я запачкаться не боюсь, – сообщил ему Джейкоб. – Чем я всё время до этого занимался, по-вашему? Я просто не хочу оказаться в роли злодея-идиота, который сначала рассказал все свои планы герою, а потом, вместо того чтобы спокойно его пристрелить, бросил в бассейн к акулам, откуда тот вынырнул посвежевшим и отмытым.

– Вы и рассказали-то не бог весть что, – отметил Прохор, и здесь Джон, к его большому сожалению, вынужден был согласиться.

Джейкоб встал и вернул стул на его прежнее место. Потом они с Прохором вышли, захлопнув дверь и лязгнув замком напоследок. Оставшись в одиночестве, Джон ещё раз оглядел свою «камеру». Видно было, что место выбрано со знанием дела: практически пустое помещение без крупной мебели – не за что зацепиться не только руками, но даже взглядом.

Толстая цепь, на которой он висел, была закреплена как на потолке, так и на полу, лишая его всякой возможности подтянуться на ней или раскачаться. На ноги ему надели металлические кандалы с гуманными резиновыми вставками. Так что он не столько висел, сколько стоял, хоть процесс и не был совершенно безболезненным. Дёргаться смысла не было: замки ему не сломать, а вот полностью выбиться из сил, пытаясь это сделать, можно было за весьма непродолжительное время.

Единственное, что он мог сейчас сделать, – это дать себе отдохнуть до прихода заказчиков. После часов, проведённых без сознания, он уже чувствовал себя лучше, чем когда только прибыл в Клин, но кратковременная кома всё-таки не смогла заменить полноценный отдых. А если в будущем ему всё-таки предоставится шанс за себя постоять, его лучше встретить с новыми силами.

Понемногу Джон расслабил каждый мускул, который не поддерживал его равновесие, и сначала нормализовал, а потом и замедлил дыхание. Прикрыл глаза. Подумал, надо ли дать установку организму, чтобы тот проснулся через час или два, но решил, что в этом нет необходимости. Даже если он будет бодрствовать в тот момент, когда за ним придут, это не даст ему никакого преимущества.

Спустя пять минут с момента, когда Джейкоб с Прохором покинули «камеру», Джон уже спал.

***

Проснулся он всё от того же лязгающего звука, с которым открывался замок его импровизированной тюрьмы. В этот раз не было никакого смысла скрывать, что он в сознании, и Джон лишь слегка щурил глаза, привыкая к неяркому свету. Ещё до того, как кто-то вошёл в «камеру», он услышал раздражённый голос Джейкоба.

– Вы должны были приехать до четырёх, а сейчас почти пять!

– Та-а-ак про-о-обки… – раздался в ответ неуверенный, заикающийся голос.

– Надо было раньше выехать, раз пробки.

– Та-а-ак бы-ы-ло у-у-же поз-дно ра-а-аньше вы-е-з-жать…

В комнату вошли трое. Сначала Джейкоб, за ним – широкий, мускулистый коротышка, и, наконец, высокий и худой, как жердь, мужчина, лицо которого нездорово отливало желтизной.

– Не скучали тут, Джон? – с наигранной весёлостью поинтересовался Джейкоб. – Мы уж думали, не дождёмся эту… транспортную компанию.

– Да не юлите, Джейкоб, – Джон тоже добавил веселья в голос, но почувствовал, что переигрывает, и добавил уже спокойнее: – За семь миллионов франков подождали бы.

Коротышка и Жёлтый быстро переглянулись между собой, а Джейкоб почти моментально покраснел от злости.

– Се-е-мь ми-ил-ли-о-о-нов? – недоверчиво переспросил Жёлтый.

– Да кого вы слушаете? – почти что прошипел Джейкоб. – Он вам что угодно сейчас расскажет, лишь бы вы бдительность потеряли. Лучше не отвлекайтесь.