Андрей Ткачев – Проклятый ранкер (страница 21)
— А два — это значит, что я стал в два раза сильнее? — заинтересовался я.
Было бы, конечно, интересно иметь возможность сравнивать свои характеристики с другими, но видеть визуальные результаты своих стараний тоже неплохо. Одно дело всё же просто их чувствовать, а другое, когда тебе кто-то другой говорит, что ты действительно стал лучше.
— Приблизительно, но в целом да.
— Хорошо, а что за RP? — перешёл я к следующему непонятному мне показателю.
— «Ranker Point», — с готовностью пояснила Артемида. — За убийство монстров определённого ранга вам дают «опыт». Точнее, это магическая энергия, которую пробуждённые используют для своего развития, но по определённым причинам в интерфейсе она обозначается как опыт.
Ага, знаем мы эти особенности — просто большой процент пробуждённых был среди подростков и молодёжи в целом. Так что «прокачаться на монстрах» у них куда привычнее, чем просто убить монстров. Да и такое отношение позволяет отчасти избавиться от стресса и представлять всё это как игру. Пусть это не совсем хорошее решение, но оно зашло в массы и теперь сомнительно, что будут что-то менять. Уже то, что мои данные были представлены чипом как характеристики из игры, о многом говорит.
— Суть проста, — между тем продолжила моя виртуальная помощница, — Когда пробуждённый накопит в теле определённое количество этой энергии, её можно пустить на развитие своих характеристик или на усиление имеющихся способностей. Обычно у пробуждённых эта энергия используется спонтанно, но благодаря чипу она откладывается в виде RP и может быть использована по усмотрению пробуждённого. Скажем так, направлена в нужное русло
— А я, значит, эти RP зарабатывать не могу? — снова сверившись с таблицей, спросил я.
— Нет. Как я уже сказала — это энергия, а ваше тело не способно её аккумулировать.
— Ладно, — вздохнул я, направившись в душевую. Артемида последовала за мной, но я жестом её остановил. — Спасибо за компанию, но если у тебя случайно нет функции материальной оболочки, то я хотел бы побыть в одиночестве.
Пройдя в ванную комнату, я собирался пройти в душевую кабинку, но в последний момент взгляд зацепился за что-то в зеркале, заставив меня остановиться и внимательно всмотреться в отражение.
— Что-то не так, Стас? — послышался голос помощницы из другой комнаты. Причём я понимал, что чип находится во мне, и она всё равно рядом, но умная виртуальная личность делала вид, что всё не так. — Я заметила, что у вас участился пульс.
Но я ничего ей не ответил. Как и с Чеховой, я просто не мог физически, даже мысленно описать, что именно я видел перед собой.
Надписи. Те самые, что я видел вокруг «Пожирателя Проклятий». Я думал, что их больше нет, что они ушли, но они всё ещё были вокруг меня. На стенах, полу, даже на мне самом. Но всё это я видел только через зеркало.
Глава 14. Эксперименты
Странное чувство, когда ты понимаешь, что с происходящим что-то не так, и при этом не можешь описать, что именно с тобой творится. Это как неожиданно стать полностью немым и не иметь возможности по-иному донести свои мысли. Я никогда до этого не думал, что мне так важно общение, но вот сейчас невозможность поделиться своими переживаниями угнетала меня.
Это состояние необычайно чутко отслеживала Артемида, но даже она, кто, казалось, должен был чуть ли не читать мои мысли, не могла в этом помочь. Она просто не ощущала того же, что и я, и могла реагировать только на изменения показателей тела и моё психологическое состояние.
И всё же окольными путями, но я смог донести кое-что до учёных из «чёрной зоны» этого центра. Проклятие мешало мне сказать им что-то напрямую, но если приложить определённую фантазию, то и из такой ситуации можно найти выход.
В первую очередь я вспомнил про эти странные символы. Понимая, что не могу их написать сам, стал искать нечто похожее в различных языках мира, и в итоге мне подвернулась удача. Спустя почти полдня долгого и упорного труда, в котором никто не мог мне ничем помочь, я смог вывести ту самую фразу, которую видел в зеркале. Да, с небольшими искажениями, но всё же.
Вот только итог у всего этого был вовсе не тот, на какой я рассчитывал.
— Это бессмыслица, — заявил специалист-лингвист, которого специально привлекли «Буревестники». — В этой фразе не больше смысла, чем в детских каракулях. Просто набор символов, без какого-либо смысла.
Я был с этим категорически не согласен.
— Хотите сказать, что я… — попытка сказать «вижу эти символы» не увенчалась успехом.
— Мы тебя поняли Стас, не напрягайся, — мягко произнесла Варвара и жестом показала, что я могу не продолжать, раз это все равно ничего не даст. — Стас уверен, что ВИДИТ эти символы, понимаете? И если «Пожиратель Проклятий» их ему показывает, значит, в этом есть какой-то смысл.
— Если он и есть, то мне его понять не дано, — пренебрежительно бросил лингвист, поднимая руки.
Похоже, мужчину зацепило, что в его способностях сомневаются, либо кто-то сильно что-то мнит о себе.
— Может, эти символы просто похожи? — предположила Чехова, задумчиво рассматривая то, что я попытался воспроизвести. — В конце концов, он не может их нарисовать, а отталкивался от того, что имеется. Возможно, различия в каком-нибудь маленьком штрихе, или ещё чём-то.
— Возможно, — неожиданно для меня легко согласился лингвист. — Но если так, то я тем более бессилен. Вы платите очень хорошо и, разумеется, я буду пытаться найти логику в этих знаках, но учитывая, что у нас не от чего отталкиваться, то с таким же успехом мы можем гадать на кофейной гуще об их значении. Нужен шифр, ключ к пониманию. Пока я даже не могу определить, к какой языковой группе относится надпись, и само построение фраз непонятно. Пока не видно общей структуры, чтобы делать выводы.
Я сидел чуть в стороне, почти не принимая участия в споре. Сказать что-то новое я не мог, и едва ли моего опыта хватало на то, чтобы внести какую-нибудь весомую лепту. Зато остальные собравшиеся участвовали очень активно, с умным видом смотря на символы.
— Я предлагаю провести новую «встречу», — предложил один из коллег Чеховой. До этого момента я даже не обращал ни на кого из них внимания, так как это были типичные учёные в моём представлении, все на одно лицо. — В тот раз никто не ожидал настолько бурной реакции. Не было ни подходящего оборудования, ни датчиков, способных зафиксировать работу артефакта. Тем более, в нём теперь есть Артемида, и мы легко можем попробовать получить доступ к записям, которые она сделает через его глаза.
— Стоп… что?! — уловил я последний момент из всей его речи. — Вы можете видеть то же, что и я?
— Если ты предоставишь нам доступ — да. Артемида способна транслировать изображение на стороннее оборудование, — прояснила Варвара. — Или ты думаешь, что ранкеры при покорении очередного этажа тратят силы на съёмку? Да и анализировать их действия как-то надо, чтобы понимать, какие попытки необходимо предпринять, чтобы исправить ситуацию к лучшему. Но, разумеется, ты сам должен дать доступ к чипу нашим техникам, без этого разрешения Артемида никому ничего передавать не будет.
Не знаю, что меня больше «обрадовало»: то, что мне придётся вновь пойти к тому странному шару, который меня едва не убил, или то, что мои глаза станут не только моими… Кто знает, что вообще в этот чип засунули… Так что к подобным словам я относился с подозрением.
— Отказаться, я так понимаю, не могу? — сухо уточнил я в первую очередь у Чеховой.
— К сожалению, — кивнула Варвара. — Но в этот раз всё будет иначе. Если что-то случится, наготове будет команда медиков и целители из гильдии. Так что будь уверен, мы тебя вытащим даже с того света.
Эксперимент был назначен на завтрашний день, и едва ли я был этому рад. Проходить он должен был уже не в хранилище проклятых предметов, а в одном из тестовых залов, находящихся в чёрной зоне.
— Как себя чувствуешь? — спросила Чехова, наблюдая за тем, как меня подготавливают к эксперименту.
— Как человек, готовый сунуть голову в пасть акуле, — невесело ухмыльнулся я.
— Если ты сегодня не окажешься на больничной койке, то… как насчёт выбраться в город и выпить по бутылочке пива? — после небольшой паузы неожиданно предложила девушка.
— Это приглашение на свидание? — слегка удивился я, с интересом посмотрев на Варвару, которая в данный момент смотрела на стоящие рядом мониторы и стояла ко мне вполоборота.
— Свидание — это сильно сказано, — стрельнув в мою сторону глазами, произнесла она, вновь вернувшись к показателям. Убедившись в чём-то, пробуждённая повернулась ко мне. — Скорее, моя попытка загладить вину. Ты хороший парень, и мне не хочется тебя втягивать во всё это. Но, к сожалению, ни у меня, ни у тебя нет иного выхода, кроме как принимать участие в этом. Так, ты не против?
— Нет, — немного подумав, согласился я. В какой-то мере я даже был благодарен Варваре за то, что она задала такой вопрос, хоть мы и оба осознавали, что у меня всё равно нет выбора. Но его иллюзия помогала несколько привести мысли в порядок, будто я контролирую ситуацию. — Только одна проблема. Мне ведь нельзя покидать подземную часть комплекса до завершения эксперимента?