Андрей Ткачев – Накопилось! (страница 1)
Андрей Ткачёв
Накопилось!
© ООО ТД «Никея», 2025
Глава 1. Писание
Если мы возьмем звездолет, который летит со скоростью, близкой к скорости света, то увидим, что от технической сложности машины не зависит, какими будут конфликты между членами экипажа, – они не изменятся.
Все равно там будут зависть и ревность; там будут Каин, Авель, Иуда, Вирсавия, старцы… Полностью сохранится матрица библейских взаимоотношений. Поэтому Библию нужно читать, даже если ты летишь в звездолете к неизвестным планетам. Она тебе поможет разобраться с людьми, без чего летящая машина собьется с курса, влетит в ближайший метеорит и все разрушится.
У нас храмы стоят, колокола звонят,0 мощи лежат, хоры поют, а проповедников (как и всегда было) очень мало. Единственное отличие сегодняшней эпохи от прошлых времен в том, что если ты прочел проповедь где-нибудь в Красноярске, то через полчаса ее можно услышать в Калининграде. А раньше каждый город должен был иметь своего проповедника.
Святитель Димитрий Ростовский – один! – что мог он тогда дать всей огромной России? За пределами Ростова Великого его никто не знал. А теперь у нас информационная эпоха, но безрыбье по части проповедников. Жил бы Димитрий Ростовский сейчас – вся Россия слушала бы этого святителя. Был бы сейчас жив Блаженный Августин – был бы он где-нибудь архиереем и закрыл бы собой все русскоязычное информационное пространство. И мы бы слушали только его.
Проповедуя Евангелие, человек зарабатывает себе тысячи врагов. Их уязвляет евангельское слово, которое попадает в них. Я недавно прочел у одного священника, который много лет проповедовал в англоязычной среде: «Если ваша проповедь никого не трогает, то в ответ на вопрос „как вам проповедь?” человек ответит: „В этом храме очень красиво поют”. Это значит, что то, что сейчас говорили, ему до лампочки. Ваш собеседник не будет говорить „плохо” или „хорошо”, он просто даст понять, что ему все равно. Но если вдруг он вскочит и скажет: „Да что он там несет?! Что это он себе позволяет?!” – то тогда вы попали. Ваша проповедь достигла цели».
Когда, будучи узником, апостол Павел плыл на корабле, то корабль попал в бурю. Четырнадцать дней все бывшие с ним не ели и не пили, боролись с ветром во тьме, выбросили весь груз с корабля. И Павел взял хлеб, разломил его, возблагодарил Бога, вкусил сам и раздал всем своим спутникам. Сказал:
«Призываю вас не падать духом, потому что никто из вас не погибнет». Кругом буря, корабль шатает, а апостол Павел преломляет хлеб. Так вот, на корабле, который болтает по штормовым волнам, надо совершать Евхаристию. Это главная задача Церкви – совершать Евхаристию и проповедовать Евангелие.
Какие чувства возникают в душе твоей, когда звучит имя Авраам? Ответ на этот вопрос может быть всяким: от самого смешного до полностью безразличного. А между тем, когда звучит это имя и имеется в виду тот самый человек, которого в возрасте 70 (!) лет Бог вывел из халдейского города Ур в землю неизвестную, то я («ты, он, она, вместе целая страна»)… мы должны содрогнуться благоговейным трепетом.
Грандиозность этой исторической фигуры достаточно обозначена одним тем, что Бог называет Себя его именем. Его – и его ближайшего потомства. «Я Бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог Иакова» (Мф. 22:32). Можно ведь сказать: Бог океанских глубин; Бог северного сияния; Бог ледниковой шапки Памира; Бог тайны деления клетки; Бог музыкального слуха… Бог всего величественного и всего тонкого и тайного. Но вместо этого сказано: «Бог Авраама…» Бог бездетного престарелого странника.
Знаю, хорошо знаю, что чтение Библии – не наш конек. Но добавляю: пока. Пока не наш конек. И надо взять сегодня (или завтра) книгу Бытия и прочесть в ней главы: с 12-й по 25-ю. И, будучи прочитанной, эта партитура породит в вашей голове звучание величественного хорала!
Знакомство с текстом об Аврааме – это Божия заповедь. Ибо сказано: «Послушайте Меня, стремящиеся к правде, ищущие Господа! Взгляните на скалу, из которой вы иссечены, в глубину рва, из которого вы извлечены» (Ис. 51:1). Это об Аврааме. Он велик, как скала, и глубок в терпеливом смирении, как пропасть.
Апостол Павел в Послании к римлянам (см. Рим. 4:17) говорит об Аврааме, «который есть отец всем нам». А мы, признаться, и думать не думали, что между нами и Авраамом есть какое-то родство. Да не какое-то, а прямое родство отца с детьми. «Познайте же, что верующие суть сыны Авраама» (Гал. 3:7).
Тем, кто думал родством с Авраамом гордиться, сказано Предтечей, что Бог из камней может сделать детей Аврааму. Да и Сам Спаситель детьми диавола называл тех из иудеев, кто родством хвалился, а покаяния и веры не имел. Так что вопрос не о гордости от родства, а о ее отсутствии.
Вопрос в том, что, заходя в область веры Христовой, веры в Иисуса, сына Давидова, сына Авраамова, мы настолько должны войти в духовное дружество с этим героем веры, что и о будущей жизни не можем помыслить без памяти о нем.
«Говорю же вам, что многие придут с востока и запада и возлягут с Авраамом, Исааком и Иаковом в Царстве Небесном» (Мф. 8:11). Вчера принял в подарок книгу с комментариями на проповеди Иоанна Златоуста. Нашел интересное место, где святитель описывает жизнь Лота в Содоме. Известно, что, как и его дядя – Авраам, Лот принимал странников. Таким образом, он оказал гостеприимство ангелам, спасшим его с семьей от небесного огня.
Златоуст пишет, что гостеприимство Лота было «охранительным». То есть Лот знал, что содомляне – неистовые развратники. И он желал спасти какого-либо путника от ночевки в домах местных жителей, ибо там человек почти наверняка стал бы жертвой гомосексуального поругания. Содомляне всем городом искали «новеньких». В дело были вовлечены и стар, и млад, все возрасты, весь город. Потому-то и сожжен был беспощадно весь (!) город. Друг друга они давно уже «познали» и с угрозами приступали к дому Лота.
Такой нюанс расцвечивает добродетель Лота совершенно новыми красками. Это не просто сострадание к неизвестному путнику, но и тревога о неприкосновенности человека при угрозе от развратников.
Далее Златоуст бичует содомию, говоря, что это двойное предательство, или война против обоих полов. Содомит не становится женщиной. Он копирует поведение блудницы, вступая в спор с женской природой. Свою же мужскую природу он несказанно позорит. Таким образом, он изменяет своей мужской природе и смеется над второй – женской. А в мире, кроме мужчин и женщин, нет более никого. И содомит попросту выпадает из человеческого рода, зажигая гееннский огонь. Это предатель естества. Он уже не мужчина и не женщина, но враг обоих. Саму серу с Неба Златоуст считает лишь внешней манифестацией огня, уже зажженного самими содомлянами.
Очень сильный и точный текст. Любопытно, что святитель рассуждает с ужасом и о том, что в его времена было невозможно даже в теории, а в наше время уже вошло в практику. Это вынашивание мужчиной ребенка и хирургическая смена половой принадлежности.
Было бы крайне интересно услышать святителя, живи он сейчас! Фактический материал дал бы ему много тем для слова. Не исключено, что Златоуст бы замолк в ужасе от происходящего и в молчании ждал бы неизбежного огненного наказания. Не исключено, что его повторно изгнали бы те, кого он обжег словом правды.
Как бы то ни было, святоотеческие тексты звучат актуально не только в своей эпохе, но – содержа пламенное исповедание Истины – сохраняют актуальность в любое человеческое время. До тех пор пока оно остается человеческим.
Лаван говорит Иакову: «Есть в руке моей сила сделать вам зло» (Быт. 31:29).
А какова эта сила? Подобная силе нашей – или больше?
Вот Елисей пашет на упряжке волов, а Илия, проходя мимо, призывает его на нечто большее. Елисей «взял пару волов и заколол их и, зажегши плуг волов, изжарил мясо их, и роздал людям, и они ели. А сам встал и пошел за Илиею, и стал служить ему» (З Цар. 19:21).
Теперь представим эту сцену воочию. Шутка ли – заколоть пару волов? Потом освежевать, разделать… Иди, попробуй. Да большинство людей после такой работы будут в лежку лежать от усталости. Волов! Не куриц! Потом, что значит «зажег плуг»? Ведь не спичками же и не зажигалкой зажег. За такими простыми словами, как «заколол», «разжег», «изжарил», стоит колоссальная работа, большинству наших современников неизвестная и неподъемная.
Или вот Гедеон получает приказание от Господа: свалить жертвенник Ваала, потом срубить некое священное дерево, потом воздвигнуть новый жертвенник Господу и принести «во всесожжение» на дровах дерева, которое он срубит, двух тельцов Ему в жертву (см. Суд. 6:25–28). С Гедеоном было еще десять человек. Но все равно: один жертвенник свалить, другой поставить, зарезать телят, наколоть дрова, разжечь и поддерживать огонь и так далее. Это большой объем физической работы. И он не с кровати пошел на эту работу. Он перед тем выколачивал ячмень в потайном месте. То есть тяжело трудился.