Андрей Телегин – Гремула. Книга 1 (страница 37)

— Сколько я уже здесь? — глядя в пол, спросил Малеус.

— Сейчас начало месяца Лит.

— Где остальные?

— Они в добром здравии. Дожидаются, когда ты очнешься. Эмету не терпится отправиться в дорогу. Он говорит, многое еще нужно сделать, и я согласна с ним.

— Ты знаешь кто он?

— Я знаю, — ответила Мерх. — Он поведал мне о себе и о книге, что при нем. Надо заметить, путь он избрал непростой, как и все, кто идет рядом с ним.

— А кто ты? — Малеус взглянул на женщину.

— Я Мерх, — просто отозвалась та. — Дочь леса, Лесная дева и еще куча прозвищ.

Увидев замешательство на бледном лице Малеуса, Мерх снисходительно улыбнулась.

— Насколько мне известно, сейчас Мистерия занимается шпионажем и стравливанием лордов между собой. Много сил ваша организация тратит на поддержание междоусобиц, отвлекающих внимание от столицы королевства.

Малеус моментально вскинулся. Женщина перед ним говорила то, о чем не должна знать. Однако Мерх не казалась обеспокоенной. Реакция Малеуса на услышанное никак не озаботила хозяйку этих земель.

— Успокойся, — сказала она, вздохнула и прошла по комнате. — Я не осуждаю короля. Он стар и вынужден принимать тяжелые решения. Лорды хотят занять трон, и члены вашей организации служат напоминанием, что этого не следует делать. Но в Королевстве иногда становится слишком много людей, и их поголовье нужно временами сокращать.

— Откуда ты все это знаешь? — настороженно спросил агент.

— Уже и не помню, — отмахнулась Мерх и посмотрела на Малеуса. — Не волнуйся, твои товарищи не знают об этом. Как захочешь, можешь вернуться к ним.

После этих слов Мерх вышла на улицу, оставив Малеуса одного.

Амлия занималась заточкой своей сабли, когда дверь ее домика отворилась. Вошедший остановился и осмотрел скромное помещение с несколькими койками и столом в центре. Его взгляд упал на женщину, которая так же смотрела на него.

— Рада, что с тобой все хорошо, — сказала Амлия. Малеус кивнул, закрыл за собой дверь и прошел в дом. — Мерх сказала, что смогла тебя исцелить, но Ариса…

— Да, — сказал Малеус. — Мне жаль, что с ней не вышло.

С минуту оба молчали. Тишину нарушал лишь скрежет точильного камня по лезвию сабли.

— Где остальные? — спросил агент. — Мерх сказала, Эмет жаждет отправиться в путь.

Амлия улыбнулась, но совсем не весело.

— Старик не может усидеть на месте. Говорит, времени все меньше и нужно поторапливаться. По ночам его мучают кошмары, и он то и дело уходит шататься по лесу. Мерх заверила, что на ее земле нам не грозит опасность, вот старик и гуляет.

— А Зеро?

Амлия отложила в сторону саблю и точильный камень.

— Зеро каждое утро ходит к Зорофу. Посмотреть на его мучения.

— Черт побери! — воскликнул Малеус. — Я и забыл про зверя. Он жив?!

— Да, — ответила Амлия. — Но магия Мерх удерживает его на месте, чтобы он никому не навредил.

— Проклятье, — Малеус присел на пустую койку и взглянул на наемницу. — Но что ему нужно от этого монстра?

— Зороф убил дорогих ему людей, — Амлия вновь взялась за заточку оружия. — Зеро каждое утро ходит к нему, и чем он там занимается не мое дело.

— Ясно, — агент прикрыл глаза, словно задумался о чем-то. — А чертенок куда подевался?

— Бракиш? — Амлия усмехнулась. — Мелкий сказал, что пойдет с нами, когда мы отправимся в путь.

— Да брось.

— И я о том, — согласилась рыжая. — Но чертенок заверил, что хочет помочь.

— И вы поверили ему?

— Эмет поверил, — ответила женщина. — А раз Бракиш убедил старика, стало быть, что-то в этом и правда есть.

— Не поспоришь, — согласился агент. — И когда в путь?

— Мы ждали только тебя, — ответила Амлия.

Зеро шел через лес, уверенно и не опасаясь. Сейчас утро, а это значило, что пора кое-кого навестить. Мерх сказала, что ее сил недостаточно, чтобы убить Зорофа, но это не столь плохая новость, как могло показаться вначале. Как выяснил Зеро, оборотень прекрасно чувствует боль, а то, что его раны почти мгновенно исцеляются, делает забаву бесконечно долгой. Да и сам зверь со временем растерял значительную часть своих сил, что уже не делает его столь опасным. Зеро уже несколько дней не видел Зорофа в обличье чудовища.

Наемник глубоко вдохнул прохладный утренний воздух, отметив, что осталось совсем немного. Подняться в гору, а там будет видно переплетение корней, удерживающих чудовище. Наемник часто задумывался о прочности этих корней и о том, как долго смогут они сдерживать монстра. Мерх заверила, что оборотень никуда не денется, однако сам Зеро не верил ведьме на слово.

Поднявшись, Зеро выдохнул и посмотрел на висящего в корнях Зорофа. Грязное неподвижное тело, крепко схваченное жесткими прочными корнями. Из таких пут, казалось, невозможно выбраться.

Зеро взглянул на убийцу своих родных и оторопел от увиденного. У Зорофа не было головы. В серой утренней дымке отчетливо виделась зияющая рана и стекающая по телу вниз черная гадкая кровь.

Наемник потерял дар речи, но спустя несколько секунд пришел в себя и стал неуверенно приближаться. Обнажил меч и быстро осмотрелся. Никого кроме него и висящего над землей мертвеца, кем и был сейчас Зороф.

Зеро осторожно проверил, не без омерзения потыкав бледное тело острием. Но и без этого было ясно, оборотень мертв. Отсутствие головы на его теле говорило об этом слишком красноречиво.

Осмотревшись, все еще ошарашенный случившимся, Зеро нашел и голову. Длинные черные волосы спутались, закрыв лицо. Наемник, сморщившись, убрал их кончиком клинка, чтобы посмотреть на предсмертное выражение лица покойника. К удивлению Зеро, на бледном лице оборотня был ужас.

— «Что, черт возьми, произошло?», — Зеро стал, осматриваясь отступать назад. И хоть нужно было следить за окрестностями, наемник не мог глаз отвести от висящего в корнях тела. Оно мертво, это точно. Зеро уверен в этом.

Когда Зеро отошел достаточно, чтобы тело скрылось из виду, он, наконец, нашел в себе силы развернуться и бросился обратно в поселение ведьмы. Кто бы ни прикончил чудовище, он может быть еще рядом.

Эмет постучался и вошел в просторный круглый зал, в центре которого стоял алтарь, в виде расписанного гладкого камня. Этот камень, как видел Эмет, использовался Мерх в качестве стола, во время исцеления агентов.

Стоящая рядом с алтарем, хозяйка этих земель, не сразу обратила на старика внимания. Ведьма была чем-то занята, и хранитель Гремулы не решился отвлекать ее, хоть она сама и позвала его к себе.

Наконец, Мерх отвлеклась и посмотрела на гостя. Тот скромно стоял практически у самой двери, не решаясь ступить дальше. В глазах старика отражалось сомнение и опасение.

— Ну что же ты, — улыбнулась женщина. — Проходи.

— Да, — Эмет кивнул и подошел ближе. — Зачем ты позвала меня?

— Поговорить насчет твоих кошмаров, — голос Мерх звучал так приятно и безобидно, что старик успокоился, хоть предложенная ведьмой тема и была далека от комфортной ему.

— Все, — старик помялся, — нормально.

— Не ври, — ответила ведьма. — Расскажи мне о том, что видишь в своих снах.

Эмет отвел взгляд, глядя куда-то в сторону.

— Я заметила это почти сразу же. Твои спутники тем более не раз видели, как ночами тебя одолевают кошмары. Когда-нибудь тебе придется рассказать им об этом, но сперва поведай мне и быть может я смогу помочь.

Старик все еще в нерешительности молчал. На его лице отражалась внутренняя борьба. Хотел ли он говорить? Да. Но и не желал одновременно. В душе хранителя искрилась слабая надежда на избавление, на то, что лесная дева сможет помочь. Но знал хранитель и то, что Мерх тут бессильна, а путь к освобождению всего один. Вернее, их больше, но лишь единственный из них был более-менее по душе хранителю.

— Это ведь связано с книгой? — спросила Мерх. Эмет взглянул в ее глаза, вновь удивившись, как молодо она выглядит. Сейчас примерно такого же возраста была бы его дочь, будь она жива.

— Да, — кивнул старик, сдавшись. Надежда в его сердце победила. — Я вижу сны, в которых ко мне приходят чудовища. Они являются из разных мест и миров. Не все из них внутри Гремулы, но они как-то находят меня и угрожают, а другие предлагают союзы и сделки. Каждый раз, стоит сомкнуть веки.

Глаза Эмета расширились.

— Я даже успел выучить некоторых по именам!

Видя, как занервничал старик, Мерх прикоснулась к его лицу. Ее руки оказались теплыми, а прикосновения успокаивающими. Эмет мысленно очутился дома, ощутил на своей коже теплые лучи солнца.

— Покажи мне, — шепнула Мерх.

— Я не могу, — выражение лица Эмета стало жалким. Он замотал головой, но Мерх, хоть и не давила, но была непреклонна.

— Я буду рядом, — сказала она. — Тебе ничего не грозит.