Андрей Сухоруков – Мир Героев. Корабли идут клином (страница 28)

Не знаю, как остальные я мгновенно ослеп и оглох. Единственное что я смог сделать – это инстинктивно вцепиться в скамью, да начать молиться всем реальным и нереальным богам. Может мне показалось, но когда я, истово молясь, что-то пообещал Отцу Битв, то гром с молнией тут же повторились. И как прикажете это понимать? Вот чего я там пообещал, и действительно ли это стало причиной или это просто совпадение?

Фьёльнир великий кормчий. Не устаю это повторять. Ему все-таки удалось нас вывести из-под основного удара шторма. Нас он захватил самым своим краешком. Потрепало нас конечно сильно, но хоть не утопило. Правда напоследок шарахнуло молнией прямо в мачту. И кажется причиной этого все-таки стал я. Я почти уговорил себя, что гром и молния в ответ на мою молитву были просто совпадением. Небо кажется обиделось и явно показало мне, что я был не прав. Все я понял, виноват, исправлюсь. Осталось только вспомнить свое обещание. Точно придется идти на поклон к вёльве.

Потрепанный, но не побежденный «Дреки» вырвался из штормового плена и с гордо поднятой драконьей головой продолжил свой путь на юг. Земли галатов все ближе.

Глава 13

Во время путешествия на юг, мне удалось значительно расширить и пополнить свою карту несмотря на то, что Фьёльнир прокладывал наш путь подальше от крупных островов. А вот мелких островов вокруг оказалось в изобилии. Большинство из них были необитаемы. Вполне возможно, что часть со временем займут игроки, основывая свои поселения, возводя клановые постройки и строя временные базы. На одном из таких безлюдных островков мы и высадились, чтобы пополнить припасы, отремонтироваться и немного прийти в себя после пережитого шторма.

На острове оказался в наличии лес, ручей с питьевой водой, и удобная бухточка, чтобы вытащить «Дреки» на сушу и заняться осмотром повреждений. Сразу после высадки и вытаскивания корабля на берег закипела бурная деятельность. Альвгейр повел своих стрелков в лес на охоту. Вифрид занялся разбивкой временного лагеря и готовкой пищи. Бреки и Хвидульф отправились со своими людьми тоже в лес, валить деревья. «Дреки» надо было приподнять. Чтобы как следует все осмотреть. Ну а я и Фьёльнир занялись осмотром корабля и проведением инвентаризации.

Первый беглый осмотр показал, что мы очень легко отделались. Пара тройка сорванных с креплений щитов, порванные веревки такелажа, трещины на веслах. А потом я поднял глаза вверх на парус и понял, что пробудем мы островке несколько дольше, чем планировалось изначально.

Не знаю в какой именно момент молния шарахнула нам в мачту. И вот вроде по всем законам физики дерево ну нисколько не проводник, а молнии в отдельно стоящие высокие деревья лупят с завидной регулярностью. Вот и наша мачта стала тем самым отдельно стоящим деревом на бескрайней шири моря-океана. Обидно, досадно, но ладно. И чудится мне, что это зримое напоминание Отца Битв, о данном ему обещании. И самое дурацкое во всей этой ситуации то, что я так и не могу вспомнить, что я там обещал. И есть у меня внутренняя уверенность, что не к вёльве надо будет первым делом ехать по возвращении из похода, а к гидье Сване в храм.

Я попытался после постройки храма в Айсборге уговорить ее переехать в город, но она наотрез отказалась покидать священную рощу. Хорошо, хоть прислала для проведения обрядов одну из своих учениц. С точки зрения укрепления моей власти хёвдинга, даже такая подвижка в религиозных устоях на ней очень положительно сказалась. Теперь для проведения большинства обрядов вся округа Айсборга приезжала в город, а не священную рощу.

Естественно, поток серебра в городскую казну увеличился. Не могу сказать насколько этот поток уменьшился для главной гидьи. Мне кажется, что основные повседневные потребности священной рощи покрывались не за счет подношений паломников, а за счет подарков от владетелей городов острова.

Фьёльнир задумчиво смотрел на мачту. Я последовал его примеру. Наконец он очнулся от своей задумчивости.

- Вот даже не знаю, как поступить в этой ситуации, - изрек он, - с одной стороны мачта может сломаться в любой момент, а с другой Отец Битв отметил наш корабль.

- Вот только как именно расценить его отметку? – спросил я, - как обещание помощи в битвах, или как признание нас достойными пополнить ряды его войска в его небесных чертогах?

- А тебе чего бы больше хотелось? – насмешливо уточнил Фьёльнир, пристально глядя на меня из-под седых кустистых бровей.

- Построить дом, посадить дерево и вырастить сына, - известной пословицей ответил я.

- Все-таки ты необычный вождь хёвдинг Андбьёрн Ингварсон по прозвищу Белый Медведь, - немного подумав, сказал Фьёльнир.

- Это почему? – спросил я.

- Молодые мужи твоего возраста в первую очередь думают о славе – спасти дочь конунга, победить дракона, в одиночку сразить полвойска захватчиков, и если в конце всех этих подвигов на них обратит внимание Отец Битв, то они с огромной радостью погибнут, чтобы встать в ряды его небесного воинства, - пояснил свою мысль Фьёльнир.

- А я значит не такой? – спросил я.

- Нет, не такой, - сказал Фьёльнир, - ты не стремишься к вечной славе, у тебя есть чем заняться на земле.

- Это плохо? – не удержался я от вопроса.

- Это необычно, - просто ответил Фьёльнир, - так как поступим с мачтой?

- Нам не помешает проявление божественной воли, объявим, что Отец Битв благословил наш поход, - решил я, - все-таки большинство в такой дальний поход идет впервые дополнительная уверенность им не помешает.

- Хорошо, я похожу по лагерю, разнесу эту благую весть, - согласился Фьёльнир и развернувшись отправился к палаткам.

Моего присутствия возле корабля тоже больше не требовалось, и я тоже двинулся к лагерю. Моего носа достиг запах горячей похлебки, на что живот отозвался спазмом предвкушения. Как говорится: «Война войной, а обед по расписанию», а еще говорится: «После сытного обеда полагается поспать». Так что ближайшие планы я для себя определил.

На островке мы провели два дня. Из принесенных из леса сосновых бревен напилили досок. Доски сложили в трюм пусть пока лежат и сушатся. Хотя в морском походе это и затруднительно. Из трюма забрали доски, которые взяли с собой. Ими заменили несколько досок обшивки и пару скамей гребцов. На парус пришили несколько заплаток, Бреки изготовил новые щиты взамен утерянных. Мачту менять не стали. В обугленную часть забили железные скобы, обмотали веревкой и пропитали сосновой смолой, которую предварительно выварили с рыбьим клеем. После всех ремонтных работ дружно спустили «Дреки» на воду и продолжили путь на юг.

Первые несколько дней шли в основном на веслах. Фьёльнир дожидался полного высыхания смеси на веревках, обмотанных вокруг мачты. Потом мы стали по чуть-чуть расправлять парус. Мачта вела себя как обычно. И вот на четвертый день после отчаливания от островка, давшего нам временный приют Фьёльнир приказал распустить парус полностью. Мы встретили это решение с огромной радостью. Урманина, конечно, хлебом не корми, дай погрести, но даже самая вкусная еда надоедает, если ее есть постоянно.

Не успели мы порадоваться, как дальнозоркий Альвгейр порадовал нас снова. Он углядел парус на горизонте. Судя, по его словам, парус приближался к нам. Я приказал Фьёльниру сменить наш курс и идти навстречу парусу. С высокой вероятностью это торговец. Причем смелый торговец. Обычно они ходят целыми флотилиями. Этот идет один, да еще и в такое время года. Даже если мы и не станем его грабить, а мы скорее всего станем, просто интересно что у него в трюмах.

Через некоторое время Альвгейр уточнил, что видит два паруса. Уже интереснее. Но корабль один. Фьёльнир подал голос со своей скамьи рулевого и пояснил, что такое парусное вооружение имеют ромейские торговые суда. Вообще прекрасно. Одинокий ромейский купец, который пробивается сквозь шторма и непогоду и упрямо ползет на север. Он явно везет в трюмах что-то очень ценное. Что-то такое, что может вполне оправдать вынужденное нахождение на севере до весны, когда можно будет отправиться в обратный путь.

Какова вероятность встречи в открытом море двух малюсеньких по его меркам кораблей? Я думаю исчезающе малая. Но в нашем конкретном случае она постепенно приближалась к единице. Южный ветер споро гнал наш драккар навстречу купцу. Ему же приходилось совершать утомительные маневры, чтобы хоть немного продвинуться вперед.

Низкий силуэт драккара позволял нам до поры до времени скрываться в волнении моря от взглядов впередсмотрящих торгового судна. Однако это не могло продолжаться до бесконечности. Над морем раздался истошный звон корабельного колокола, и торговец принялся разворачиваться.

Старик Державин нас заметил и в гроб сходя благословил. Всплыли в голове строчки юного Саши Пушкина. Очень про гроб тут правильные слова. Не бегайте зря перед смертью, умрете усталыми. Это уже слова одного компьютерного журналиста, который много писал про онлайн игры в начале двадцать первого века, кажется его звали Тимур Хорев. Полностью согласен и присоединяюсь. Чем дольше торговец будет убегать, тем сильнее мы захотим его догнать и потом ограбить. Классика жанра.

Рауд построил мне отличный корабль. Хоть у купца было две мачты и соответственно два паруса мы его стремительно догоняли. Вскоре и я смог различить некоторые особенности этого корабля. Система просветила меня, что передо мной дромон – ромейское торговое судно. Кроме двух мачт от имел доставшиеся в наследство от римских прародителей огороженные площадки на носу и корме. В «Мире Героев» никаких римлян не было, так что по местной истории ромеи додумались до всего сами.