Андрей Сухоруков – Мир Героев. Корабли идут клином (страница 30)

Ну и что тут у нас. А тут у нас было все непонятно. Охрана купца состояла из очень хорошо экипированных солдат. Мои воины их конечно теснили, но в основном за счет превосходящего числа. Я увидел среди валяющихся на палубе тел и тела северян. Ну вот без потерь обойтись не удалось. Надеюсь, что не все убиты, а для раненых у нас хватит лекарств и умений лекарей.

В самой гуще схватки мелькала рыжая борода Бреки. Он как огненный ётун размахивал своей здоровенной секирой и от каждого удара защитников становилось на одного меньше. Я стал пробираться ближе, выискивая куда поставить ногу. Внезапно одно из тел возле мачты кинулось на меня сжимая короткий клинок, в окровавленных руках.

Мне откровенно повезло. Опорная нога вражеского воина поехала на луже крови и его выпад прошел мимо. Взмах меча и его рука, сжимающая клинок с глухим стоном падает на палубу. Еще взмах и вслед за рукой падает обезглавленное тело. Я во второй раз вытер пот со лба. Еще бы чуть-чуть и количество железа в моем организме превысило критическую отметку.

Пока я разбирался с неожиданно воскресшим вражеским воином схватка с палубы переместилась на носовую площадку дромона. Так надо торопиться, а то Бреки в горячке боя положит вообще всех. Он хоть и не настоящий берсеркер, но в бою про это вполне забывает. Протолкавшись к лестнице наверх, я взобрался по ней и очутился на площадке.

Бреки удалось удержать. На его руках повисли Хвидульф и Вифрид. Хьёрлейф и Гуннар держали саксы у горла двух оставшихся в живых персонажей. Судя по богатым одеждам один из них купец, а вот кто другой?

Этот другой при моем появлении оттолкнул руку Гуннара и сделал шаг мне навстречу, что-тот проговорив на своем языке. Мне его голос напомнил карканье ворона. Вот же незадача. Как-то я совсем запамятовал, что кроме северян в этом мире есть еще народы и каждый говорит на своем языке. И ромейского языка я не знаю от слова совсем. Нет в юности я запомнил несколько фраз на латыни: «Пара беллум» или «Аут Цезарь, аут нихиль» или «Дура лекс, сэд лекс», но вот чтобы понимать собеседника тут моих знаний явно было недостаточно. Я сделал останавливающий жест рукой. Повернулся к перилам, ограждающим площадку и прокричал: «Кто-нибудь приведите Бреникса».

Бренникс – это тот самый галат, которого нашел Бреки. Галаты чаще взаимодействуют с ромеями, может он сможет объясниться с этим грозным дядечкой. Гуннар снова вернул себе контроль над ситуацией. На скуле дядечки наливался сливовым цветом замечательный синяк. А вот нечего проявлять свою благородную спесь перед лицом злых вооруженных людей, которые в капусту покрошили твою охрану.

Бренникс явился быстро. По ромейски он тоже мог общаться. Вообще нам попался замечательный самородок. Надо с ним договориться на уроки языка. Пока плывем хоть немного надо научиться общаться. Я указал дядечке рукой на Бренникса, мол все что ты до этого выдал мне повтори ему. Придерживая рукой синеющую щеку, дядечка повторил свои вопрос уже заметно спокойнее.

Глава 14

- Какому конунгу ты служишь? – перевел слова ромея Бренникс.

- Я не знаю, как это принято у вас в горах, но у нас на Севере культурные люди сначала здороваются, потом представляются, потом уточняют желает ли собеседник услышать их вопрос и только получив согласие его задают, - выдал я в ответ длинную тираду. К моему удивлению Бренникс не стал ничего уточнять, а сразу принялся переводить. Точно самородок.

После моей отповеди ромей надолго завис. Чтобы придать его мыслям осознанное направление, я спросил, что в моем внешнем виде подсказало, что ко мне стоит обратиться со своими претензиями. А то чувствую себя как в анекдоте: «Что-то отличало Штирлица от жителей Германии. Толи строгая осанка, толи волевое лицо, толи суровый взгляд, толи красная звезда на ушанке, толи парашют, волочившийся за ним».

- Ты больше всех среди твоих головорезов напоминаешь вождя, - наконец ответил ромей.

- Исчерпывающее объяснение, - согласился слегка, ухмыльнувшись я, - но я не услышал ответ на ранее заданные вопросы.

Ромей непонимающе уставился на меня. Да что же тут за искусственный интеллект, если он на простые вопросы не может дать вразумительные ответы. Хотя когда-то давно я побывал в Крыму, в пору, когда он еще был украинским. Жители Поволжья считаются у жителей столицы несколько медленноватыми. Не хочу сказать тормозами, но ритм жизни у нас медленнее, поэтому мы так не частим как москвичи. Так вот эта крымчанка была в разы медленнее чем мы. Вообще я ей позавидовал это же как у нее в жизни все спокойно и размеренно. Пока мне ромей напоминал эту крымчанку.

- Хорошо, начинаем сначала и по порядку, - стараясь держать себя в руках сказал я, - во-первых добрый день, во-вторых, как тебя зовут?

- Не такой уж он и добрый, - буркнул в ответ ромей.

- Ну это с какой стороны смотреть, - засмеялся за моей спиной Бреки. Кажется, горячка боя его уже отпустила. Я сделал жест рукой, приглашая ромея продолжать.

- Прокопий Аквила, спафарий страгега фемы Автоматон Дионисия Федра, - перевел Бренникс.

Я задумался. Слов много, но по звучанию напоминало третий помощник второго могильщика из уст великого комбинатора Остапа Бендера.

- Я если в терминах урман? – спросил я и наткнулся на непонимающий взгляд Бренникса.

- В названиях должностей, - поправился я.

- Правая рука ярла, - чуть подумав перевел Бренникс ответ Прокопия.

Стало чуть понятней. С точки зрения статуса мы с ним примерно равны. Рыбак рыбака видит издалека?

- Хёвдинг острова Исэй, служу конунгу Кнуту Железному, люди называют меня Андбьёрн Ингварсон по прозвищу Белый Медведь, - в ответ представился я. Прозвучало не менее пафосно. Итак, статусами меряться закончили можно перейти и к делам.

- Что в трюмах этого корабля? – прямо спросил я.

Наверное, в культуре ромеев очень сильно укоренилось долгое хождение вокруг да около прежде чем перейти к сути вопроса. Прокопий снова завис. Что-то мне это стало надоедать, и я перевел указующий перст на купца.

- Пока это орел витает над горами своего высокомерия, тот же самый вопрос, - спросил я торговца.

- Откуда ты узнал, что значит Аквила, - проблеял Прокопий.

Я от него только отмахнулся. Ну не объяснять же ему, что я в молодости немного увлекался военной историей и просто знаю, как назывался в римской армии воин, носящий знак легионного орла.

- Может много уважаемый хёвдинг согласится обсудить дела в моей каюте? – подобострастно выдавил из себя купец.

- На этом корабле теперь все принадлежит мне, - оборвал я его, -у меня нет секретов от моих людей.

- Я поддержу уважаемого Сергия, и попрошу все-таки уважаемого хёвдинга поговорить в каюте, теперь уже вашего корабля, - влез в диалог отвисший Прокопий.

После этого мне самому стало до безобразия интересно, что они хотят мне поведать.

- Показывайте где тут у вас каюта, - приказал я, - Бреки, Хвидульф и Альвгейр пойдут со мной, остальным очистить палубу от трупов, наших перенести на «Дреки», врагов за борт. Оказать помощь раненым и нашим и врагам. Собрать всё оружие и доспехи. Делить будем после.

Сергий засеменил вперед показывать где тут каюта. Каюта обнаружилась на корме дромона под кормовой площадкой. Небольшая комнатка, где с трудом втиснулись стол, пару стульев и два спальных места. Первым делом глаз выцепил массивный сундук и прежде чем начать разговор я приказал Бреки оттащить его на наш драккар. Купец тоскливым взглядом проводил удаляющегося бородача. Значит в сундуке нас ждет кое-что интересное.

Я уселся за стол. За моей спиной встал Бренникс. Напротив, встали Прокопий с Сергием, а за их спинами Хвидульф и Альвгейр. Через некоторое время к ним снова присоединился Бреки.

- Итак, я вас внимательно слушаю господа ромеи, - сказал я, показывая, что можно начинать вещать о том, как космические корабли бороздят просторы Большого театра.

- В трюме русалки оружие, - первым начал купец, - много оружия.

Я положил на стол свою спату.

- Типа такого? – уточнил я, указав на свой меч.

- Да, и даже лучше, - закивал головой Сергий.

- И кому же вы везли такой замечательный груз? – спросил я, мысленно уже облизываясь. Даже если в слова купца правдивы только наполовину, то я смогу экипировать всех своих людей в превосходные образцы ромейской оружейной мысли, тем самым значительно повысив свои боевые возможности.

- Никому и всем, - таинственно ответил Прокопий, перехватив у купца инициативу.

- Поясни, - попросил я.

- Я не зря спрашивал какому конунгу ты служишь, - начал издалека Прокопий, - я готов отдать тебе тот груз, что предназначался ему, с условием, что ты позволишь нам продолжить путь, а если тебе не чуждо благородство я бы просил сопроводить наш корабль до столицы конунга Западной марки. Ты же потом сможешь отвезти груз своему конунгу и заслужить его благосклонность.

Что-то пока от меня ускользает смысл речей ромея.

- Я уже и так захватил уже весь груз, - сказал я, - какой мне смысл возвращать тебе корабль и часть груза, который я взял в бою?

- А разве хорошее отношение твоего конунга – это недостаточная награда для верноподданного? – удивился Прокопий.

- Я свободный человек, - ответил я, - конунги приходят и уходят, одним служить выгодно, для кошелька и славы, другим не очень. Я свободен в своем выборе и хорошее отношение конунга на Севере не всегда приносит славу и богатство.