Андрей Степанов – ЧВК "МИР" (страница 1)

Андрей Степанов

ЧВК "МИР"

Глава 1. Последний день роты

Жара стояла такая, что металл оружия обжигал ладони даже через перчатки, а вода в пластиковой фляге успевала нагреться до температуры дешевого чая в придорожной забегаловке еще до полудня.

Сержант Владимир Волков лежал за невысокой каменной стеной, подложив под грудь сложенный подсумок, и смотрел на дорогу. Дорога была совершенно пустой, если не считать двух ослов, которые уже минут десять стояли возле высохшего до безжизненной желтизны куста и совершенно не собирались никуда идти. Один чесал морду о собственную переднюю ногу, второй смотрел в сторону позиций Владимира с таким спокойствием, словно всю жизнь провел на этой войне и давно понял, что торопиться здесь некуда.

- Везет же некоторым, - тихо сказал справа ефрейтор Климов. - Живут и не парятся.

Владимир даже не повернул головы:

- Завидуешь ослу?

- У осла обязанностей меньше.

- Не факт.

- Почему?

- Его хозяин может продать. И бог знает, как все переменится.

Климов подумал.

- А нас?

- Нас пока еще не купили.

Ефрейтор усмехнулся и снова прижался к камню.

Это был совершенно обычный разговор. Таких разговоров за последние месяцы были сотни. Люди обсуждали что угодно, лишь бы не говорить о том, что находилось впереди. Говорили о еде, доме, машинах, женщинах, деньгах, начальстве, футболе, погоде, глупостях, которые случились вчера. Особенно много говорили о том, что собирались сделать после возвращения.

Климов хотел открыть шиномонтаж. Старший стрелок Громов собирался жениться, причем уже третий раз обещал это сделать, но каждый раз добавлял, что «сейчас точно». Молодой Лапин мечтал купить подержанную машину и почему-то считал, что для этого ему хватит трех месяцев службы. Пашка Филатов… он хотел просто нормально выспаться.

- Я первое, что сделаю, - говорил он этим утром, когда они чистили оружие, - это неделю буду спать.

- Неделю?

- Ага.

- А есть?

- Потом.

- А если помрешь от голода?

- Значит, высплюсь и помру счастливым.

Филатов сидел тогда на перевернутом ящике, вытягивал из автомата затвор и вытирал его тряпкой. Он был старше Владимира на несколько месяцев, но выглядел так, будто успел прожить еще одну жизнь: лицо обветренное, на подбородке вечная щетина, левое ухо немного оттопырено после старой травмы. Он умел разговаривать с начальством, не вызывая желания его придушить, умел договариваться с солдатами, умел найти сигареты там, где их не было для простых смертных, и почти всегда знал, у кого из местных можно купить нормальный хлеб.

С Владимиром они служили вместе достаточно давно, чтобы обходиться без лишних слов. Сейчас Филатов находился примерно в двухстах метрах левее, на другой позиции. Иногда Владимир видел его в оптику, когда тот вставал, чтобы проверить сектор.

В последний раз он увидел Пашку около одиннадцати часов сорока минут. Филатов поднял руку, показал два пальца и что-то сказал своему бойцу. Владимир не услышал.

Потом Филатов повернулся, заметил его и махнул. Волков тоже поднял руку. Это была последняя вещь, которую они сделали друг для друга в тот день.

Через несколько минут над позициями появилась птица. Большая черная птица кружила высоко над дорогой, медленно описывая круги. Климов посмотрел на нее и тихо присвистнул.

- Смотри.

- Вижу…

- Плохая примета.

- Почему?

- Не знаю. Но плохая.

- Очень убедительно!

Климов хмыкнул. Владимир хотел сказать ему что-нибудь еще, но в этот момент услышал звук двигателя. Он сразу перестал смотреть на птицу. Далеко впереди, за изгибом дороги, появился пыльный столб.

Владимир поднял бинокль. Машина. Одна, да еще и двигается слишком быстро. Он наблюдал несколько секунд, затем опустил бинокль.

- Приготовиться.

Голос у него был спокойный, только Климов перестал улыбаться.

- Свои?

- Не знаю.

Сержант поднял рацию.

- Второй, это первый. Движение по дороге. Машина, направление на нас. Прием.

В ответ зашипело, потом раздался голос дежурного:

- Первый, понял. Не открывать огонь до подтверждения.

- Понял.

Владимир снова посмотрел на дорогу. Машина приближалась. Пыль скрывала ее корпус, но теперь было видно, что это не гражданский автомобиль. Высокий кузов, усиленная подвеска, темные стекла.

Климов осторожно прошептал:

- Может, свои?

- Может.

- А если нет?

Владимир посмотрел на него.

- Сейчас и узнаем.

Он не успел сказать большего: машина вдруг остановилась слишком далеко, слишком резко. Владимир почувствовал, как внутри что-то неприятно сжалось.

- Всем внимание, - сказал он в рацию.

В этот момент где-то справа хлопнул одиночный выстрел, потом еще один, и сразу несколько человек открыли огонь. Волков пригнулся.

- Не высовываться!

Пули ударили в камень, посыпалась крошка. Он увидел, как Климов дернулся, прижал руку к плечу и попытался отползти назад.

- Климов!

- Нормально все!

Кровь уже пропитывала рукав. Владимир поднялся на локте и посмотрел вперед: теперь он видел людей. Несколько фигур двигались между машинами и низкими каменными сооружениями. Стреляли с разных направлений. Слишком много.

Это была не случайная перестрелка. Это была целенаправленная атака.

- Второй, у нас контакт! - крикнул Владимир в рацию. - Повторяю, у нас контакт!

Рация ответила помехами. Он попробовал еще раз - тишина.

Владимир резко посмотрел в сторону позиции Филатова. Там тоже стреляли. Сначала он увидел вспышки, потом заметил, как один из людей Пашки перебежал между двумя стенами и упал. Еще один выстрел. Еще один. Филатов исчез из поля зрения.