Андрей Сизов – Грандиозная история. Полное издание (страница 29)

Курикин быстро высунулся из машины и метко прострелил голову водителю ближайшей сзади машины. После чего машина зеленогорцев разбилась вдребезги об бетонную перегородку на трассе. Затем вторая машина сзади выехала вровень с ними. Один из зеленогорцев попытался попасть в Ветрова, но реакция Сергея Александровича оказалась быстрее, и он, не раздумывая, в упор расстрелял всю оставшуюся обойму и убил двух бандитов, сидевших на заднем сиденье. Водитель их машины внезапно вытащил свой пистолет и направил его на Каца.

–Ох, чёрт! – воскликнул Кац и подбил его автомобиль вбок, и тот выронил оружие между сиденьями и принялся доставать.

– Серёга, сделай что-нибудь! – отчаянно призвал Кац Ветрова, думая, что у того ещё остались патроны в отличие от Курикина.

Сергей Александрович не растерялся и стал искать пистолет, выпавший из кармана умершего Губерниева. Относительно быстро Ветров смог его найти и, схватив пистолет, убил вражеского водителя двумя выстрелами.

– Спасибо большое, что избавил меня от него! – поблагодарил Кац, поворачиваясь назад.

– Да не за что!

– Советую всем пристегнуться и взяться за поручни по возможности. Сейчас мы разгонимся до максимальной скорости, держитесь! – Кац принялся реализовывать свой «хитрый план».

– Хочешь их обогнать?

– Да! Я сделаю это! – уверенно крикнул Кац.

Он включил спортивный режим скорости на коробке передач и за какие-то полминуты разогнался до 355 километров в час, моментально обогнал зеленогорцев и вырвался вперёд. Хотя зеленогорцы и пытались прострелить колёса мерседесу, но всё оказалось тщетно, поскольку Кац развил невероятную скорость.

Кац в какой-то момент пересёк датчик, установленный людьми Найманова на ограничителе скорости на трассе, после чего включился таймер детонатора на взрывчатке. В итоге через 12 секунд произошёл мощнейший подрыв моста, взрывная волна от которого поднялась высоко вверх, образуя своеобразный «гриб». Три машины наймановцев упали с моста в воду, быстро затонув, ещё один их автомобиль попросту взорвался и разлетелся на части. Кац и компания успели благополучно отдалиться на безопасное расстояние от места взрыва.

– Так вам, сволочи! – энергично произнёс Курикин. – Дим, ты супер! Уделал их по красоте!

– Да, это было что-то с чем-то! – похвалил Каца Ветров, похлопав по плечу.

– Абсолютно согласен, круто получилось! Сам от себя не ожидал такой прыти. – согласился Кац.

– Тебе нужно было гонщиком стать. – польстил ему Курикин.

– Слушай, это совсем уже не смешно. Какой из меня к чёрту гонщик? Обычная скоростная езда… – Дмитрий не принял чрезмерной хвальбы в свой адрес, слегка нахмурившись.

– Как думаешь, сколько зеленогорцев погибло при взрыве? – спросил Ветров у Каца.

– Думаю, что человек десять-пятнадцать. – предположил Кац.

– Скорее всего, так оно и есть.

– Чёрт, теперь придётся срочно отмывать мою тачку от крови и что-то делать с трупом Губерниева, иначе копы нас заметят! – сказал Кац.

– Что ты предлагаешь? – поинтересовался Ветров.

– Я предлагаю заехать к Сербинскому, он тут неподалёку живёт, в Сестрорецке. Он нам точно поможет привести всё в норму. Также нужно будет звякнуть нашим, чтобы не ждали нас зазря.

– Доверь это мне. – предложил свою помощь Сергей Александрович.

– Как скажешь. Я только за. Ладно, поехали.

Через пятнадцать минут они подъехали к Сестрорецку, ещё через некоторое время уже были возле дачного участка, принадлежащего Юрию Григорьевичу. У него, конечно, был шикарный участок и не менее шикарный дом общей площадью сто тридцать квадратных метров.

Дом был одноэтажным с небольшим чердаком, его стены были выполнены в каркасном стиле. Сам дом имел очень интересное секторальное деление: кухня была 13 кв.м., столовая – 29 кв.м., холл – 12 кв.м., гостиная – 22 кв.м., две жилые комнаты по 14 кв.м. и 15 кв.м., санузлы по 8 кв.м. и 4 кв.м., а также 13 кв.м. составляли все коридоры. Помимо дома на участке был гараж, который прилегал к дому и имел проход в столовую.

Кац подошёл к заборной металлической калитке и позвонил в звонок. В течение полминуты послышалось, как открылась входная дверь, и вскоре донеслись звуки стремительных шагов Сербинского, который крикнул: «Иду-иду, ждите!»

– Кто? – спросил он, подходя к калитке.

– Это я, Кац.

Юрий Григорьевич моментально отворил дверь.

– Что ж, здравствуй. – поприветствовал его Сербинский. Увидев, что Кац пришёл не один, а вместе с Ветровым и Курикиным, поздоровался и с ними.

– Я смотрю, вы приехали ко мне по серьёзному делу, – обратил он внимание на окровавленную одежду Ветрова, – судя по всему.

– Да, тут у нас возникла конкретная проблема, – стал объяснять Кац, – после перестрелки салон моей машины оказался жутко заляпан кровью убитого Губерниева. В общем, на такой машине далеко не уедешь, нам бы нужно всё очистить.

– Я так и понял. Что ж, Дим, пригони тогда свой автомобиль ко мне в гараж. Я решу эту проблему.

– Хорошо.

– Ну, а вы, – обратился Сербинский к Ветрову и Курикину, – можете пройти ко мне в дом. У меня имеется отличный кофе, рекомендую попробовать.

Заходя в дом, Сербинский сказал им:

– Можете пока устроиться в гостиной, а я пока пойду, открою ворота. Гостиная в конце коридора, если что.

– Замётано. – ответил Курикин, входя первым в прихожую.

Ветров зашёл следом и, направившись в гостиную комнату, принялся рассматривать внутренний интерьер дома. У него самого была давняя мечта купить какой-нибудь большой дом где-то вдали от шумных и суетливых городов. Но это так и осталось заветной мечтой, поскольку у Ветрова не было столько денег, чтобы накопить на приличный загородный дом. А кредит он взять не мог, так как вплоть до середины прошлого года платил проценты по ипотеке.

Ветров обратил особое внимание на стиль оформления коридора, и, судя по всему, Юрий Григорьевич за свой счёт переделывал всё внутри дома, после того как купил его. Сергей Александрович оценил то, что ремонт холла и примыкающего к нему коридора был сделан по-современному и со вкусом. Отдельные элементы были выполнены в стиле хай-тек (двери, мебель, лампы), другая часть (потолок, полы) сделана так, будто бы коридор являлся бункером. Такое впечатление объяснялось довольно просто: затемнённые части потолка создавали ощущение нахождения под землёй.

На стенах висели различные картины, там были как классические, начиная со второй половины 19 века, так и картины эпохи постмодерна. В основном на них были изображены пейзажи Ван Гога, Айвазовского, Репина и Шишкина. Правда, стоит заметить, что не все картины вписались в интерьер дома, и это несколько портило впечатление. Ветров прошёл в гостиную, затем подтянулся и Курикин. Комната была достаточно просторной, наверное, за счёт того, что она была сквозной – левая часть через раздвижную перегородку выходила в столовую, а справа от гостиной находилась небольшая жилая комната.

В гостиной стояло два кресла практически у самого входа, у кресел находился небольшой круглый стол на колёсах. Далее стоял большой диван, напротив которого на стене между окнами висел большой телевизор диагональю более шестидесяти дюймов японской фирмы. На полу из качественного паркета лежал невероятных размеров ковёр, покрытый светло-бежевыми ворсинами и довольно приятный на ощупь. Забавно, что в углу ковра возле дивана стояли небольшие весы, предназначенных, видимо, для гостей.

– Степаныч, глянь, какой крутой телек! – восхитился Курикин, увидев телевизор.

– Да, ничего. Весьма неплохой вариант.

– У меня был похожий когда-то, правда, китайского производства. Он сломался пять лет назад, сын баловался и случайно разбил вдребезги… – Курикин несколько задумался, посмотрев в окно.

– Сколько ему сейчас? – поинтересовался Ветров, сев на диван.

– В ноябре будет шестнадцать лет… Мы с ним видимся раз в 2-3 недели, а бывает и месяцами не контактируем.

– Почему же?

– Бывшая жена стерва! Не даёт такой возможности! Только алименты ей нужны, больше ей ничего не надо. Уж поверь мне, я знаю, о чём говорю.

– Вы развелись?

– Да, развелись еще в 2022 году. Это был единственный выход из ситуации, которая сложилась к тому моменту. Как-то так… – глубоко вздохнул Курикин, явно не желая продолжать разговор о своем семейном положении. Ветров почувствовал это и перевёл разговор на другую тему.

– Я слышал, что ты когда-то работал в пограничных войсках. Это правда? – подполковник пытался выяснить, есть ли у кого-либо компромат на Курикина, поскольку Сергей Александрович случайно выяснил, что тот работал в ФСБ и был спешно уволен оттуда без официальной причины.

– Не знаю, где ты мог это услышать, но это – чистейшая правда. С 2003 по 2008 годы я служил в погранвойсках на Кавказе. Тогда я охранял один секретный объект недалеко от границы с Грузией, где находится теперь уже знаменитый пропускной пункт «Ларс». Так вот, 14 августа 2008 года в конце моего рабочего дня какой-то левый мужик в военной форме незаконно пробрался на территорию объекта. На все мои замечания и предупреждения он никак не реагировал, и мне пришлось его убить… На следующий день выяснилось, что убитый был сыном одного из военных чиновников, командующих Южным военным округом. Мои знакомые из ФСБ смогли меня отмазать от этого всего при условии, что я уволюсь и никогда больше не вернусь на эту работу. Как-то так…