Андрей Шейк – Превосходно одинокий (страница 3)

III

Расположившись в центре парка, обдуваемого вихрями пыли с запахом зловонных рек в смеси с цветущими липами, Никита присел на скамью, Арни стоял напротив вытянувшись и оглядываясь, как бы осведомляясь, что никто их не подслушивает или наоборот искал зрителей из числа великолепных дам и их съёженных спутников в дорогой оправе пенсне. К сожалению, или к счастью в столь ранний час в окрестностях практически отсутствовала жизнь за исключением зоолюбителей и мальчишек, плетущихся редкими струйками на занятия.

Арни не затягивал, выливая идею с положительными и отрицательными подробностями:

– Мы будем продавать жеребцов! Элитных скакунов, каких не видел город! – преувеличенно трактовал затейник, но Никите даже нравилась эта черта подачи, поскольку считал её потребной для любого дела. – Воздвигнем небесный ипподром с отборными скакунами, собранными с уголков нашей необъятной и займемся разведением утопических сортов мощи и грации. Нашими услугами воспользуются самые уважаемые семьи бескрайнего города. Во всех ближайших городках поползут сплетни о невероятных лошадках покоряющих дворы.

– Неожиданно! – радостно прокричал Никс, вскакивая и одаривая крепким рукопожатием идейного напарника. – Вот это другое дело, этому я готов отдать силы и время. Идея мне нравиться! Каков план действий?

– Нам предстоит объемная работа, mon cher, и капитал, не маленький капитал. Как у вас с деньгами?

– Хватит чтобы накормить тебя завтраком. – с унылой усмешкой проглотил шутку Никс.

– Сегодня предлагаю пообедать в лучшем ресторане, но позавтракать вам сэр предстоит на пару с нашей идеей, а у меня другие планы на это утро.

– Да… ты так и не рассказал, как собираешься решить вопрос с отцом, он ведь не отпустит тебя, единственного сына и мы оба понимаем, что он желает видеть у руля тебя после ухода. – с нотой разочарования в голосе пробормотал Никс.

– Не забивай голову! Всё решено. – соврал. – Расскажу об этом позже и в красках.

– Я вижу, ты задумал что-то недоброе, говори или…

– Ой, смотри, там твоя мама – указал пальцем за спину своего друга.

– Где…? – испуганно резко обернулся Никита.

– Встретимся в два часа в «Праге». – услышал Никита отдаляющийся голос, это Арни начал второй этап дневного марафона.

– Вот негодяй, и почему он мне так нравиться. – уже шепотом слышным лишь себе проговорил Никс вытирая влагу со лба.

На окраине парка Арни перешел с рысцы на легкую походку, приводя в порядок внешний вид. На пару минут остановился почистить обувь, и одарить счастливого обувщика полтинником за предоставленную в безвозмездное пользование беззубую улыбку. Сегодня первый день его расцвета как настоящего бизнесмена, верного партнера и мотивирующего команду специалиста. Именно он должен стать лицом компании, именно он должен принимать последнее решение, поэтому и заварить должен всё сам.

Продумав ключевые моменты, он постановил не распыляться на детальную проработку всего плана, да и в его интересы и заботы это не входило, этим с удовольствием займется Никита и сделает без сомнения лучше всех.

Главные задачи на повестке дня:

1) Найти инвестора.

2) Заручиться поддержкой.

3) Обсудить с отцом выход из семейного дела.

Остальное мелочь.

Расставив приоритеты, приступил к списку задач по порядку, ведь если не найдет инвестора, то и поспешность в разговоре с отцом отпадет. Так он думал, что уж теперь.

Многие двери для Арнистона открыты в любое время без предварительных договоренностей. Его ожидал перечень из трех персон, двое из которых с вероятностью в 99% примут предложение о добровольном инвестиционном портфеле в еще не существующую организацию. По крайне мере он так думал. Первый из «двух девяток» планировал влиться в команду (сам того не зная) с минуты на минуту. И вот… мощеная дорожка, швейцары, большие двери, холл, помощник, указание пути, мраморная лестница, странный куст, ещё двери, коридор, две дамы с декольте (соберись тряпка), секретарь, указание ждать, странное кресло, отказ от предложения что-нибудь выпить, цокот каблуков по коридору (так, не отвлекайся, ты тут по делу), свежая газета, любезности со знакомым банкиром, предложение войти.

– Bonjour mon cher ami! Рад вас видеть, Авраам Исаакович, пленительно выглядите! Узнаю этот загар и довольное лицо. Черноморское побережье?

– Здравствуйте, дорогой, а вы так же внимательны как в тот вечер, когда лишили мою спутницу дара речи. – смех. – До сих пор смеюсь над этой историей. Неужели вам понадобилась моя помощь?

– Ваша проницательность не знает границ, позволите присесть? – Авраам указал на низкий журнальный столик, рядом с огромной личной библиотекой окруженный диванами с двух сторон и креслом во главе.

– Да, конечно, сигару?

Авраам Исаакович с заметным усилием выбрался из роскошного, обшитого крокодиловой кожей, кресла, воспользовавшись помощью стола из редкого дерева, название которого Арни не мог запомнить, в поднятии тяжелого тела, катясь к одному из диванов, face to face встретить, «пока ещё» удивительную по содержанию, информацию.

– Сколько у нас есть времени? – ответил вопросом на вопрос. Авраам не любит раздаривать драгоценное имущество без дела, и птенец, пользуясь этим для расположения собеседника, придавал собственной личности черты деловитости.

– Время бесценно друг мой, но мне нравиться ваш настрой, я готов уделить вам его сколько угодно. – с желчной улыбкой, но ясно и правдиво ответил Авраам.

– Буду краток. Вы знаете, о моих способностях. – Авраам одобрительно кивал головой. – Я направляю все средства для осуществления чистого и прибыльного проекта. – сделал театральную паузу, убедившись в полном вовлечении собеседника, отследив его интерес.

– Продолжайте дорогой, продолжайте. – с той же улыбкой твердил Авраам.

– Проект весьма интересный и респектабельный. Он, конечно, не сравниться по выручке с горной промышленностью, но станет яркой изюминкой в любом инвестиционном портфеле.

На протяжении нескольких секунд они смотрели друг другу прямо в глаза, затем Авраам рассмеялся добрым смехом.

– Буду откровенен, мне нравиться ваш задор и умение преподносить себя, но я сомневаюсь в вашей системности. Прошу меня заранее простить, если вдруг задел ваши чувства. – С полной серьезностью и деликатностью произнес Авраам.

– Нет, нет, что вы… ваше замечание вполне уместно. – они обменялись вселенским взглядом, которым смотрят люди передавая друг другу огромный поток информации на ментальном уровне, этот взгляд связывает двух лучших друзей невидимой нитью или расставляет превосходство одного над другим. – Мне самому порядком не нравится «расшатанный график», но даю вам слово, все силы будут непременно вложены в это дело без всяких сомнений. – опять испытание взглядом.

– Вижу, настроен ты серьезно, поэтому буду прямолинейным. Есть всего два вопроса: Что с отцом? – Без доли заминки спросил Авраам.

– Всё отлично. – соврал.

– Сколько тебе нужно?

Авраам вольготно согласился, и день запылал новыми красками. Швейцары распахнули двери в совсем другой мир. Чувства были неоднозначны: невероятно контролируемый внутренний восторг, заряжающий мегатоннами энергии, от которого хотелось кричать, и усиливающаяся тревожность, легко подавляемая, то ли от осознания сделанного первого шага и растущей как снежный ком ответственности, то ли от чего-то другого, неуловимого в данный момент.

На часах – начало десятого.

В теле – начало двадцать третьего.

В душе – конец столетия.

IV

«Прагматичная цитата» **

Двумя звездочками в данном месте и далее помечаются цитаты, отданные вашему воображению.

Выполнив первый пункт задач быстрее чем ожидалось, в запасе появились бонусные часы, несомненно, игравшие «на руку», плотно облегая плоть кожаным ремешком. Пожертвовав празднованием стартовых достижений, приступил к выполнению следующего «квеста» на его взгляд простейшего в списке. Положив взгляд на двух черных лошадей, запряжённых в карету с коваными иллюстрациями богатства владельца, он стал придирчиво выбирать извозчика. Неподалеку находился почтенный трактир и решение освежиться перед поездкой навеяли двое смеющихся гладко выбритых парней, страстно обсуждавших новости ушедшей весны, они прошли совсем рядом с сильно знакомым запахом веселой ночи и не оборачиваясь скрылись за углом дома подарившего предпринимателю надежду на глубинно-желаемое будущее.

За стойкой заведения в уютном закоулке, прятавшим от лишних глаз, добротная крепкая молодая жена хозяина горящими от удивления глазами и распростертой улыбкой, встречала, издавна не показывающегося, щёголя, элегантно чудившего временами под этой крышей. Птеня с Кейт взаимодействовали строго в рамках предусмотренных концепций, забавляя и симпатизируя друг другу, разница в общественном положении не предусматривала возможности наказать изрядно саркастическую натуру на шелковых простынях.

– Мистер Арнистон Великолепный! – выразительно негромко запустилась Екатерина, располагавшемуся на высоком кресле старому знакомому. – Вы сегодня слишком рано для громкого веселья.

– Да, милая Кейт, сегодня радужный день и мой приход не связан с воображаемым захватом власти над твоим очарованием. – атаковал заигрыванием птенец, ему нравились её ямочки, поэтому желание заставлять её улыбаться для их появления преобладало над биологическими потребностями. Но не сильно.