Андрей Шестаков – Операция "Вариант" (Как закрывается "Ящик Пандоры") (страница 8)
– А если спросят, почему мы не задействовали в своих мероприятиях местных казахстанских товарищей?
– Мы их задействуем, – вернулся к действительности Соболев. – Их участие будет отражено в соответствующих пунктах общего плана операции. Против главного замысла, что мы сейчас начинаем под САИ готовить нашу группу, а затем направляем ее в Семипалатинск, ты не возражаешь?
– Нет. Сколько человек мы будем готовить?
– Думаю двоих.
– Маловато будет, хотя бы еще одного для прикрытия… – резонно заметил заместитель.
– Больше нельзя. Ведь там еще, кроме ВГУ и военной контрразведки будут работать ребята из КГБ Казахской ССР по нашей линии и весь оперсостав Семипалатинского управления будет задействован. И потом, Туманов предупредил, что главное в этом САИ не контрразведывательная, а политическая составляющая. Так что лишних туда не подпустят, – Соболев сделал паузу и продолжил. – Хотя здесь ты прав третий нам бы не помешал. Один будет в штабе в Семипалатинске, другой на ядерном полигоне.
– А в Алма-Ате никого держать не будем?
– Нет, Алма-Ата промежуточное звено. Контрразведка будет докладывать в Москву напрямую из Семипалатинска.
– А как наши будут получать информацию по всей массе вопросов, которую ты собираешься перед ними поставить? Ведь в штабе будут верховодить контрразведчики, а они и близко никого не подпустят к своей информации.
– Хороший вопрос, как говорят наши главные противники американцы. Ну, во-первых, мы с тобой тоже что-то значим, не для мебели здесь сидим. Включены в рабочую группу КГБ СССР по САИ и через нас будет проходить вся официальная информация Комитета в круглосуточном режиме. Во-вторых, те, кто будет работать в Казахстане… давай все-таки для конспирации назовем их «аналитиками», будут добывать информацию с использованием всех возможных способов и приемов, в том числе применять разведывательные навыки.
– Но для этого мы должны подобрать действительно толковых людей, – озадачился Степной.
– Правильно, Юрий Александрович. Не только подобрать, но и подготовить соответствующим образом. Кроме того, опер с опером быстрее договорится, чем мы по нашим официальным каналам будем двигаться.
– А шефа поставим в известность о наших новаторских методах?
– В общих чертах, о создании аналитической группы мы, конечно, кое-что ему доложим. Ну а в частности, ты же сам знаешь, он вдаваться не любит. Ему важен результат, который он нам поручил обеспечить. При этом возложив на нас всю ответственность. Так что будем считать, что карт-бланш нами уже получен.
– Пока все вроде складно, получается… – протянул Степной.
– Можешь не продолжать. Овраги будут, но ничего другого пока не придумал. Все это еще не раз надо будет проанализировать, детализировать… По ходу работы внесем коррективы, – убежденно и с энтузиазмом импровизировал Соболев. – Как говорится любой даже самый продуманный оперативный план может меняться в зависимости от различных объективных и субъективных факторов.
– Сейчас по-другому говорят: план – не догма, это закон. И его надо безусловно выполнять.
– Привык, ты Юра, мыслить шаблонными партийными штампами…
– Ну а как мы эту группу обучать будем? – продолжая сомневаться, перебил зам.
– Вот тут давай еще порассуждаем. Если мы в план контрразведывательной операции Комитета заложим пункт о создании аналитической группы, ВГУ идею обязательно перехватит, припишет ее себе. Поэтому, чтобы не воевать за приоритетность, предлагаю к основным мероприятиям 6 Управления добавить два маленьких подпунктика примерно с такими формулировками: «1) Для совершенствования взаимодействия и координации контрразведывательной работы по предупреждению возможных негативных акций со стороны спецслужб США, на период работы по САИ откомандировать в оперативный штаб в г. Семипалатинске сотрудника 6 управления КГБ СССР»; и «2) В целях оказания всемерного и своевременного содействия в изучении материалов САИ подготовить по отдельному специальному плану сотрудника 6 управления КГБ СССР для включения в группу советских специалистов, работающих на ядерном полигоне».
Внимательно выслушав начальника, Степной вслух начал формулировать очередной вопрос:
– А может вообще ничего не надо в план комитетской операции вносить, а так сказать в рабочем порядке …
– Я тоже сначала так думал, – не согласился Соболев, – но потом понял, что официальный статус аналитической группы – это наш главный козырь. Поэтому сначала мы замаскируем наши намерения… чтобы внешне в документе все выглядело как обычные плановые позиции, которые в таком виде не встретят при согласовании возражений контрразведки. Зато после утверждения плана по САИ председателем КГБ, мы сможем официально начать обучение и продвижение наших аналитиков. Надеюсь, ты сможешь пробить стажировки по линиям разведки и контрразведки?
– Думаю смогу, но в плане же про одного… – начал сомневаться зам.
– Где один, там – два, как говорят сторонники даосизма, – скаламбурил Соболев. – И еще, найди мне в любом из подразделений КГБ по всему Союзу, работающих по шестой линии до субботы… двух кандидатов в нашу аналитическую группу, молодых и толковых, одного из них со знанием английского.
– До субботы? – возмутился Степной. – Это не реально.
– Знаю, что это не просто, но с этим сложнейшим вопросом можешь справиться только ты. Разрешаю привлечь для решения этой задачи максимальное количество офицеров из нашего управления. Я сейчас посмотрю предложения по САИ от других отделов, потом на доклад к генералу.
– Ты когда отдыхать будешь, Андрей?
– После генерала заскочу домой, отдохну до обеда.
– Так, к тому времени, когда ты все согласуешь уже, полдник наступит, – не отступал зам.
– Ты иди, Юра, работай, да и мне не мешай, а то времени и так не хватает. Завтра – послезавтра меня не отвлекай, начну шлифовать наш «Паритет» и согласовывать с Координационным центром позиции по комитетскому плану по САИ.
– Я тут пригласительные принес. Завтра в нашем клубе торжественное собрание, посвященное 70-летию органов госбезопасности. Парторг Комитета предупредил, что будут присутствовать генсек Михаил Горбачев и секретарь ЦК Анатолий Лукьянов…
– Хорошо, оставь, буду, и иди уже, дай поработать.
19 декабря 1987 года (суббота) – 10.00. Москва, КГБ СССР
Заместитель начальника 1 отдела 6 управления КГБ СССР подполковник Степной сидел в своем кабинете и пытался собраться с мыслями. Через пятнадцать минут его ждал на доклад Соболев, а Юрий Александрович еще не знал на каких кандидатурах в аналитическую группу по САИ следует остановиться. Перед ним лежала стопка «объективок» на молодых работников управления и подотчетных ему территориальных подразделений со всего Союза. Степной с помощниками в кратчайшие сроки проделал гигантскую работу и по своим отшлифованным годами критериям выбрал из сотни молодых офицеров девять самых лучших, но зайти к Соболеву он должен был только с досье на двух кандидатов. Времени оставалось в обрез. Подполковник еще раз мысленно перебрал каждого из девяти. После этого уверенным движением достал из стопки листок с фамилией Тоболин и положил его в папку для доклада. Затем, достал из кипы бумаг еще два досье несколько раз их бегло просмотрел, взглянул на часы и аккуратно положил одно из них в свою заветную папку.
Подполковник Степной преодолевая какие-то внутренние колебания переложил документы в своей папке для докладов и наконец достал два нужных листка.
– Вот, Андрей Иванович, – выдохнул зам и положил «объективки» на стол Соболева. Начальник отдела, неторопливо разливавший по пиалам зеленый чай на отдельном столике, обернувшись подбадривающе обронил:
– Давай рассказывай почему этих ребят выбрал.
– Первый – старший лейтенант Тоболин,Олег Алексеевич, 28 лет, в совершенстве владеет английским, работает в нашем Управлении на направлении обеспечения контрразведывательной безопасности ядерных исследований. Характеризуется положительно. Аналитический склад ума, вдумчивый, аккуратный, грамотный.
Второй – капитан Рязанцев Максим Николаевич, 31 год, из семипалатинского УКГБ, оперативно обслуживает объекты, связанные с ядерным полигоном, что во многом предопределило выбор. Хороший агентурист. Контактный, находчивый, умеет добиваться поставленных целей.
– Английским владеет?
– Нет, у него немецкий, но отлично знает оперативную обстановку, имеет на связи агентов из числа специалистов, работающих на ядерном полигоне. Располагает дружескими связями в различных подразделениях УКГБ…
– Это как же он такой молодой успел обзавестись этими самыми связями?
– Является секретарем комсомольской организации УКГБ.
– На основании каких критериев ты его выбрал?
– Ты же сам просил, чтобы один был желательно из Семипалатинска. Да и подполковник Еркенов его рекомендовал, говорит – «парень с головой» а заслужить такие отзывы от начальника семипалатинской экономической контрразведки дорогого стоит.
– Нас с тобой Юра нельзя брать в перестройку, – не в тему заметил Соболев.