Андрей Шахов – Питерские палачи (страница 3)

– Литовец, – определил полковник.

– Латыш.

– А, как Чубайс.

– Скорее, как Пельш, – поправил Радченко. – Остался здесь после неудачного для него чемпионата по карате. Попадал в поле зрения, но выкручивался. Криминального прошлого на родине нет, мы наводили справки.

– И так быстро стал «бригадиром».

– Это и смущает, – согласился майор. – Возможно, мы ошибаемся. Поэтому пока я хотел бы сосредоточиться на Мамоне. А там может и Наглый проявить себя.

– Разумно, – согласился Белкин. – Я вообще сомневаюсь, что есть какой-то союз ломбардов. Делят территорию или ещё что… Посмотрим.

– Кого ставят на следствие? – Озвучил, наконец, Радченко, один из важнейших вопросов.

– Нележаева, – Белкин с прищуром глянул на подчинённого. – Что не радует.

Майор хорошо знал этого когда-то матерого следака. От прежней жизни остался один только внешний лоск, но и тот не мог скрыть от намётанного глаза, что перед вами постаревший душой, усталый и разочарованный человек. С годами он привык идти по пути наименьшего сопротивления и всю самую тяжёлую и неблагодарную работу спихивать на оперативников.

– Я не обсуждаю решения руководства, товарищ полковник, – ответил Радченко, едва сдерживая разочарование.

– И правильно. Ладно, есть и хорошая новость. Будет вам замена выбывшему Никанорову. Крисман, из районного управления перевели, – Белкин посмотрел на совсем расстроенного Радченко. – Знакомы.

Майор неуверенно двинул головой.

– Слыхал о нём.

И ничего хорошего в этих слухах не было. Крисман в очередной раз накосячил на своей земле. Другой бы уже вылетел, а его просто спихнули с понижением в звании в Управление, то есть вроде как понизили, но с повышением. Дядя у него – заслуженный ветеран органов. Жаль, преступники этого не ценят.

– Ну-ну. Ладно… «Кинжальное» дело становится для вас приоритетным. Чует моя печёнка, к нему ещё несколько подошьётся, – полковник с прищуром глянул на Радченко. – Вы, кстати, в майорах что-то засиделись. Вот и повод для новых звёзд.

Подчинённый едва заметно кивнул: мол, понимаю, буду стараться.

– Вопросы есть?

– Никак нет.

– Тогда свободны.

Радченко уже коснулся дверной ручки, когда услыхал за спиной:

– Насчёт Крисмана…

Он обернулся. Белкин предпочёл не смотреть на него.

– Майор, не всё так плохо. Он будет грызть землю, чтобы реабилитироваться. Нет у него другого выхода.

Радченко понимающе кивнул, а сам подумал: «Это-то и может стать большой проблемой».

И тут же в коридоре столкнулся со старшим следователем по особо важным делам Нележаевым. Грузный, но по-своему элегантный, кивнул с кривой усмешкой на кивок майора. Они не очень охотно пожали друг другу руки.

– Радченко, ну хоть теперь давай без твоей любимой самодеятельности, – криво улыбаясь, предложил Нележаев. – Не лезь ты в мою работу следователя. Легче будет свою выполнять.

Майор сделал удивлённое лицо.

– Нележаев решил поработать. Ортогонально.

И ушёл, провожаемый взглядом с ухмылкой, которая плохо скрывала раздражение.

* * *

Стас фыркнул, пытаясь сдуть с носа капельки пота, и напряжённо посмотрел вниз на противника, готового в любой момент возобновить погоню.

– Мне уже надоело! – шумно дыша, вскричал Дэн.

Но Стас, мёртвой хваткой вцепившийся в верхнюю перекладину «шведской стенки», вошёл во вкус и менять позицию не собирался.

– Слезай! – простонал Дэн. – Я давно знаю тебя как большого мастера… как это… шухера! Но наши встречи не для этого.

– Отчего же? – спокойно возразил ученик. – Тебе лучше моего должно быть известно, что настоящий мастер до последнего избегает ввязываться в поединок.

– Ну, мастер…

Возобновилась невообразимая беготня, по ходу которой Стас сперва скакал по шведской стенке, потом спрыгнул и очумело заметался по спортзалу, успешно ускользая от кипящего яростью китайца. Ещё и успевая иногда показать язык.

Вскоре Дэн сдулся. Согнувшись и уперев ладони в колени, он около минуты восстанавливал дыхание. Стас дышал не менее тяжело, настороженно поглядывал на него с почтительного расстояния и готовился продолжить повышение мастерства шухера.

– У тебя совсем… нет желания… заниматься… чем-нибудь серьёзным? – поинтересовался Дэн.

Стас виновато мотнул головой, приложил руку к сердцу.

– Откуда такое… нехотение перед нунчаками? – возмутился китаец.

Лицо Стаса перекосила гримаса отвращения.

– Я их боюсь.

– Как можно… бояться своего оружия?

– Можно, если несколько раз получишь им… от самого себя. Не моё это. На мечах – пожалуйста.

– Где пригодится меч? – Дэн сокрушённо покачал головой. – Давно хочу сказать. Техника у тебя хорошая. Ты находчивый и сильный. Но ты…

Видя, как китаец подбирает нужные слова, Стас с усмешкой спросил:

– Трус?

– Не всегда уверен в себе. Это плохо. Неуверенность мешает стать настоящим бойцом. Никакая техника не сработает, если здесь… – Дэн потыкал указательным пальцем в свой лоб, – сомнения. Нужно меняться.

Стас посерьёзнел, потупил взгляд. Он понимал, что китаец прав. Но тот многого о нём не знает, о прошлом, которое здорово его надломило. Стас чувствовал в себе эту трещину и опасался, что любой неосторожный порыв сломает его окончательно.

Дверь распахнулась, в спортзал ворвался Олег, которого легко было узнать по долговязой, но артистичной фигуре и вечно растрёпанной чёрной шевелюре. Как всегда улыбчивый, модный и стильный. С плеча свисает здоровенная спортивная сумка. Следом за ним топал коренастый Игорь в обычной для него форме техасского бульдозериста и с рюкзачком на спине, традиционно с виду суровый и деловитый.

– Hello, guys!1 – Олег широко улыбнулся, вскинул вверх ладонь с сомкнутыми в знак «о’кей» пальцами.

Потом задержал шаг, приспустился на одно колено, и словно шар в кегельбане запустил свою сумку вдоль скамеек. Она проскользила по натёртому мастикой полу и остановилась аккурат рядом с вещами Стаса и Дэна. Олег торжествующе махнул кулаком правой руки от плеча к сердцу и горделиво поднялся.

– Your daddy is here now!2

Новость также прозвучала на весьма специфичном псковско-рязанском английском. Но Дэн сумел расшифровать послание, скрестил руки на груди и вопросительно глянул на Стаса. Тот только пожал плечами, предоставляя темпераментному китайцу свободу действий.

В три молниеносных подъёма переворотом Дэн подлетел к наглому самоубийце, всё ещё висящую вверху ладонь потянул на себя, лёгким ударом щиколотки под колено осадил Олега на пол и вывернул руку, вынудив вскрикнуть от боли и чуть ли не сложиться пополам.

– Дотрынделся, – буднично констатировал Игорь, проходя мимо.

– Я больше не буду, – поклялся поверженный шутник.

– Гонит, – выдал его Стас по пути к своим вещам. – Ещё как будет.

– Спасибо, друг, – прокряхтел Олег, зыркнул на Стаса исподлобья.

– You are welcome, daddy3, – отозвался тот и козырнул кистью у виска.

Дэн с усмешкой отпустил Олега и засеменил на кривоватых ногах в центр зала.

– Твоё шоу подсказало мне новый способ жёсткой тренировки.

Лицо Олега вытянулось: