Андрей Северский – Конструктор личности (страница 13)

— Вы просите Совет принять обязательство перед статистической аномалией.

— Нет. Я принимаю своё.

— Какое именно?

Артём посмотрел на Ладу. В первый день он обещал ей показать все параметры сборки. Обещание казалось честным, пока речь шла о сорока минутах работы. После распада он сохранил журнал Миры, но не спросил, что сохранение означает для человека, который вернулся вместе с её следом.

— Я отвечал за конструкцию до запуска, — сказал он. — Считал, что после мягкого распада моя работа заканчивается коэффициентом возврата. Это неправда. Я обязан сопровождать последствия, пока они различимы, даже если лицензия утрачена и Совет назовёт их шумом.

— Практически, — потребовала Лада.

Она не позволила ему спрятаться в красивой формуле. За это Артём был ей благодарен и зол одновременно.

— Ежедневная диагностика только по твоему согласию. Личный канал вызова без посредничества Совета. Ни одного теста на проявление Миры без твоего отдельного подтверждения. Все данные доступны тебе в той же полноте, что мне и аудитору. Если эпизод повторится, приоритет — твоя телесная безопасность и восстановление доступа, а не захват сигнала. И я не создам сборку на том же наборе следов ради воспроизведения семи единиц.

Тихон поднял голову.

— Последний пункт лишает нас контрольной группы.

— Лишает.

— Без воспроизведения вывод останется спорным.

— Пусть спорным останется вывод, а не чьё-то право проснуться.

Лада подошла ближе.

— Если у вас отзовут допуск окончательно?

— Канал останется личным.

— Если Совет запретит доступ к Рамам?

— Буду работать с медицинскими данными и твоими записями.

— Если окажется, что это повреждение, а не Мира?

— Помогу лечить повреждение и признаю ошибку.

— Если это Мира и она хочет завершиться?

Вопрос вернулся другим голосом.

Кто завершает меня: срок или вы?

— Тогда мы найдём способ спросить её так, чтобы ответ не стоил тебе контроля над собой, — сказал Артём. — И не решим вместо неё.

— «Мы» — это кто?

— Ты. Я. Врач. Аудитор, если научится записывать не только ограничения. И Мира, если сможет ответить.

Тихон сухо произнёс:

— Возражение к характеристике аудитора внесено.

Лада впервые за утро улыбнулась.

— Принимаю обязательство, — сказала она. — С поправкой: личный канал можно отключить с моей стороны в любой момент.

— Принимаю поправку.

Ная включилась без запроса:

— Зафиксировано взаимное обязательство, не предусмотренное протоколом постсборочного сопровождения. Создать временную запись?

— Постоянную, — сказал Артём.

Ирина резко повернулась к динамику.

— Ная, отказать. У Вея нет лицензии на изменение протокола.

— Он не меняет протокол, — сказала Лада. — Я заключаю личное соглашение о доступе к моим данным.

— Такое соглашение может храниться в медицинском контуре, — заметила Эмма.

— А копия — у меня, — добавил Тихон. — Пункт двенадцать правил аудита: участник вправе зафиксировать добровольное ограничение процедуры независимо от статуса конструктора.

Ирина посмотрела на него так, словно только сейчас вспомнила, зачем аудиторам разрешили быть неприятными.

— Создать запись, — сказала она. — Без признания постсборочной субъектности. Срок — двадцать четыре часа, затем пересмотр.

— Срок соглашения определяю я, — сказала Лада. — Пересмотр — через двадцать четыре часа. Действие — до моего отзыва.

Эмма внесла формулировку.

На экране появилось:

> СОПРОВОЖДЕНИЕ ПОСЛЕ СБОРКИ М-7

> ОСНОВАНИЕ: СОГЛАСИЕ ЛАДЫ СЕНН

> ПРИОРИТЕТ: НЕПРЕРЫВНОСТЬ И ТЕЛЕСНАЯ АВТОНОМИЯ ЛАДЫ СЕНН

> НЕИЗВЕСТНЫЙ ОСТАТОК: НЕ ПОДАВЛЯТЬ ДО КЛАССИФИКАЦИИ

> ОТВЕТСТВЕННЫЙ ЗА СВЯЗЬ: АРТЁМ ВЕЙ

> ДОСТУП К ДАННЫМ: РАВНЫЙ ДЛЯ УЧАСТНИКОВ

Под строками оставалось поле «владелец конфигурации».

Система требовала имя.

— Оставьте пустым, — сказал Артём.

— Обязательное поле, — ответила Ная.

— Тогда запись не сохранится, — сказала Ирина.

Лада подошла к панели и коснулась поля.

— Напишите: «не установлен».

— Допустимые значения: Совет Контуров, лицензированный конструктор, заказчик миссии, носитель.

— Ни одно.

— Выберите ближайшее.

— Так у вас и появляются удобные ошибки, — сказал Артём.

Тихон открыл служебный режим аудитора.

— Пункт ноль: при отсутствии достоверной категории значение блокируется как неустановленное до решения комиссии.

Поле стало серым.

> ВЛАДЕЛЕЦ КОНФИГУРАЦИИ: НЕ УСТАНОВЛЕН — ПРАВО РАСПОРЯЖЕНИЯ ПРИОСТАНОВЛЕНО.