Андрей Северский – Империя отлива (страница 4)

— Благодаря изменению маршрута, — повторил Лес.

Ял отвёл взгляд.

Иара могла сослаться на тайну разбора. Белые буквы требования ещё сохранялись на её пластине. Вместо этого она сказала:

— Я дала приоритет западному ребру. Вода ушла в ваш канал. Расчёт обещал задержку на девять минут. Литора изменила отклик, и окно закрылось полностью.

В комнате связи стало слышно, как под полом вращается зубчатая передача городской опоры.

— Значит, не море выбрало Кадор, — сказал Лес. — Ты выбрала.

— Я выбрала не утопить двенадцать платформ и людей.

— А наши дома выбрала вместо них.

Связь оборвалась прежде, чем Иара нашла ответ. На стойке осталась бледная строка расхода сигнала. Ял подошёл ближе.

— Теперь они хотя бы знают от тебя.

— Им от этого не прибавилось воды.

— Зато у них не отнимут ещё и правду.

Иара повернулась к нему.

— Ты думаешь, правда — это предмет, который можно выгрузить на настил и посчитать? Если Кадор откажет в буксире после моего признания, поселение получит правду вместо цистерны.

— Тогда цену назначит Кадор.

— Цену всегда назначает тот, у кого есть дорога.

Белая рамка мигнула. Очерёдность сменилась с шестнадцатой на первую, будто кто-то одним движением убрал пятнадцать чужих бедствий. Ял заметил это одновременно с Иарой.

— Быстро, — сказал он.

На стойке возник мужчина в тёмно-синем воротнике без знаков должности. Севран Орн никогда не носил регентскую цепь во время рабочих сеансов. Иара видела его прежде только на общих передачах: сухое лицо, седина у висков, неподвижный взгляд человека, которому докладывают числа раньше имён.

— Картограф Вей, — произнёс он. — Подтвердите, что помещение закрыто.

— Здесь свидетель каравана Ял Сен.

— Свидетель должен выйти.

Ял не двинулся.

— Он видел пластину и применение серого маршрута, — сказала Иара. — Его удаление ничего не закроет.

Севран посмотрел чуть в сторону, вероятно, читая строку донесения.

— Тогда он останется под вашим обязательством о неразглашении.

— Я такого обязательства не давал, — сказал Ял.

— Сейчас речь не с вами.

— А дорога была подо мной.

Севран снова перевёл взгляд на Иару.

— Ваш возница полезен в воде. Для разговора он менее пригоден.

— Он останется, — сказала Иара.

Несколько секунд рамка тихо шипела. Регент мог отключить связь или приказать кадорской страже очистить комнату. Он не сделал ни того ни другого.

— Хорошо. Доложите причину отклонения.

Иара вывела на стойку две схемы: официальный прогноз и фактический подъём воды. Красные линии разошлись у западного ребра, затем пересеклись в северном канале.

— Пористость гряды изменилась после составления последней полевой карты. Первый затвор удержал поток, второй отказал по местному пределу. Литора приняла воду медленнее расчёта, а затем сбросила её единым фронтом. Серое окно сократилось, Вейское было отменено.

— Ошибка измерения?

— Нет. Измерение было верным в день съёмки.

— Ошибка прогноза?

— Прогноз не учитывает скорость изменения пористости.

— Это длинная форма слова «ошибка», картограф.

— Это другая причина. Если назвать её локальной ошибкой, остальные карты останутся прежними.

Севран сложил руки перед собой.

— В Кадоре сегодня пятьдесят две тысячи жителей. Без доставленного зерна запас полной нормы закончился бы через девять дней. Без шарниров город не переставил бы восточную опору до следующего сложного прилива. Вы спасли не имущество, а связность узла, от которого зависят ещё четыре поселения.

— Вейская коса лишилась воды и домов.

— Люди живы?

— Да.

— Значит, ваш выбор был верным.

— Верным для кого?

— Для большего числа людей.

Ял тихо усмехнулся. Севран услышал.

— Вы хотите что-то добавить, возница?

— Если бы её дом оказался на платформе, а ваше зерно — на косе, число было бы тем же?

— Число не имеет дома.

— Его считает человек, у которого дом стоит высоко.

Регент не рассердился. Это было хуже: он принял слова Яла как шум, который предусмотрен конструкцией.

— Кадор отправит Вейской косе две малые цистерны и буксир, — сказал он. — Не как возмещение за применение приоритета. Как помощь после непредвиденного затворного отклика.

— Три дома, большая цистерна, утраченное окно и расходы на перенос стоянки, — перечислила Иара. — Поселение должно получить право первого выхода на двух следующих безопасных циклах.

— Право первого выхода заставит ждать северные фермы.

— Сегодня ждал мой дом.

— Сегодня ваш дом принял воду, потому что иначе её принял бы Кадорский подъём. Вы просите не компенсацию. Вы просите перенести ущерб на людей, которых не видите.

Иара замолчала. Он вернул ей её же расчёт, только очистил его от лиц.

— Тогда дайте им место в очереди, которое не отнимает подтверждённое окно, — сказала она. — Первое новое окно, открытое после пересчёта северного канала. И материалы на три дома.

— Два дома сорваны, третий удержан.

— Третий простоял под ударом волны. Его нельзя считать целым по одному якорному сигналу.