Андрей Северский – Империя отлива (страница 15)

— Значит, ваше число осталось там, где ему не нужен воздух.

Под грядой вода соединяла то, что расчёт делил. Затвор, дорога, молодая Литора, продовольствие города и мёртвые капсулы были одним действием, растянутым на годы. Ложью становилась граница между таблицами.

— Вы можете повторить опыт, — сказала она. — Закрепить нить на той же скобе, выпустить капсулу перед первым ударом и отметить три положения.

— Могу.

— И любой ныряльщик может.

— Если знает, какой клин вынуть. Если переживёт третью ступень. Если Палата не заварит дверь.

— Поэтому свидетельство надо вынести сейчас.

Тай рассмеялся без веселья.

— Кому? Регенту, который уже видел? Палате, которая получает мои записи? Людям на перемычке? Они разобьют затвор к вечеру, а к утру подмоет дорогу.

— Не образец. Способ проверки.

— Способ тоже может стать молотком.

— Тогда вместе с ним надо вынести цену. Что решётки защищают опоры. Что открыть всё сразу нельзя. Что канал должен дышать постепенно, а дорогу придётся менять.

— Вы уже придумали как?

— Нет.

— Тогда у вас предупреждение, а не решение.

— У нас девять лет до потери сети и меньше — до паники. Если спрятать предупреждение, решение будут искать только те, кто построил эту ловушку.

Тай поднял с воды серебристую нить. Она прилипла к его пальцу и медленно свернулась кольцом.

— Люди наверху не слышат воду, — сказал он.

— Научим повторять опыт.

— Вы говорите как Палата. Она тоже всех учит одной мере.

Иара посмотрела на почерневшую ленту.

— Тогда не одной. Ныряльщик отметит вдохи и тягу. Ремонтник — давление на решётку. Картограф — сдвиг окна. Поселение — глубину колодца. Ни у кого не будет права отменить остальных поправкой.

Тай присел рядом.

— А если меры не сойдутся?

— Значит, решение нельзя объявлять общим.

— Дорога одна. Вода одна. Иногда решать всё равно придётся.

— Да. Но цену назовут до решения, а не после похорон.

Сверху снова загремела решётка. Привратник открывал нижний ход для сброса обратной тяги. Тай убрал раковину под плащ.

— Сейчас нас увидят, — сказал он. — Я могу вывести вас через старый продух. Вы окажетесь за внешней стеной без свидетелей.

— А вы?

— Останусь тем, кого здесь нет.

Иара нащупала в кармане техническую квитанцию цикла 18-44. Единственный открытый клочок старого решения. Если уйти через продух, она сохранит свободу ещё на несколько часов. Сможет искать союзников, не объясняя, откуда взялось знание.

Именно так Палата сохраняла власть: каждый, увидевший часть целого, берёг доступ к следующей части.

— Нет, — сказала Иара. — Выйдем по лестнице.

— Вас задержат.

— Зато в журнале ремонта появится, что картограф без допуска вошла в третий ход во время восточного удержания. Ваши прежние записи перестанут быть отдельным засором.

— И моё имя появится рядом.

— Только если вы пойдёте.

Тай долго смотрел на неё. Потом снял с шеи последний полный дыхательный мешок и протянул ей.

— Это не согласие служить вашему делу.

— Хорошо.

— И не доказательство девяти лет.

— Это доказательство перекрытого канала. Остальное должны повторить независимо.

— Уже лучше.

Он не пошёл к старому продуху.

На лестнице их встретили трое ремонтников и тот же привратник. За ними стоял надзорный Палаты с серой лентой на рукаве. Он узнал Иару сразу.

— Ваш доступ прекращён.

— Поэтому я пришла как свидетель аварийного состояния.

— Вы незаконно проникли в закрытый ход.

— Запишите время проникновения. Три ступени восточного удержания. Обратное нижнее течение. Молодые капсулы Литоры задерживаются заслонкой и возвращаются к решётке.

Надзорный перевёл взгляд на Тая.

— Подтверждаете?

— Я подтверждаю только то, что видел сам, — ответил ныряльщик. — Капсула прошла под заслонкой на три ладони перед первой ступенью, остановилась и вернулась после второй. После третьей решётку забило молодым наростом.

— Измерение сохранилось?

Иара показала пустую руку.

— Нить осталась на старой скобе. Опыт воспроизводим до следующей очистки.

Привратник выругался. По правилам любое сообщение о предмете, оставленном у заслонки, требовало осмотра до запуска следующего полного цикла. Надзорный это тоже понял.

— Нижний ход опечатать, — приказал он. — Всех присутствующих — на разбор.

— Сначала журнал, — сказала Иара.

— Вы не в положении требовать.

— Тогда не записывайте. Пятеро людей слышали ваше решение оставить предмет у затвора без осмотра.

Ремонтники переглянулись. Один уже держал дощечку журнала.

Надзорный продиктовал время, номер хода и основание закрытия. Когда дошёл до причины, попытался сказать «постороннее проникновение».

— И аварийное наблюдение, — добавил привратник. — Иначе мастеру отвечать за петлю.

В журнал вошли оба основания.