Андрей Самусев – Игра как жизнь (страница 16)

Тём ничего, из выпавшего с поверженных врагов, не подобрал себе и только с веселой завистью наблюдал, как в режиме экскаватора подгребает в свой рюкзак вражеские трофеи Игор. Вот он, сто третий уровень мародерки в действии.

Позже, когда с берега вернулся задумчивый Фроки и предложил взять свою долю из общей кучи трофеев, Тём тоже ничего себе не сумел подобрать. Хотя бой позволил взять Тёму сразу четыре уровня и достичь первой заветной десятки, но и оружие и редкие амулеты были сделаны под уровень намного выше его теперешнего.

Игор, увидев мучения своего протеже, махнул рукой, мол, чего ты маешься, бери деньгами из моей доли, а с железом я позже сам разберусь. Это предложение Тёма полностью устроило, и он стал обладателем пятьсот двенадцати золотых монет. Его покровитель тоже вполне довольный перепавшей ему добычей, благодушно спросил у ярла:

– Ну что там, на острове, додушили крысу?

– Да. Не думал я, что Гуннар вызовет эту гниду на хольмганг. Я бы ему хеймнар, предложил, обкорнав все выступающие части тела, а обрубки подсмолил бы, чтоб не сразу подох, а ещё успел вспомнить все загубленные просто по прихоти души. Но Гуннар вызвал Тросфеля в круг и это его право, и его слава за это решение, и его победа.

Да, девицу, кениговую дочку, спасли. После того, как я на неё посмотрел и послушал её речи, я уже не так осуждаю Кенига за нежелание платить деньги за её спасение.

А Хейген оказался отличным парнем, а вовсе не прощелыгой, как я о нем думал вначале. И я вместе с другими признал его право называться ярлом. А ещё он заслуженно стал побратимом Гуннара.

Молот исподлобья глянул на Игора.

– А ты не скрипи зубами. Тебя я уважаю не меньше, а знаю куда дольше. И после сегодняшней битвы я готов подержать наши руки над кромкой воды. А ярлом тебя назовут очень скоро, вот попомни мое слово, или я не Фроки Молот. И уже осенью наши с тобой два драккара вспенят воды Северного моря.

И, обращаясь уже к Тёму, добавил:

– Мне Игор сказал, что ты с нами назад в Ольхар возвращаться не будешь. Покажи на карте точку на побережье, где тебя следует высадить.

Так как Тём уже давно изучил возможные пути прохода к забытому храму, обозначенному жирным кругом на карте кузнеца, то уверенно и без раздумий ткнул пальцем в нужную точку.

Фроки задумчиво посмотрел на норда, похоже не сильно удивленный местонахождением нужной точки:

– Как-то так я и думал. Прошлый раз на этом мыске мы высаживали самого Каирина. Видать нашёл всё же кузнец кого отправить за наследием. Иди, отдыхай, у нужного тебе места будем уже скоро. Кормчий подведет драккар как можно ближе к берегу, но принять посвящение студеной водицей тебе всё равно придется.

Фроки ничего больше про задание кузнеца не сказал. А может и сам не знал ничего больше. И лишь, позже, немного помолчав, добавил уже прощаясь:

– Когда будешь на Змееглаве, ярла не забывай, заходи если что.

И чем-то таким, давно забытым из детства повеяло от этой фразы, что Тём не удержался и засмеялся, легко и радостно, ответив ярлу просто и веско:

– Ага!

Игор сменился с весел и подошёл к Тёму перед самой высадкой.

– С зельями порядок?

– Ага.

Тём был уже настроен на новую дорогу и ни о чем говорить не хотелось. Зельями он запасся сразу после получения своей доли в трофеях. Было у кого, хоть сначала хотел купить у того же Игора, но, подумав, эту мысль оставил. Тот, скорее всего, денег за зелья бы не взял, просто предложив выбрать нужные. А так Тём не хотел.

– А может мне с тобой махнуть? Чую у тебя там тоже что-то очень веселое намечается.

– Увы.

– Ограничения по уровню?

– Они самые.

– Ну и ладно. Мы и сами с усами, нам за каждым мальком сопли подтирать некогда.

Давай сверим наши карты. Отметишь ближайший круг возрождения. Вещую, он тебе понадобится, раз от моей помощи отказался, и так, по мелочи, что на ней тебе ещё глянется. Готово? Быстр, и это хорошо. Ну, будь! Да, в почту я тебе приглашение в друзья сейчас брошу. Нужен буду, стучись, не стесняйся.

– Спасибо, Игор. Я уже поймал твое приглашение. Ты тоже, если что вкусное закрутишь, не забудь про меня. И хоть малая фронту подмога, мой песок и дырявый кувшин, но мы же банда!

Тём поднял вверх руку с раскрытой ладонью, Игор засмеялся и тут же хлопнул по ней своей лапищей, соединив два выжженных на ладонях знака «Рожденных в холмах», напоследок притянув Тёма второй рукой за плечи ближе к себе.

– Давай, братка. Расти быстрее. И удачи тебе.

Свое «пока» Тём сказал, уже оттолкнувшись от борта драккара, и тут же ухнул в воду по грудь. Морская вода обожгла тело холодом, заставила сначала длинными, высокими прыжками понестись к суше, а затем, не сбавляя темпа, взбежать на высокий берег.

Пробежка вверх, а вслед за ней и переодевание в запасную сухую одежду, так и не согрели норда. Наверное, в этом был виноват сырой и пронзительный ветер с моря. Тём, помахав рукой быстро удаляющемуся от берега драккару, начал высматривать место для ночлега.

Потому что, несмотря на холод, спать вдруг захотелось неимоверно. Тём, находившийся в игре уже 19 часов, не без оснований решил, что это предупреждение от системы на его физическое состояние. Не просто же для мигания лампочек у него в капсуле все эти датчики натыканы.

Едва найдя сухое, закрытое место в ямке под скалой, в которое к тому же ветер нанес кучу прошлогодней травы, Тём нажал на выход.

Первым делом, выбравшись из капсулы Артём полез под горячий душ, чтобы согреться после студеной морской воды. И уже стоя под горячими струями, ощутил, как, медленно просачиваясь сквозь поры кожи, холод покидает его тело. Этого холода никак не должно было быть в теле. Он не мог быть ничем иным, чем наваждение. Но он был.

Уже забравшись под одеяло, Артём ещё раз вернулся к своим ощущениям при выходе из игры.

Он всегда считал не требующим доказательств то, что игра может дарить только эмоции, но никак не физические ощущения. Но эта казалась бы аксиома только что была подвергнута сомнению. Если ощущения игрового мира фантомными отголосками доносились в реал, то вероятно работает и обратная связь? И тогда есть огромная вероятность, что за всем этим стоит что-то куда большее, чем просто прокачка бабла на раскрученной игре. Надо будет серьезно покопать инфу про технологии, которые сейчас и в ближайшей перспективе рулят в компаниях виртуальных услуг. Особенно тщательно пересеяв, где и с чем засветился в этой области Радеон.

И уже совсем засыпая, решил, что если в игре с утра будет скучно, то заняться этим вопросом вплотную можно будет уже и завтра.

Глава 5

Дары и дети подземелий!

Эх, дороги. Пыль да туман.

С пылью Тёму повезло – её не было. Совсем. Каменистая, поросшая мелким кустарником и жесткой травой почва летать не желала. И всё, на этом удача путника закончилась. В категориях «дороги» и «туман» всё было не так, как хотелось. То есть туман был, а дорог не было вовсе.

Тём, шагая, бредя и прыгая по каменистым холмам, постоянно ожидал внезапной атаки из тумана какого-нибудь хищного хозяина здешних мест, то и дело вспоминая первые свои дни в Файролле.

Обстановка была та же. Всего и различий, что сил у него сейчас намного больше и в руках настоящее копье, за спиной щит, а на теле кольчуга. Да ещё цель впереди более определённая.

Чтобы добраться до ближайшего круга возрождения, пришлось отклониться в сторону от маршрута. Зато с каменной площадки круга, расположенного на самом высоком холме в окрестности, уже можно было рассмотреть невысокие горы, до этого маячившие синеватой дымкой где-то у южного горизонта.

Туман рассеялся, идти стало легче. Никакая мелкая живность под ногами не путалась, крупная, включая агров, дорогу не заступала.

Чтобы как-то разнообразить монотонность пути, Тём вызвал хранителя.

Тот был неприветлив и крайне язвителен.

– Надо же! Я понадобился подопечному! И что у тебя случилось на этот раз?

– А что должно было случиться?

– Я же тебе нужен только тогда, когда ты попадаешь в нехорошие ситуации.

– О, мой друг Энжи, мир намного более разнообразен, чем ты думаешь. Вот сейчас как раз всё вокруг спокойно, и я решил, что вдруг ты захочешь прогуляться рядом со мной. Я ошибся?

– Нет. Спасибо.

Дух, кружившийся вокруг Тёма, как щенок, которого вывезли с собой на пикник, «спасибо» сказал уже намного мягче.

– И если ты будешь честным с собой, – Тёму после пары часов молчания тоже было приятно хоть с кем-то поговорить, – то признаешь, что сам уже давно не предлагал выпустить тебя.

– Я не люблю сражения, – признавая правоту Тёма, пояснил хранитель. – Все эти стоны, крики, кровище, запах гари и блевотины, всё это не по мне. Насмотрелся с твоими предшественниками. К тому же война по своей природе жестока и бессмысленна для большинства её участников. Я так и не нашёл ни одного светлого повода для войны.

– А как же войны за справедливость?

– Я не знаю, что такое справедливость. Что такое ум, сила, жадность, желание – я знаю. Эти понятия одинаковы для всех. А справедливость она для всех разная. Для кошки, убегающей от своры собак она одна, а для собак, рвущих эту кошку, она совсем другая.

– То есть, по-твоему, справедливость как таковая не существует?

– Не так. Я сказал, что она для разных обществ разная. Если девяносто девять из ста граждан добровольно и в полной вменяемости признают закон и порядок, то для них это справедливые закон и порядок, даже если этот порядок ведёт их к пропасти.