Андрей Сабо – Хроники Ватара. Камень Души. Книга 2 (страница 18)

– Войне? – округлила глаза Риза. – При чём здесь Пик Рога? И кто готовится?

– Возможно, – эльф-вампир изобразил несвойственную его народу гримасу. – И тут появляется указание вашего отца «обратите внимание за Разлом». Мне предстоит выяснить, что там происходит.

В карете воцарилась тишина. Драг внимательно следил за Ризой, ожидая её реакции, пока она изучала нахального представителя древнего народа, вновь и вновь прокручивая в голове отцовское послание. Не выдержав, она отвернулась к окну и заметила, как экипаж, миновав площадь Королей, свернул на улицу Роз.

– Мы почти прибыли, – произнесла она, вновь обращаясь к собеседнику. – Продолжим разговор в моём саду. Для вас подготовлены покои на втором этаже, рядом с моими. Кстати, кого бы вы предпочли – горничную или камердинера?

– Ни того, ни другого, Риза, – Драг загадочно улыбнулся. – Я привык всё делать сам. Видите ли, я не доверяю никому… именно поэтому живу так долго.

– Что ж, – она ответила такой же таинственной улыбкой, – Ваши предпочтения мне понятны…

– И ещё, Риза, – он вежливо улыбнулся, – Я пробуду у вас всего пару дней, если позволите. Не хочу обременять вас и ваших слуг своим присутствием, но… уверяю, что буду достойным квингералием.

– Пусть будет, по-вашему, – произнесла она в тишине остановившейся кареты.

Подбежавший лакей открыл дверь, спустил лесенку и отступил, пропуская эльфа-вампира. Тот невозмутимо протянул руку самой могущественной особе Лерии, предлагая помощь.

От каменной стены небольшого поместья отделилась тень. В ней на миг вспыхнули фиолетовые глаза, но тут же погасли, отступив в темноту, когда первые лучи солнца коснулись каменной кладки.

Риза почувствовала, как по спине пробежал холодок.

Она обернулась, её взгляд обшарил противоположное здание, но там никого не было – лишь проходившая мимо женщина слегка склонила голову в знак приветствия.

***

Алкар Реганн открыла для себя прелесть пеших прогулок после переезда в Кан, куда её направило его высокопреосвященство. Особенно ей полюбились утренние променады после завтрака в доме Аррена. К полудню она обычно достигала площади Торгашей, где в заведении мадам Арро можно было выпить чаю на террасе, наблюдая за прохожими и дамами, снующими между лавками готового платья и шляпных мастерских. И думать… а думать было над чем.

Китт Аррен разместил тёмную эльфийку в закатном крыле особняка, якобы чтобы не мешать друг другу во время визитов посыльных от других домов Кана. На деле же он пытался помешать ей подслушивать эти беседы. По вечерам, после его возвращения из магистрата, они встречались в кабинете, чтобы обсудить стратегию его избирательной кампании в Генеральные штаты королевства Лерия. Но… Их разговоры неизменно перерастали в споры, от которых она, будучи по натуре спокойной, быстро уставала. В такие моменты она просто уходила к себе, оставляя хозяина особняка наедине с мыслями о своем поведении.

Тщательно разработанный вместе с Главой Престола план пришлось отбросить. Аррен отверг его полностью, чем привёл её в отчаяние. Но он остался непреклонен. Как он объяснял, в Огарисе совершенно не понимали истинного положения дел в королевствах. После гибели Раккаи королевства продолжали существовать, но уже без настоящих правителей, какими были истинные некроманты на протяжении тысяч зим. В те времена короли обладали абсолютной властью, но главное – все их решения преследовали единственную цель: обеспечить равенство всех подданных перед короной, как в правах, так и в обязанностях. Любой преступивший закон, будь то нобиль или простолюдин, представал перед судом на равных условиях.

Со сменой власти это равноправие было уничтожено. Теперь положение людей и нелюдей зависело исключительно от их возможностей. Богатый нобиль мог откупиться от наказания, тогда как простой человек терял всё, подчиняясь воле правящих дворянских домов.

Шесть королевств, входивших в Генеральные штаты, управлялись династиями, чье богатство уходило корнями во времена Раккаи. Изначально эти семьи возглавляли торговые и ремесленные гильдии. Позже отдельные эшайи, отделившись от основных мастерских, создали собственные гильдии и обрели власть.

Успех в этом обществе определялся исключительно накоплением богатства. Те, кто не преуспел, были вынуждены покинуть город и заняться земледелием в надежде на лучшую долю. К середине третьей эпохи город превратился в замкнутую систему, где все прибыльные позиции были заняты членами гильдий.

Остальные жители считались изгоями и могли либо обслуживать правящий класс, либо выбирать между службой на галерах, церковью, разбоем или наемничеством. Социальные механизмы практически перестали работать, закрепив существующее неравенство.

В своем плане Глава Престола сосредоточился на родовитой знати, чьи доходы удваивались благодаря труду простых работников, особенно эшайев. Именно на последних обратил внимание Аррен. Он понимал: без опытных мастеров-эшайев королевство придет в упадок. Поэтому он считал необходимым поддерживать и направлять это сословие умелых ремесленников.

Такой подход напоминал стратегию империи Раккаи. Они меньше внимания уделяли знатным домам, а больше заботились о простых тружениках, которые создавали реальные ценности своим упорным трудом.

Хотя эльфийка соглашалась с каждым его словом, она понимала – поддержки эшайи недостаточно для победы на выборах в Генеральные штаты. Приходилось следовать плану Дорна.

Но и это вызывало лишь новые споры, после которых все расходились по комнатам, бормоча взаимные упреки.

Думать было над чем…

Этим утром всё шло по привычному распорядку. После завтрака, когда хозяин, церемонно попрощавшись, отправился в магистрат, Алкар переоделась и вышла на свою ежедневную прогулку. Ей предстояло посетить портниху, работающую над платьем для предвыборного вечера Аррена, да и было о чём поразмыслить в одиночестве, вспоминая произошедшее накануне.

***

Днем ранее.

Китт Аррен въехал во двор особняка, когда колокола храма Святой Матери возвестили об окончании службы. Передав поводья главному конюху, он направился к дому. По пути забрал пергаментные свитки с подноса ликтора Рэмма, недавно вернувшегося из Аталана.

Последняя неудачная попытка Рэмма найти дочь вывела Аррена из себя, и он проигнорировал приказ Ризы Варкартнер об отправке того в «ссылку». Причиной этой самой «ссылки» был приезд темной эльфийки – той самой, что раньше помогала Главе Престола Церкви Единой и Единственной, а теперь поддерживает его в авантюре с Генеральными штатами.

– Рэмм, – бросил хозяин на ходу, – Передай госпоже Реганн: жду её к ужину без опозданий.

– Будет исполнено, господин, – ответил ликтор с поклоном.

– Переоденусь и спущусь через минуту, – буркнул Аррен, поднимаясь по лестнице и расстегивая камзол.

Взлетев по лестнице, он стремительно распахнул двери кабинета. Небрежно швырнув свитки на столешницу, устремился к гардеробной, где с привычной аккуратностью пристроил камзол на вешалку. Сбросив прямо на пол старую рубашку, облачился в свежую, а поверх накинул домашний сюртук. Вернувшись, Аррен даже не удостоил взглядом доставленные документы – вместо этого решительно направился к столику с напитками. Щедро плеснув себе ясского, он двинулся к выходу, где за дверью чуть не налетел на Рэмма.

– Её нет? – вопросительно изогнув бровь, спросил хозяин дома.

– Ужин накрыт в малом зале, господин, – вытянувшись по струнке, отрапортовал ликтор. – Это была просьба Алкар Реганн, и да… Она уже там.

– Что ж, – кивнул дорф, направляясь к лестнице, – Вполне меня устроит.

У самой лестницы Китт Аррен отпил вина и начал спускаться.

Малый зал особняка располагался рядом с большой библиотекой. В отличие от парадного зала, его окна выходили не в сад, а во внутренний дворик – любимое место уединения и прогулок почившей супруги дорфа. Единственным украшением там были голубые гортензии, почему-то полюбившиеся темной эльфийке. В остальном малый зал был уменьшенной копией большого: те же шпалеры на стенах, мозаичный камин из арраского стекла с фиолетовыми вкраплениями, огромный голубой ковер на полу, дюжина подсвечников вдоль стен и достаточно оружия, чтобы вооружить целый легион.

В камине потрескивал огонь, свечи отбрасывали причудливые тени на пол. Шторы оставались не задёрнутыми, и у огромного окна, спиной к вошедшему хозяину, стояла эльфийка в светло-голубом платье.

– Почему именно здесь? – проворчал дорф, направляясь к столу, где уже ждали двое слуг.

– И вам темного вечера, Китт, – обернулась к нему теперь уже его поверенная.

Её притягивала взгляды, а роскошные волосы цвета воронова крыла были искусно уложены серебряными шпильками. Изящная талия настолько тонка, что казалось, её можно обхватить двумя ладонями. В стальном блеске серых глаз читалась решительность и воля.

– И вам темного вечера, – пробормотал Аррен, не отрывая взгляда от эльфийки, которая завораживала его с первой встречи. – Итак?

– Ах, вы об этом, – она окинула взглядом помещение. – Здесь стол меньше, и мы можем смотреть друг другу в глаза, не прибегая к подзорным трубам.

Слуги сдержали улыбки при упоминании подзорных труб, но, поймав строгий взгляд хозяина, мгновенно приняли подчеркнуто серьезный вид. Алкар отошла от окна и заняла свое место за столом. Китт небрежно опустился на стул, сделал глоток из бокала и произнес: