Андрей Рыжов – Агрессия и воля. Как люди управляют людьми (страница 40)

Критика

Критика в данном контексте – это высказанное в любом виде сомнение, полученное в результате мыслительной деятельности – самостоятельной или, во всяком случае, независимой от АВ. Это попытка сопротивления, пусть и не всегда осознанная, догматическим установкам, навязываемым АВ во всех сферах, и их садистскому запросу в целом (критикуют их НВ и АН).

Критик покушается на установленный или устанавливаемый порядок, что неприемлемо для АВ и должно немедленно купироваться, пресекаться на корню, да и сам корень должен быть, по возможности, удалён. Подвергающий сомнению, оспаривающий воздействует на сам фундамент власти АВ, не допускающий обнажения своих конструктивных элементов, демонстрации их подчинённым и уж тем более их оценки.

АВ не терпят критику как в отношении себя, так и всего, что с ними связано. Ни в каком виде, не по каким поводам. Например, критику в направлении тех, кому они выказывают симпатии (их фаворитов), являющихся для них ориентиром, примером, кого считают образцом для подражания, они расценивают как нападение на себя, на свои маяки, желанное будущее.

Критика – символ, маркёр непокорности, причина и повод для признания неугодным. Даже разовая, а на регулярной основе – сигнал к началу кампании по дискредитации и удалению неугодного за пределы зоны, где АВ утверждают свою власть. Но первый раз обратим, если критик покается, возьмёт свои слова назад и вновь заслужит своей покорностью их расположение.

Критика разрешается только тем, кто выше по положению в иерархиях и только на то время, пока АВ не опередили их или не заняли их место. Даже если по каким-то причинам АВ не отреагировали на критику здесь и сейчас, можно быть уверенным, что они обязательно сделают это в будущем.

Молчание, скрытность

Молчание – это угроза, угроза скрытая, невыясненная, не прояснённая. Оно не раскрывает, не говорит и тем неприемлемо для АВ. Подчинённый должен рассказывать о своих мыслях, желаниях, о происходящем вокруг, иначе он несет в себе угрозу для АВ, которую в отсутствии эмпатии невозможно предугадать и трудно предотвратить.

АВ настойчиво выспрашивают детали, якобы принимая тем участие в собеседнике и будто бы не преследуя при этом никакого собственного интереса, выгоды. Особенно их интересует личное: психологические травмы, отношения с противоположным полом, скрытые желания, неудовлетворённые потребности – всё, что может пригодиться для дальнейших манипуляций, поможет привлечь, использовать, унизить, отомстить и проч.

Тот, кто отвечает уклончиво, сухо, односложно, неохотно, утаивая, скрывая, т. е. не желая подпускать АВ к себе, впускать их в личное пространство (преимущественно так поступают НВ), становятся неугодными, к которым – в зависимости от их возможностей по защите – применяются все разбираемые далее меры по устранению их из зоны влияния АВ.

НН полностью и добровольно раскрываются перед АВ, тогда как закрытые, оберегающие свой внутренний мир НВ являют собой полную им противоположность.

Покушение на власть

Для АВ характерно неприятие любых форм власти над собой – попытки её навязать, не обоснованные иерархически, т. е. властно-подвластными отношениями, воспринимаются как угроза, которую нужно как можно быстрее ликвидировать.

При воздействии властных импульсов на АВ агрессия помноженная на волю быстро даёт о себе знать бурным эмоциональным всплеском, искры от которого готовы воспламенять всё вокруг. АВ не собираются делиться властью ни с кем, поэтому навязывание им различных составляющих управления: контроля, организации, мотивации – чаще всего со стороны НВ – жестко пресекается. Даже попытавшись и отступив, можно получить постоянное членство в «клубе непокорных», стать подозрительным без права на реабилитацию. Например, пара АВ и НВ начинает распадаться, в том числе, тогда, когда НВ делает попытки контролировать какую-либо область совместного интереса (например, финансы), определять цели, давать указания.

АВ не способны к подчинению в какой бы то ни было форме. Даже имитация его даётся им с трудом и только на коротких отрезках времени. На дистанции они быстро выдают себя – сквозь напускное угодничество и подобострастие прорываются советы-указания, навязывание своего мнения и прочие составляющие «менеджмента по АВ».

Попрание иерархии

Незыблемость иерархий и своей главенствующей роли в них постоянно подчёркивается АВ. Случаи неприятия такого порядка со стороны «низших» оправдываются их заблуждением, глупостью, нездоровьем, но никогда сомнениями в его истинности и правом каждого на свободный выбор, на своё мнение, оценку. Никаких шансов, вне зависимости от обстоятельств, на обоснованное сопротивление для обречённых на подчинение каст. Отсутствие должного уважения, пиетета перед АВ со всеми необходимыми атрибутами (услужливостью, угодливостью, раболепством и т. д.) – повод для неминуемых репрессий с их стороны.

Подобное неравенство подаётся АВ как естественный порядок вещей посредством либо безапелляционных утверждений, либо вопросов-утверждений («Не так ли?», «Верно я говорю?» и подобных), с целью получения своеобразного мандата у толпы (толпа есть, в конечном счете, последняя инстанция и высший авторитет для АВ). Тот, кто попирает его, немедленно переводится в разряд неугодных с наложением санкций разной степени интенсивности.

Попрание может быть неосторожным, от не знания, тогда АВ ограничиваются высмеиванием, «ликбезом», публичной «поркой». В случае же «значительного», тем более, намеренного искажения – например, не упоминания или произнесения неполного титула/чина/звания/должности – АВ налагают более серьёзные кары, вплоть до перевода в разряд своих врагов со всеми вытекающими последствиями.

Находящиеся на более низких, чем АВ, ступенях иерархических лестниц не могут обращаться к ним как к равным. Они обязательно должны в своём обращении к «высшим», к АВ, подчёркнуть своё «низшее», даже низменное, положение специальными формами обращений, интонацией, строгим, не допускающим отклонений церемониалом (который разрабатывают и утверждают АВ) и делать так всегда, без исключений, в любых ситуациях, лично и публично. АВ выпускают предписания, уставы, положения, проводят инструктажи и тренировки, чтобы надёжно закрепить в подданных на уровне рефлекса «правила взаимодействия» с «высшими». Дисциплинированность, истовость или наоборот – «нерадивость» (сточки зрения АВ) в их исполнении однозначно отразят степень покорности. Сами же АВ подчёркнуто, «приторно» точны в соблюдении всех подобных норм обращения к тем, кто выше их на данный момент, кого следует подчинить или кто им пока выгоден.

Бесцеремонность

Различного рода церемонии необходимы АВ, чтобы «законно» принуждать через искусственно создаваемую необходимость следовать традициям и другим установленным «порядкам», обоснование соблюдать которые строится на безусловном приятии «так должно быть». И тот, кто подходит к этому критически, не желает вовлекаться, становится неугодным в глазах АВ, если будет упорствовать в своем несогласии.

Участвующий в церемониях вынужден подчинятся определённому своду правил, «порядку вещей», задаваемым и навязываемым непосредственно самими АВ, либо под их влиянием. Подчинившийся им, скорее всего, подчинится и АВ. Соответственно, не желающий участвовать, сомневающийся, задающий вопросы о целесообразности будет представлять угрозу власти АВ, поэтому быстро обретёт статус неугодного.

Дни рождения, свадьбы, проводы на пенсию, обряды инициации – всё, что регулируется определённым набором правил и по умолчанию считается обязательным для успешного сосуществования и реализации в какой-то общности, – используется АВ для утверждения своей власти. Особенно ценимы чествования самих АВ и находящихся на вершинах иерархий (к какому типу они бы не относились). Посредством этого АВ как бы «под прикрытием» могут льстить, привязывая, завязывая, укрепляя связи, создавая благоприятные условия для движения по карьерной лестнице, манипулирования родственниками, друзьями и проч.

Наложение обязательств

АВ не терпят, когда на них налагают различного рода обязательства низшие в иерархиях. Взять на себя обязательство для АВ – значит признать власть над собой. Они никогда не допустят и не признают её наличие у того, кто формально ниже них по статусу. Например, дети не могут просить родителя АВ что-либо сделать. Но даже когда просьба следует, и отказывать для АВ не выгодно в силу каких-то причин – ребенок попросил в присутствии важных свидетелей, отказ при которых может повредить мифу об «правильных» родителях (особенно, это касается покупки дорогих вещей, игрушек), – всегда следует компенсация: встречное условие, принижающий комментарий, ирония, насмешка, медлительность, забывчивость (когда приходится несколько раз им напоминать, а они в ответ ссылаются на занятость, на наличие более «важных» дел).

В самом лёгком, безобидном случае попытка наложить обязательство с помощью каких-то просьб будет воспринята АВ – если нельзя отказаться и прямо унизить – с усмешкой, шуткой, направленными на принижение покусившегося. Они никогда не бросятся тут же выполнять поручение того, кого они считают ниже себя, стараясь тем заслужить его одобрение – тогда как в противоположной ситуации (для тех, кого они считают «высшими», достойными), будут первыми, кто сорвется с места, опережая не только конкурентов, но и само обязательство, которое, может быть, ещё не родилось в качестве мысли (например, у начальника НН, которому по душе такие бравые сотрудники АВ, не только читающие мысли, но и опережающие их, поскольку сами генерировать идеи они не способны).